Самозванец
Шрифт:
Она обвила его за шею руками, впилась в его губы и долго не отпускала. Оторвавшись от нее, Далтон попытался скрыть свое изумление и усмехнулся.
– Знай я, что меня ждет такой поцелуй, я бы снял маску еще в первую ночь, – шутливо произнес он.
Клара не улыбнулась, лишь обхватила его лицо ладонями. В ее глазах стояли слезы. Далтон посмотрел в окно. Луна скрылась за облаками. Скоро станет совсем темно. Только сейчас он понял, что не успел рассмотреть ее при лунном свете. Но пора было
– Я вернусь, – пообещал он, потянувшись за своей одеждой.
– Нет, – сказала она, натягивая платье. – Останется только одна эта ночь – Роза и Монти в лунном свете.
Он положив руки ей на плечи.
– Я не могу вот так просто уйти…
Кончиками пальцев она коснулась его губ, заставляя замолчать…
– А я смогу.
Было больно слышать это от нее.
– Сможешь?
– Вы не должны принимать фантазию за реальность, сэ… Монти. – Она сделала шаг назад, потом еще один, и его руки соскользнули с ее плеч. – Этот чердак был страной грез, а мы вами – всего лишь миражами.
Далтона удивила сухость, вдруг появившаяся в ее тоне, но боль от услышанного разметала все мысли.
– Я этого не допущу!
Последний слабый отблеск лунного света исчез за тучами, и она пропала в темноте, воцарившейся на чердаке. Раздался скрип старого сухого дерева, и наступила тишина.
– Роза! Роза, мы не закончили. Мы не можем так рас статься!
Его хриплый шепот эхом разнесся по чердаку, который был так же пуст, как и его сердце.
Далтон томился в своем потайном кабинете на чердаке «Клуба лжецов», когда Саймон постучал по скрытой панели и вошел, не дожидаясь приглашения.
– Черт побери, Саймон! Это больше не твой «клуб», не за был? Как я могу найти управу на Джекема, когда ты то появляешься, то исчезаешь?
– Джекем отправился в Шотландию, если ты помнишь, чтобы найти нового поставщика напитков, поскольку прежнего поймали с поличным на контрабанде французского коньяка. Джекем предпочел лично проследить за поставкой виски.
Далтон раздраженно фыркнул:
– Пробовать виски, хочешь сказать.
Саймон пожал плечами:
– Не для себя, а для «клуба».
– На месте Джекема я бы больше беспокоился о нравственной обстановке в «клубе».
– Ах, блаженство неведения, – перефразировал Саймон. – Ты забываешь, что Джекему известно о «Клубе лжецов» лишь то, что мы удовлетворяем запросы джентльменов, находящихся по одну сторону стены, и воров по другую.
– Воров по обеим сторонам, если хочешь знать мнение сэра Торогуда.
Саймон сел на единственный стул и вытянул ноги.
– Как продвигается дело сэра Торогуда?
– Стоит на месте.
– Правда? Мне казалось, ты устроил ему отличную ловушку,
– Мне удалось раскопать немало интереснейших подробностей относительно Уодзуэрта, и я сообщил о них Ливерпулу, но не обнаружил ничего, что могло бы указывать на какую-либо его связь с нашим карикатуристом. Торогуд оказался большим профессионалом, чем я ожидал. На самозванца никто не клюнул, впрочем, это не совсем верно.
Саймон выпрямился.
– Что ты имеешь в виду?
Далтон потер шею.
– На меня дважды напали – в переулке, а потом в Гайд-парке.
– На тебя? Или все-таки на Торогуда?
– На Торогуда.
– Гм… Возможно, это случайность или же месть за один из его рисунков.
– Именно. Похоже, у этого человека есть все основания держать свою личность в тайне. Мне не хотелось бы, чтобы половина парламента гонялась за моей шкурой.
– Это не так уж плохо.
– Не знаю. Кто-то следит за мной, за Торогудом. Светловолосый мужчина, джентльмен, пытающийся выдать себя за простого парня.
– Можешь его описать?
Далтон пожал плечами:
– Светловолосый, высокий, приятной наружности. Моложавый, но не слишком молодой. Такое описание ничего не дает. Оно подходит каждому третьему мужчине из высшего света. Я сам должен его выследить, чтобы раскрыть его личность.
– Сколько раз ты его видел?
– Дважды, во время первого нападения и…
– А второй раз?
Далтон описал происшествие с угольным фургоном и светловолосого всадника, которого видел лишь мельком. Саймон откинулся на стуле.
– Это не доказательство. И все же, если интуиция тебе подсказывает, что нападение намеренное, возможно, так оно и шло. Ты прекрасно разбираешься в человеческой натуре.
Далтон прикрыл рукой глаза.
– После вчерашней ночи я в этом больше не уверен. По крайней мере в том, что касается моей натуры.
– Вчерашней ночи?
Далтон вздохнул. Не хотелось рассказывать Саймону о своем непрофессиональном поступке, но ему требовалась помощь, чтобы во всем разобраться.
– Помнишь, я тебе рассказывал об источнике информации в доме Уодзуэрта?
– Да, горничная Роза.
Далтон покачал головой:
– Я знаю, что не следовало этого делать. Но сердцу не прикажешь…
Саймон отпрянул.
– Ты ведь этого не сделал?
Далтон потер затылок.
– Сделал. Прямо на полу. На чердаке. Я чувствую себя полным идиотом!
– Ты и есть идиот! Ввязался в историю.
Далтон фыркнул:
– Как будто ты сам этого никогда не делал.
Саймон бросил на него сердитый взгляд:
– Не сравнивай. Я был влюблен в Агату.