Самородок
Шрифт:
– Зал, к которому ты со своим другом вышел через ствол угольной шахты, – священная усыпальница наших шаманов, моих предков. Ты видел там сокровища: золото и алмазы. Пока они там, зла через них не будет, – он говорил медленно, с большими паузами, но чисто и правильным русским языком. – Мои глаза смотрели в другую сторону. Поэтому вы прошли шахту и вышли в нашу пещеру.
Михаил смотрел в глаза шаману. Он думал о том, что его не интересует ни золото, ни даже алмазы. Зачем ему всё это богатство? «Родной дом, жена, дети, тихая спокойная жизнь – самое большое человеческое богатство». У него
– Ваше священное место должно оставаться вашим. Зачем мне ваше золото, ваши алмазы, ваша усыпальница? Мне они не нужны. Мы с другом ничего оттуда не взяли, – сказал Михаил тихо.
– Я слышу твои мысли. А что тебе надо? Почему ты со своим другом так упорно всё лето ищешь золото? А говоришь, что тебе ничего не надо.
Шаман недоверчиво посмотрел на Михаила.
– Как тебе объяснить, колдун? Твоя жизнь совсем другая. Поймёшь ли?
– Твоё дело объяснить, а моё понять. Кое-что я знаю о твоей жизни. У нас бывали русские. Мы помогали беглецам.
– Я заключённый, понимаешь. На мне вины нет. Но я приговорён к тюремному заключению.
– Несправедливо осуждён. Я о таком слышал, – сказал шаман.
– Мы с другом нашли самородок и отдали его начальнику прииска. Думали получить свободу. Но оказалось, начальник прииска не волен освободить нас. Кое-что он всё-таки сделал – живём не в лагере. Теперь он требует от нас найти жилу кварца, в которой было бы золото. Если найдём, будем живы.
– Я помогу вам найти жёлтый камень. Но только в другом месте. А дорогу в нашу сокровищницу надо забыть и скрыть, – сказал шаман.
– Мы можем взорвать шахту и засыпать вход.
– Хорошо. Я укажу место, где есть всё, что тебе надо. Ваш начальник будет доволен. Прощай!
– Прощай!
Михаил очнулся в той же пещере. Около него сидел на корточках Лёва. Вид у него был растерянный. Он был до того напуган, что говорил заикаясь:
– Что с тоб-бой? Михаил, поч-чему ты уп-пал? Я думал, что ты умер.
Лёва с тревогой и недоумением смотрел на него.
– А что произошло здесь? – спросил Михаил.
– Интересная и загадочная штука. Ты взялся за клинок, глаза у тебя побелели, ты потерял сознание. Потом сверху на тебя спустилось какое-то тёмное облако, темнота. Ты буквально исчез в ней. Я испугался и стал тебя звать и искать ощупью на земле. Очевидно, со страху я отключился и только что пришёл в себя. Рассказывай, что с тобой произошло!
– Лев, ты не поверишь! Однако всё, что я расскажу, было со мной реально. Я не мог это выдумать.
– Рассказывай подробно.
– Как только я дотронулся до клинка, стало нестерпимо больно. Горела рука и всё тело. Я увидел, что у меня в руках не старый и ржавый клинок, а огненный меч. Потом боль прошла, и я почувствовал, что меня крутит и я куда-то лечу. Я оказался на поляне, горел костёр, и было полно этих, чукчей, и все смотрели на шамана. Представляешь, высоченный старик, кажется, сейчас развалится, а глаза у него молодые и блестящие.
– Чёрт побери! И ты всё это действительно видел ясно? Ты не того? – Лев покрутил рукой у виска.
– Я не того, – Михаил сердито посмотрел на Лёву. – Если не веришь, рассказывать не буду. Видел,
– Интересно.
– Я действительно это видел и слышал. Это было так отчётливо и понятно, совершенно реально, я помню каждое слово.
– Я верю тебе, Михаил. Японец там был не просто так?
– Японец хотел, чтобы чукчи перебили русских и открыли им границу, отдали им золото и алмазы и получили за это японскую свободу, – ответил Михаил.
Лев присвистнул.
– А хрена собачьего он не хотел, этот японец? Что же ему ответил чукчанский колдун?
– Да послал его в натуре туда, откуда он пришёл. Сказал, что русские границу защищают, держат её на замке. А если придут японцы, то набегут и китайцы, и американцы, и прочий сброд. Будут из-за золота и алмазов драться и чукчей скопом бить, водкой поить, чтоб чукча стал глупым.
– Ты посмотри, правильный старик! – восхитился Лев.
– Сильный старик. Пока он верховодит у чукчей, у нас с ними будет мир, это точно.
– Ну а ржавый клинок? Он зачем им понадобился? – спросил Лев.
– Я же только что тебе сказал. Ржавый клинок оказался великой реликвией чукчей. На самом деле, это огненный меч, обладающий волшебной силой. Когда шаман показал японцу путь на выход этим клинком, тот невольно попятился. Потом быстренько умчался. У меча удивительной красоты рукоять, украшенная золотом и каменьями. Этот меч служит шаману, достался ему от предков. А диковинная пещера – священная усыпальница многих поколений потомственных шаманов. Подземный зал – их сокровищница. Всё это принадлежит старинному шаманскому роду. Я тебе уже говорил об этом. И, как я соображаю, волшебный меч должен храниться здесь, в священной усыпальнице шаманов. Для всех посторонних он выглядит как ржавый клинок. Нам необходимо закрыть проход в эту пещеру. У них есть, очевидно, свой ход. Надо взорвать шахту и убрать все следы, путь сюда должен быть закрыт.
– Я понимаю. Вопроса нет. Но ведь шаман тебе что-то предложил взамен?
– Да. Он спросил, почему мы так упорно искали золото всё лето. Я ему всё объяснил, и он понял. Он укажет нам место, где мы сможем найти всё, что надо Бергу. Вот сейчас мы выйдем из шахты, и нам будет знак. Пойдём. Мы долго с тобой проговорили.
– Что мы скажем Бергу? Ведь нам надо взрывчатку. А он захочет не только знать, но и видеть плоды наших трудов.
– Сейчас мы выйдем отсюда. Поищем знаки шамана. Потом придумаем, что нам делать, в зависимости от обстоятельств.
Они пошли к выходу. Почти у выхода из зала Лев запнулся обо что-то. На пути лежала сумка с самородками. Лев протянул руку и хотел взять. Но Михаил его остановил.
– Мы ничего не возьмём отсюда.
– Нет, это мы возьмём. Это золото не святыня. В любом случае мы его можем отдать Бергу или вернуть.
– Возможно, ты прав.
– Не будем брать его с собой. Просто вынесем и спрячем в забое. Лучше всего там, где нам будет указано место.
Михаил с сомнением покачал головой. Но вдруг услышал в своей голове голос шамана: