Самозванка (Сокровища)
Шрифт:
– Я не хочу даже думать об этом. – Это была чистая правда.
– Но ведь кто-то это сделал.
– Тогда Джинни.
– Да, но кто ей заплатил?
– Не знаю. Черт возьми, разве обязательно снова обсуждать похищение?
Зак никогда не признался бы в этом, но он скучал по девочке. Правда, она дико раздражала его, бегая за ним по пятам. Он твердил Ланден, чтобы она отстала, но это ничуть не помогало. Но сейчас он беспокоился за сестру и часто не мог уснуть, думая, что с ней.
– Я могу сказать только одно слово, и тебе не поздоровится, – злобно сказала
– Как это? – Зак расчесывал запутанную гриву Циклона и как раз разбирал колтун.
– Я могу сказать, что Марио намекнул на твое участие в похищении.
Зак замер от ужаса. Это действительно грозило серьезными неприятностями. Но он взял себя в руки и продолжил заниматься Циклоном.
– Но ведь это неправда.
– Ну и что? Все в это поверят. Ты знаешь, что говорят о тебе и о Полидори?
– Знаю.
Конечно, он знал, что многие считают его сыном Полидори, потому что Юнис была любовницей Энтони как раз в то время, когда был зачат Зак. Он сжал зубы и продолжал чистить жеребца, игнорируя угрозы сестры. Какого черта она хочет от него?
– Зак, здесь просто ужасно! Я хочу обратно в Портленд.
– Ты только что приехала.
– Все равно!
– Ты хочешь быть с Марио?
– Тебе-то что?
Зак посмотрел на нее, как на идиотку.
– Не будь дурой, Триш. У вас никогда ничего не получится с Марио. Отец этого не позволит.
– С каких пор тебе не все равно?
– Мне все равно. Просто бесплатный совет.
– Заткни его себе в задницу.
– Договорились.
Зак открыл заднюю дверь стойла и выпустил Циклона побегать. Заржав, конь выбежал на волю и принялся кататься в пыли. Триш нахмурилась.
– Ты не собираешься мне помогать? Зак отрицательно покачал головой.
– И не подумаю.
– Ты сильно пожалеешь.
– Скажи мне лучше что-нибудь новенькое. Раздраженный, Зак выскочил из конюшни, мечтая только об одном – чтобы родные оставили его в покое.
Но через несколько часов его нашла Кэт.
Солнце село, Джейсон увез Триш и Нелсона в город. Зак, избегавший родных, как только мог, утащил из холодильника пару банок пива и забрался на крышу сеновала, примыкавшего к конюшне. Темное небо освещалось падающими звездами. Зак сидел, опершись спиной о шершавую стену конюшни и вытянув ноги. Приглушенный конский храп и хруст сена действовали на него успокаивающе.
Узкий серп молодого месяца давал достаточно света. Зак видел силуэты деревьев и дом за ними. Правда, дом был освещен изнутри, как во время приема гостей. Горели все окна, за стеклами он видел Кэт, беспокойно снующую по комнатам. Зак решил, что он проскользнет в дом через французские двери только после того, как она ляжет спать.
Он смотрел в высокое темное небо и пытался снова почувствовать себя свободным, каким был до приезда семьи. Но даже вид бескрайних полей, простирающихся на запад, не помог ему. Он опять оказался в ловушке. Зак открыл жестянку, пена согревшегося пива выплеснулась наружу, и он жадно всосал ее. Залаяла собака, затем в конюшне послышались чьи-то шаги. Зак замер. Кто-то поднимался к нему по
Сначала он почувствовал аромат духов, затем увидел ее, пролезающую в узкое окно на крышу. Бледное лицо, черные блестящие волосы. Неизвестно отчего, Заку стало страшно.
– Мэнни сказал, что ты, скорее всего, здесь, – сказала Кэт так спокойно, как будто залезть по лестнице на сеновал было для нее обычным делом.
Держась за стену конюшни, она подошла ближе и села рядом. Запах духов усилился, ее плечо оказалось совсем рядом с его плечом.
– Что тебе нужно? – грубо спросил Зак.
– Мне нужна компания. – Кэт улыбнулась. – Я думала, мы друзья.
Где-то вдалеке завыл койот.
– Разве это возможно? – пробормотал Зак, только чтобы что-то ответить.
– Можно попробовать. Для начала угости меня пивом. Зак молча передал ей банку. Кэт открыла ее, облилась пеной и начала слизывать ее со своих длинных красивых пальцев. Зак старался не думать о том, как она близко, но не мог не чувствовать тепло, исходившее от ее тела.
– Красивая ночь, – сказала Кэт, глядя в небо. – Для тех, кто любит природу.
– Ты не любишь?
– Я выросла в городе. – Она снова отхлебнула пива и облизала губы, затем подогнула колени и обхватила их руками. – В Оттаве.
Зак не ответил.
Молчание затянулось на целую вечность. Зак пытался казаться спокойным, но его сердце билось слишком сильно.
– Я не хотела приезжать сюда, – тихо сказала Кэт. – Я не хотела быть так далеко от поисков Ланден.
У нее перехватило горло, но она не заплакала, только вздохнула и провела рукой по волосам, убирая их с лица.
– Я тебе не слишком нравлюсь? – неожиданно спросила Кэт.
– Ты моя мачеха, – не нашел ничего лучше Зак.
– Злая мачеха?
Он пожал плечами и глотнул пива. Кэт молча повернулась к Заку, обняла и поцеловала в губы.
– Господи, Кэт, – прошептал он, вырываясь. – Не надо!
– Тише. Она снова прижалась к нему нежными губами.
– Не надо, Кэт, – прохрипел он севшим голосом.
– Ты тоже этого хочешь, – прошептала она.
Зак говорил себе, что не собирается даже прикасаться к ней, но не находил в себе сил оторваться. Ее губы не отрывались от его рта, ее грудь, прикрытая только тонкой майкой, терлась о его обнаженную грудь. Но когда ее язык нажал на его губы, пытаясь проникнуть внутрь, он сдался и страстно ответил на поцелуй. Ее нежный язык ласкал его рот, зажигая огонь в крови. Зака бросило в жар, его член так напрягся, что, казалось, должен был разорвать «молнию» на джинсах.
«Не делай этого, немедленно прекрати!» – кричал его внутренний голос. Но Зак не мог остановить начавшееся безумие. Больше всего на свете он хотел целовать, гладить и ласкать ее всю ночь.
«Она жена твоего отца». Эта мысль отрезвила Зака, он собрал все силы и оттолкнул Кэт.
– Мы не должны, – сказал он, тяжело дыша. Кэт застонала.
– Но почему, Зак? – умоляюще прошептала она.
– Мы не должны. – Он отодвинулся, боясь прикоснуться к ней, чтобы безумие снова не охватило его.