Самозванец
Шрифт:
— Так нельзя делать, — убежденно произнес Ронел. — Мы потеряем уйму времени и, возможно, все захваченное прежде.
— Значит, соберем нужное количество солдат здесь, — голос Михаила был тверд, он принял решение. — Хорошо вооружим всех, обучим, и лишь тогда пойдем на столицу. Сколько это может занять?
— Месяц, — ответил Ферен-старший, — но все равно это — долго и опасно.
— Нападать на Миэльса сейчас тоже опасно, — возразил принц. — Так что, за невозможностью выдвинуться к столице немедленно разместимся в этом доме со всеми удобствами.
Приемную организовали в одном из больших залов. Сам
Вселившись, молодой человек опять начал придумывать поручения. Он уже практически вжился в роль принца. К тому же, у него была масса дел, с которыми он сам бы не смог справиться, — просто не успел бы сделать все. Михаил совсем не хотел уподобляться некоторым руководителям, с которыми он много раз сталкивался в своей прежней жизни. Те пытаются все контролировать, вникают в каждую мелочь, проводят многочисленные совещания по самым малозначительным поводам. В результате реальная работа не движется, хотя и создается устойчивая иллюзия, будто каждый подчиненный делает что-то полезное. При этом подавление инициативы сотрудников и необходимость все время консультироваться с руководством препятствует выполнению на самом деле важной работы.
Поэтому он старался равномерно распределять функции при первой же возможности. Так, поручил Комену сформировать полицейские силы города, объяснив, что от них будет требоваться. А также попросил найти подходящего человека, который сможет этими силами управлять, когда войска принца покинут Сцепру.
Аррал был занят организацией и пополнением личной охраны Михаила, состоящей из ишибов. Иашт рассылал своих людей во все стороны, пытаясь узнать обстановку в самых удаленных районах. Он сам тоже много путешествовал по окрестностям, пользуясь приобретенной неутомимостью.
Ферен занимался армией, а Ксарр — ее снабжением. Также от надежных людей Ронел и Комен все время получали сообщения из столицы. Кроме этого, они пытались заручиться поддержкой как можно большего числа дворян.
Маэт и Торк выполняли функции секретарей. Они занимались организацией встреч претендента на престол. Иногда — с нужными людьми, а иногда с теми, от кого невозможно было избавиться. У принца было необычайно много просителей.
Также Ксарр предоставил штат прислуги из числа жителей Камора и бывших рабов, шедших в обозе. Теперь у Михаила был небольшой отряд слуг, которым руководил главный дворецкий по имени Пеннер, крупный мужчина средних лет с широким лицом. У него имелся большой опыт управления персоналом. Раньше он был рабом у одного из провинциальных дворян, которые использовали его именно в этом качестве.
Обосновавшись в своей новой резиденции, принц пригласил к себе Маэта.
— У меня здесь есть знакомая девушка, — сказал он. — Ее зовут Инкит. Она — дочь сапожника. Не мог бы ты пригласить ее ко мне сегодня?
— Дочь сапожника — к принцу? — удивился Маэт.
— Ну да, что в этом такого? Эта семья в свое время оказала мне помощь. Я думаю произвести Инкит в дворянское достоинство. Кстати, как это у вас тут делается?
Младший Ферен поразился, что его высочество не знает элементарный вещей, но потом напомнил себе, что тот воспитывался и рос в глубокой глуши.
— Дворянство может давать только король. Ну, или
— Отлично! Испытаем это сначала на Торке, а потом ты пойдешь за девушкой. А то наш друг засиделся в простых наемниках.
Маэт рассмеялся. Он выглянул за дверь комнаты, в которой говорил с Михаилом, и закричал:
— Эй, Торк, иди сюда! Захвати хорошую бумагу и перо!
Раздался какой-то шум. Торк в этот момент руководил перестановкой шкафов в соседнем кабинете.
— Иду! — крикнул он, и через несколько минут появился, держа в руках письменные принадлежности.
— Садись за стол, — сказал Михаил. — И пиши.
Торк приготовился. Он уже привык писать различные указы, которые иногда рождались спонтанно. Надо сказать, что он обладал отличным почерком, хотя писал с ошибками. Неожиданно для себя наемник фактически стал заведующим канцелярией. Это ему очень не нравилось, но он утешал себя тем, что данная функция является временной.
— Как твое полное имя? — спросил принц.
— Ты знаешь его. Меннер Торк, — ответил тот. — Я — незаконнорожденный. У меня нет дополнительных имен и череды предков.
— Пиши, — произнес Михаил. — Я, наследный принц Нерман королевства Раниг, настоящим указом… Написал?
— Да.
— За особые заслуги перед короной и государством присваиваю Меннеру Торку дворянское достоинство.
Наемник оцепенел. Он, конечно же, верил, что принц исполнит свое обещание и сделает его дворянином или даже уру, но думал, что это все будет только после окончательной победы и официального воцарения.
— О, твое высочество! — воскликнул он, переполняемый эмоциями.
— У тебя появится возможность стать основателем достойного рода. Пиши дальше. Кстати, Маэт, что там дальше пишут в таких случаях?
— Дают землю и замок.
— Ну, землю я дам потом. Всем. А замки выдавать больше не будем. Когда получим полную власть над страной, большинство замков сравняем с землей.
— Почему? — одновременно удивились Маэт и Торк.
Михаил знал точный ответ. Он помнил, что так сделал кардинал Ришелье, когда боролся с феодальной раздробленностью. В Раниге же феодализм достигал своего апофеоза, каким-то образом сочетаясь с рабовладельческим строем.
— Короне не нужны крепости, которые она не может полностью контролировать, — пояснил он. — Будут лишь существовать государственные крепости, имеющие стратегическое значение и дворцы. Вот дворцы каждый сможет строить сколько угодно и где угодно.
Его приятелям было странно слышать такое. Но зачем спорить с принцем? Тем более с принцем, который к ним благоволит. Они точно знали, что внакладе не останутся.
Михаил же, выдавая патент на дворянство Торку, преследовал вполне определенную цель. Руководствуясь своими симпатиями, он хотел сделать дворянкой Инкит. Но, совершив это перед повышением статуса Торка, который так помогал ему, рисковал обидеть старого друга. Поэтому решил сначала разобраться с наемником, а потом уже с девушкой. Он был очень расчетлив. Полезное качество для королей.