Самозванец
Шрифт:
– Мадам, вы хорошо себя чувствуете?
Клара подняла глаза и увидела молодого человека, который смотрел на нее с озабоченным видом. К счастью, это был не самозванец, но тоже очень красивый мужчина. О Господи, на сегодняшнем балу просто нашествие красивых мужчин!
Она смотрела на джентльмена прищурившись; из-за того, что голова все еще слегка кружилась, она чувствовала себя довольно растерянно. У мужчины, как и у Бентли, были такие же светлые волосы, но гораздо больше симпатии. Бентли был по-мальчишески привлекательным, а этого молодого человека можно было бы назвать красивым. Только мужественный
Ей не хватало дыхания, и она была близка к панике.
– Нас не представили…
– Нет, уверяю вас.
Ей хотелось побыстрее от него отделаться и найти Беатрис, чтобы та ослабила шнуровку чертова корсета. Клара попыталась шагнуть в сторону, чтобы взглянуть за его спину, но юноша вновь оказался перед ней. Судя по выражению его лица, он был не на шутку встревожен.
– Где ваша горничная? Могу я проводить вас в дамскую комнату?
Должно быть, ее вид и в самом деле внушал беспокойство. Клара попыталась взять себя в руки.
– Прошу меня извинить, сэр. Не могли бы вы найти мою золовку, миссис Трапп? – задыхаясь, произнесла она.
– Конечно. Так я могу рассчитывать на соответствующее представление? Потом.
– Но… конечно. Никак не могу отказать такому настойчивому донкихотствующему рыцарю.
О Боже! Что она несет?! Голова у нее словно в тумане. Она обеспокоенно посмотрела на юношу. С его лица не сходило выражение озабоченности.
Затем он исчез. Клара чувствовала, что дышать ей становится все труднее. Казалось, бальный зал вращается вокруг нее и весь воздух забирают кружащиеся вместе со стенами люди.
Она упустила проклятого самозванца, которого хотела вывести на чистую воду.
Она найдет его позже. Сейчас ей нужна ее золовка. Она взглядом обшарила все уголки зала в поисках Беатрис и вдруг заметила крепкого пожилого джентльмена, который вышел на террасу. Кажется, премьер-министр? Но что он мог…
Стеклянная дверь, ведущая на террасу в тишину и прохладу ночи, отвлекла ее на мгновение, затем дверь закрылась.
Чистый ночной воздух.
Воздух.
Клара, пошатываясь, преодолела короткое расстояние, отделяющее ее от выхода на террасу. Прислонившись к позолоченным дверям, она как в тумане дергала неподдающуюся задвижку. После нескольких неудачных попыток задвижка поддалась и дверь распахнулась. Клара вышла на террасу, пытаясь втянуть в легкие воздух.
Но корсет был слишком тугим и мешал дышать. Крошечные серые мушки появились перед глазами, когда она смотрела на вечерний сад. Почти ничего не различая, Клара потянулась к каменной балюстраде, смутно осознавая, что ей грозит опасность свалиться вниз.
Далтон просто не мог этому поверить. Это была не изощренная дамская уловка. Эта глупышка действительно теряет сознание и вот-вот свалится с террасы! Отшвырнув сигару, он успел подхватить ее.
Его правая рука схватила только клочок шелка, но левой ему удалось схватить ее за локоть. Он рывком оттащил ее от невысоких перил и прижал к своей груди спину женщины. Она обмякла, и Далтон спешно передвинул руку.
В результате его ладонь оказалась на ее мягкой груди.
– Черт побери!
Единственная мысль, которая могла прийти
Вернуться в дом? Задрапированная дверь вела в бальный зал, к ее мужу и… Ливерпулу. Не слишком радужная перспектива.
Далтон направился к каменным ступеням, ведущим в сад.
Черт побери этих леди и их чертову моду! Что заставляет их приносить в жертву разумный комфорт ради какого-то бессмысленного физического идеала? Он поморщился, едва не подвернув лодыжку, когда его туфли на высоких каблуках не нашли опору на посыпанной гравием дорожке.
Конечно, лорд Далтон никогда бы не стал так одеваться.
Белая гравийная дорожка светилась, отражая льющийся из окон свет, и все было видно достаточно хорошо. Но в этом ярком свете и необычную пару легко было заметить.
Проклятие! Что, черт возьми, ему делать с этой женщиной?
Она пошевелилась у него на руках. Очевидно, прилившая к голове кровь возвращала ее к жизни. Пробормотав проклятие, Далтон свернул на темную тропинку, унося свою ношу прочь от предательского света.
Лабиринт живой изгороди привел его к повороту, и тут он заметил беседку, точнее, контуры ее.
Превосходно. Он уложит там эту женщину, освободит ее от чертова корсета и улизнет, прежде чем дама соизволит очнуться. Эта миссис Симпсон, кажется, не видела его и скорее всего подумает, что сама забрела сюда в полубессознательном состоянии. Если она вообще способна думать, в чем он сомневался. Ступив на мраморный пол садового павильона, Далтон опустил миссис Симпсон на изящную, напоминавшую серп луны скамью.
Он поддержал ее одной рукой, осторожно обхватив под грудью и стараясь не касаться ладонью мягкой округлой плоти. Она лежала, безвольно прислонившись к его плечу, и Далтон почувствовал на своей шее легкое дыхание женщины.
От нее пахло очень приятно. Может, она и глупа, но в аккуратности ей не откажешь. Далтон никогда не понимал привычки некоторых людей облачать в слои дорогих одежд свои немытые тела. От миссис Симпсон пахло приятной свежестью. Даже от ее волос, щекотавших ему ухо.
Ох, еще эти чертовы перья! Подавив возглас досады, Дал тон вытащил перья из ее волос и бросил на землю. Потом свободной рукой принялся расстегивать крошечные пуговички, которые шли вдоль всей спины.
Ловкими пальцами он, несмотря на темноту, быстро расстегнул их, после чего занялся узлом на шнуровке корсета, но безрезультатно. Какая-то идиотка горничная спутала шнуровку, и распутать ее в темноте, не имея достаточно времени, небыло никакой надежды.
Пожав плечами, мужчина приподнял леди голову, чтобы Iвзглянуть ей в лицо. Было слишком темно, и рассмотреть ее он, конечно, не мог, но Далтону показалось, что она значительно бледнее, чем раньше.
Глупость невольников моды безгранична. Далтон, крепко держа женщину одной рукой, другой одним мощным рывком дернул шнуровку корсета. Раздался треск, и тонкие витые шнурки лопнули.
Несмотря на то что она все еще была без сознания, тело ее почувствовало свободу, и женщина глубоко вздохнула. Удостоверившись, что она дышит нормально, Далтон положил несчастную на скамью.