Самозванка (Сокровища)
Шрифт:
Но почему Заку не удавалось выбросить ее из головы? Как он ни пытался, он снова мысленно возвращался к их встрече, и хрупкая девушка, так похожая на Кэт, вставала перед глазами.
Настроение у него и так было ни к черту из-за предстоящего открытия отеля. Со стаканом виски в руке он расхаживал по тому же самому номеру, в котором их разместили с Нелсоном много лет назад, когда похитили Ланден, и хотя здесь многое изменилось, но память упорно возвращала Зака к событиям той страшной ночи.
Ему было некогда предаваться воспоминаниям, и он злился на Одри за то, что она воскресила боль давно
Сцена была тягостной. Отец пытался помириться и признать, что был не прав, но не мог заставить себя произнести нужные слова, и они снова поругались. Когда разъяренный Зак был уже на пороге, Уитту удалось вернуть его обратно.
– Ранчо твое, если хочешь, Зак, – сказал отец, обращаясь к спине сына.
Зак замер в дверях.
– Мне ничего не нужно.
– Но ты ведь хочешь получить ранчо?
Зак повернулся к отцу и принялся сверлить его взглядом.
– Ты всегда получал то, что хотел, если я правильно помню.
– Я ухожу.
– Подожди, – попросил отец. – Это ранчо стоит несколько миллионов.
– Мне плевать на деньги.
– Ну конечно, ты всегда был гордецом. – Уитт стоял у окна со стаканом виски в руке. – Но ты хочешь это ранчо. Интересно, почему? – Он поднял бровь. – Может быть, это ностальгия?
Укол достиг цели, но Зак не подал виду.
– Это неважно. Уитт хмыкнул:
– В любом случае оно твое.
Зак отлично знал, что за это придется заплатить и цена будет немалой.
– И что я должен сделать?
– Ничего особенного. Восстановить отель «Дэнверс».
– Что?
– Я не прошу ничего сверхъестественного. У тебя строительная фирма в Бенде. Перетащи ее сюда или найми других людей. Деньги – не проблема. Я хочу, чтобы отель стал как новый.
– Ты с ума сошел. Это будет стоить целое состояние.
– Сделай мне одолжение. Это все, о чем я прошу, – тихо сказал Уитт. – Ты любишь ранчо, а я – этот старый отель. Когда-то он был лучшим. Я хочу снова увидеть это.
– Найми кого-нибудь другого.
Уитт допил виски и посмотрел сыну в глаза.
– Я хочу, чтобы это сделал ты. Чтобы ты сделал это для меня.
– Иди ты к черту!
– Уже был. И не без твоей помощи.
У Зака сжалось горло. Отец предлагал ему мир. И по этому мирному договору отдавал то, чего Заку хотелось иметь больше всего на свете.
– Не позволяй своей гордости стоять на пути к мечте, – сказал Уитт, читая мысли сына.
– Гордость здесь ни при чем, – солгал Зак.
Уитт протянул ему свою большую, еще сильную руку.
– Ну, что ты скажешь?
Зак колебался всего долю секунды.
– Я согласен, – наконец ответил он, и отец с сыном пожали друг другу руки впервые за много лет.
После этого Зак начал работать над реконструкцией отеля, а Уитт изменил свое завещание. Работа по перестройке старого здания и восстановлению былого великолепия заняла два года. Уитт умер задолго до ее окончания, так и не дождавшись воплощения своей мечты. До марта этого года Зак имел возможность проводить на ранчо много времени, но затем ход работ потребовал его постоянного
Зак с отвращением повязал галстук. Он откроет чертов отель, устранит последние недоделки и пошлет к черту этот город с его проблемами.
«А как же Одри?» – неожиданно подумал Зак.
Черт, почему он не мог перестать думать о ней! Как будто она постоянно рядом, как когда-то было с Кэт. Проклятье, вот что это. Но нравилось это Заку или нет, Одри была фантастически похожа на его мачеху. Эти черные волосы, ясные голубые глаза, острый подбородок и высокие скулы. Живая копия Кэтрин Дэнверс. Правда, Одри гораздо выше ростом, но обладает той же удивительной грацией, которую он не встречал ни у одной женщины, кроме Кэт.
Зак вспомнил о фантастической ночи, проведенной с мачехой, и помрачнел еще больше. Страсть, опасность, счастье – ничего подобного у него не было с другими женщинами. При одном воспоминании у него разливался огонь в крови. Кэт соблазнила его, стала его первой женщиной и ввела в ворота рая, из которого он попал прямо в ад и не забудет этого до самой смерти. Но Зак ничего не хотел бы изменить.
Но почему короткая встреча с Одри Нэш воскресила эту старую историю, о которой он старался не вспоминать? Зак не видел Одри после их первой встречи, но знал, что девушка вернется. Как фальшивая монета. Они всегда возвращались. Она пыталась дозвониться ему, но он не отвечал. Не хотел подавать ложных надежд. Одри – не первая авантюристка, объявившая себя Ланден Дэнверс, и она не будет последней.
Сунув палец за тесный воротник парадной рубашки, чтобы хоть чуть-чуть ослабить давление, Зак поморщился. Зачем он вообще оделся в этот обезьяний наряд? Он всегда ненавидел формальности. Его заранее тошнит от предстоящего вечера.
Зак взглянул на стоящие в углу номера сумки: его вещи уже были собраны, чтобы завтра в поддень он мог уехать на ранчо.
– Наконец-то, – пробормотал Зак, выходя в коридор и направляясь к лифту.
Никому из своей семьи он не рассказал о визите Одри. Зачем? Они еще больше распсихуются. Дела с наследством Уитта далеко не закончены, и если они узнают, что появилась новая претендентка... Зак ехидно улыбнулся, нажимая кнопку нужного этажа. Что, если бросить сейчас эту бомбочку? Но Зак сразу же отказался от этой мысли. Он уже вырос из того возраста, когда ему нравилось дразнить своих братьев и сестру, чтобы полюбоваться их реакцией.
Наконец лифт остановился, и Зак заглянул в открытые двери бального зала. Гости уже начали собираться. Когда Зак услышал шуршание шелка, звон бокалов, звуки смеха, ему показалось, что он перенесся в прошлое. Уже двадцать лет в этом зале не было никаких вечеринок. Последней было пятидесятилетие Уитта Дэнверса.
Заку стало не по себе, как будто и сегодня должно было произойти что-то неприятное.
Пианист в углу играл на концертном рояле, который блестел, как зеркало. Зак узнал мелодию из последнего кинофильма. Шампанское било фонтаном и стекало в огромную вазу с ледяной скульптурой, изображающей скачущую лошадь, символ отеля «Дэнверс». Розовые розы в хрустальных вазах. Накрахмаленные до хруста скатерти. Сердце Зака сжалось. Слишком похоже. Словно воскресло прошлое.