Самая жестокая битва
Шрифт:
Ни один из кораблей конвоя не знал точно, что обнаружена подводная лодка. Но ветераны прекрасно понимали, почему засуетились эскортные корабли. На «Бристоль Сити» второй офицер Эдвин Пенгелли подошел к артиллеристу Фоксу, который отошел от орудия, чтобы выпить чего-нибудь горяченького.
«Ну, что я говорил?» — спросил Фокс.
Пенгелли засмеялся.
«Пока еще ничего не случилось, парень, — крикнул он сквозь свист ветра. — И не случится, вот увидишь. Положись на свою удачу!»
Примерно в это же время в Дерби-хаусе в Ливерпуле командующий Западных Подходов изучал огромную карту Атлантики,
Капитан 2 ранга Греттон перед тем, как перестроить эскорт в ночной ордер, радировал в Адмиралтейство, что по данным пеленгаторов неподалеку от конвоя находятся несколько подводных лодок. Он знал более точно, что лодки находятся на левом крамболе, левом траверзе, левой раковине и за кормой конвоя.
Но более важными факторами для командира эскорта были направление ветра, направление и сила волны. Именно исходя из этого он должен был «расставить фигуры». Подводные лодки предпочитали выходить в атаку по направлению волн, чтобы не поднимать лишних брызг. Кильватерная струя в этом случае тоже была не столь заметной.
Поэтому Греттон расположил свои корабли так: эсминец «Видетт» он поставил в голове конвоя, а фрегат «Тэй» — за кормой. Собственный эсминец «Дункан» Греттон поставил на левой раковине, корветы «Сеноуфлейк» и «Санфлауэр» — на левом траверзе и левом крамболе соответственно. Корвет «Лусстрайф» находился на правой раковине, а однотипный «Пинк» — на правом траверзе конвоя. Правый крамбол не прикрывал никто. Итак, эскортная группа В-7 ждала неизбежной атаки. Ночной ордер конвоя ONS-5 выглядел следующим образом:
Глава 8
ПОДВОДНЫЕ ЛОДКИ АТАКУЮТ
Основной принцип тактики волчьих стай заключался в том, что все лодки группы должны одновременно атаковать ночью в надводном положении. Однако мы еще увидим, что если обстоятельства складывались удачно, они атаковали и днем. Атакуя из надводного положения, лодки оставались невидимыми для асдика, и до тех пор, пока все британские эскортные корабли не получили радар, немцы имели заметное преимущество. В апреле 1943 года Дениц понял, что теперь эскортные корабли имеют радар, однако он оснастил свои лодки приемниками радиолокационного излучения, которые подсказывали подводникам, есть ли рядом противник. Но Дениц не подозревал, что в апреле 1943 года наши корабли получили радар нового типа, который работал на волнах длиной 10 см. Немецкие приемники излучения его работу обнаружить не могли. Поэтому теперь некоторое преимущество оказалось на стороне группы В-7.
Тактика группы В-7 была простой — немедленно загонять под воду любую лодку, обнаруженную поблизости, и удерживать ее там как можно дольше. После того как лодка погрузится, в ход шли глубинные бомбы. Так как большинство лодок, угрожавших конвою ONS-5, находились слева по носу у него, на траверзе, и за кормой, Греттон расположил свои корабли так, чтобы использовать эту тактику наиболее эффективно.
«Дункан» занял место в ночном ордере за полчаса до того, как противник предпринял первую попытку атаковать ONS-5.
Первым
«Санфлауэр» вместе с корветом «Сноуфлейк» всегда находился по левому борту конвоя. Эта пара настолько сработалась, что им почти не требовались сигналы, чтобы согласовать свои действия. Эта парочка настолько спелась, что иногда их называли «Сноуфлауэр» и «Санфлейк». Это могло привести к нешуточной путанице. Однажды в Ливерпуле, куда группа В-7 пришла вместе с конвоем SC-130, корветы отправились в Мерсей на ремонт. И вот как-то утром группа рабочих прибыла на «Санфлауэр» и начала перебирать испаритель.
Это было совершенно неожиданно, так как все, что с ним требовалось сделать, могла и должна была делать машинная команда корвета. Однако старший механик, хитрющий йоркширец, ничего не сказал и позволил рабочим завершить ремонт. Когда они закончили и попросили стармеха подписать ведомости, он увидел, что там стояло название «Санфлейк». А тем временем «Сноуфлейк» действительно пытался своими силами исправить серьезную поломку испарителя. Потом его командира вызвали в штаб и спросили, скоро ли он будет готов к выходу в море…
Незадолго до 20.00 радар «Санфлауэра» обнаружил какую-то цель на расстоянии 3800 ярдов. Корвет сразу повернул в эту сторону. Сначала дистанция сокращалась, потом начала опять увеличиваться, и лишь через 10 минут «Санфлауэр» снова стал догонять своего противника.
Когда корвет вышел в точку, где засек радаром лодку, она пропала. Но уже через пару минут асдик обнаружил ее под водой. Хотя оператор сомневался, лодка это или косяк рыбы, Пломер решил сбросить 2 глубинные бомбы, надеясь отпугнуть лодку, если это действительно она.
Когда глубинные бомбы полетели за борт, все море вокруг конвоя внезапно осветилось.
Пломер замысловато выругался.
Вахтенный офицер виновато объяснил: «Боюсь, сэр, вместе с бомбами мы сбросили плавучий пиропатрон».
Пломер рявкнул: «Какой хренов дурак это сделал?! Подводные лодки увидят нас за несколько миль. Мы должны вернуться и уничтожить его».
Первая попытка оказалась неудачной. Но во время второго захода корвет прошел правым бортом вплотную к пиропатрону, и кильватерная струя погасила огонь.
Пломер решил больше не задерживаться для поисков, так как мог слишком сильно отстать от конвоя. Учитывая количество подводных лодок, рыскающих вокруг, гораздо разумнее было немедленно вернуться на свое место. Кроме того, пока «Санфлауэр» возился с пиропатроном, лодка могла проскользнуть между ним и конвоем. Поэтому корвет полным ходом пошел на соединение с ONS-5.
В 22.45 «Дункан» установил радиолокационный контакт на расстоянии 3500 ярдов и сразу ринулся в атаку. Эсминцу удалось получить не очень надежный гидролокационный контакт на дистанции 1500 ярдов, который показывал, что лодка погрузилась. Это хотя бы подтвердило достоверность радиолокационного контакта. Но на дистанции 1100 ярдов лодка была потеряна. Греттон приказал сбросить одну глубинную бомбу, после чего повернул назад на свое место.