Самая жестокая битва
Шрифт:
U-125 погрузилась, когда в 02.07 асдик «Видетта» обнаружил ее на расстоянии всего 800 ярдов. Харт сразу приказал подготовить хеджехог. Вода подмочила провода, ведущие к ревуну хеджехога, и вызвала несколько коротких замыканий, что создало определенные трудности. Поэтому Харт сообщил расчету бомбомета, что сам отдаст команду через мегафон.
Последний пеленг был взят по направлению 108 градусов, поэтому Харт приказал навести хеджехог по углу 111 градусов. В 02.08 он приказал дать залп. Все бомбы упали в воду, а через 3 секунды после падения последней раздались 2 подводных взрыва,
Из динамика донесся голос оператора асдика: «Подводная лодка продувает цистерны. Шумы очень громкие, сэр». Последовала небольшая пауза, и оператор доложил: «Я слышу металлический звон. Как будто куски металла стучат друг о друга».
Старший помощник, который стоял на правом крыле мостика, перегнулся через перила, всмотрелся в море и крикнул Харту: «Похоже, она всплывает рядом с нами, сэр». Расчеты бомбометов это подтвердили. Харт подбежал к помощнику, однако U-125 так и не вынырнула на поверхность из бурлящей воды. Не приходилось сомневаться, что лодка уничтожена, и позднее это подтвердилось.
Харт отошел немного в сторону, развернул «Видетт» и прочесал район. Контакт не был восстановлен, и он вернулся к конвою.
Позднее он несколько усомнился в том, правильно ли поступил, атаковав с помощью хеджехога, а не глубинных бомб. В его рапорте можно найти что-то вроде извинений.
«Когда был установлен контакт, «Видетт» находился в 2500 ярдах по правому траверзу конвоя, поэтому лодка непосредственно угрожала транспортам. Я понимал, что следует провести атаку глубинными бомбами, а не стрелять из хеджехога. Были подготовлены 5 бомб, которые были бы сброшены, если бы залп оказался неудачным, и как только корабль набрал бы достаточный ход».
Можно лишь гадать, извинялся бы другой командир противолодочного корабля после того, как потопил лодку.
К этому времени битва начала затихать, однако в следующие 2 часа у «Лусстрайфа», «Сноуфлейка» и «Оффы» было достаточно забот. При этом «Оффа» едва не уничтожил своего противника.
В 03.00 МакКой получил радиолокационный контакт по пеленгу 285 градусов на расстоянии 4400 ярдов. Он увеличил скорость до 20 узлов и лег на курс 210 градусов, чтобы перехватить лодку, которая шла со скоростью 12 узлов.
Через 15 минут он увидел кильватерную струю лодки и лег на параллельный курс. Вскоре эсминец догнал противника, который появился из темноты справа по носу на расстоянии всего 100 ярдов. Эсминец выпустил осветительный снаряд, который осветил лодку.
Лодка была окрашена в светло-серый цвет. Ее рубка было ясно видна, и МакКой заметил, что ее задний конец несколько ниже переднего. Позади рубки торчал какой-то нарост, который мог был телескопической антенной.
МакКой повернул «Оффу» и пошел на таран. Но лодка в этот момент начала погружаться. Когда МакКой в последний раз видел ее, рубка еще торчала из воды, но корпус быстро уходил вглубь.
Тогда он приказал стрелять. Но здесь все пошло наперекосяк. Во время охоты он дважды отдавал приказ бомбометам, сначала «Приготовить левый», а потом — «Приготовить правый». Так как эсминец круто разворачивался, было ясно, что стрелять могут только правые бомбометы.
Они
Это был последний бой «Оффы» во время этого перехода.
В период с 00.56 до 04.32 «Лусстрайф» трижды обнаруживал лодки и трижды атаковал их. Он не добился новых успехов, но заставил лодки погрузиться и отойти. «Сноуфлейк» обнаружил одну из лодок, за которыми охотился «Лусстрайф», но ему пришлось ограничиться ролью корабля наведения.
К 05.00 ONS-5 вошел в полосу густого тумана. Конвой опять рассыпался, и «Тэй» приказал собрать отставших.
Хотя Шервуд не знал об этом, но Дениц уже принял решение прекратить бой. В 09.15 он отправил по радио приказ лодкам прекратить преследование и уходить на восток для дозаправки.
Глава 19
УТРЕННИЕ ХЛОПОТЫ
Время шло, однако немцы новых атак не предпринимали. Шервуд начал понимать, что подводные лодки оставили конвой в покое, пусть даже на время. Наконец он получил возможность подвести итоги ночных боев и обнаружил, что эти итоги не так уж плохи.
В период с 22 апреля, когда ONS-5 ушел от Оверсэя, и до 05.00 6 мая подводные лодки потопили 11 судов из 42. С 22.00 5 мая до 05.00 6 мая достоверно были потоплены 5 подводных лодок, еще несколько были повреждены. Если добавить сюда 2 подводные лодки, потопленные самолетами, окажется, что немцы потеряли 7 лодок.
При этом следует учесть, что за последнюю ночь немцы нанесли по ONS-5 неслыханно сильный удар. С 21.00 до 05.00 лодки атаковали конвой не менее 25 раз. Но все эти атаки были успешно отражены. Шервуд и его помощники из 3-й группы поддержки могли с полным основанием гордиться своими действиями в этот период.
С того момента, как немецкие лодки впервые обнаружили конвой, и до окончания битвы противник предпринял не менее 45 атак, хотя утверждать, что эта цифра совершенно точна, мы не можем. Эти атаки отбила эскортная группа В-7. Еще 10 атак отразила 3-я группа поддержки, что в общей сложности дает 55 отбитых атак. При этом мы не делаем различия между успешными и безуспешными атаками.
Шервуд мог несколько ослабить бдительность, однако теперь перед ним возникла новая проблема.
Топливо на «Оффе» подходило к концу, и это беспокоило капитана 1 ранга МакКоя. К тому же его беспокоили повреждения, которые получил «Ориби», тараня U-531. Форпик и провизионка эсминца были затоплены, поэтому МакКой решил как можно скорее отправить его в базу. Он запросил у Шервуда разрешение увести эти 2 эсминца в Сент-Джонс.
Шервуд в сложившихся обстоятельствах не видел к этому препятствий. В результате в 06.09 «Оффа» и «Ориби» ушли. Они прибыли в Сент-Джонс через 2 суток.