Самая древняя сила

Маслов Александр

–  Я пойду с тобой, - рассудив, что лучше переодеться в мергийский костюм и лосины, Астра направилась к сундуку со своими вещами.

–  Нет уж, останешься здесь. Во-первых, там сторожевые башни у ворот. А во-вторых, мы еще не знаем, с кем имеем дело, - в полной решимости возразил Брис.

–  Да не пугают меня твои башни. Я хочу посмотреть, что там творится. Своими глазами посмотреть и потом уже думать, с кем мы имеем дело. Жрецы Абопа - неплохие маги, чтоб ты знал. Пш-ш… - подняв правую руку и растопырив пальцы, она стала в позу Хеги, изображаемой золотой краской на древних либийских алтарях.
– Сейчас переоденусь, и пойдем.

–  Я же сказал: ты не пойдешь, - остановил ее Брис.
– Это дело рейнджера.

Пожалуйста, госпожа Пэй, будь разумна и не создавай мне лишних хлопот. Их и так хватает.

–  Голаф! Не надо мною командовать!
– в широко раскрывшихся глазах Астры сверкнуло возмущение.
– Я тебе не девчонка за два сальда! Указывать он мне еще будет! Пойду куда захочу!

–  У тебя голова дурная. Сколько бы неприятностей на нее не падало, а ума не прибавляется, - старясь оставаться спокойным, Голаф взял лук и свой старый, серый, как пыль, плащ.
– Не вздумай ходить за мной, - сказал он и направился к выходу.

–  Это ты - дурак! Франкиец питхнутый! Пойду сейчас!
– крикнула мэги ему.
– Вот пойду, поселок ваш страшный смотреть!

–  Не надо бы так, госпожа, - хрипловато сказал Бернат.
– Зачем важное дело начинать руганью. Ведь кто-то же должен быть умнее?

–  Да, мастер-коротыш, должен! Но почему именно я должна быть умнее?!… - она осеклась.

–  Во! Вот видишь?
– эклектик со значением поднял толстенький палец, - Ты умнее. Разве не приятно? У нас в Архаэсе важные дела начинаются глоточком тепленького. Не желаешь?
– он достал из корзины баклажку с вином и ловко откупорил ее.

–  Дай сюда, - Астра отпила немного и протянула сосуд Холигу.
– Я все равно пойду. Да не дрейфь ты, - она слегка дернула эклектика за крученую прядь рыжей бороды, - просто пойду, прогуляюсь к морю.

–  Но только к морю, девчонка-госпожа. Лишь бы тебя дальше не занесло, - неуверенно согласился Бернат.
– А то ж знаешь… рейнджер, он мора-бора…

–  Френ-перден он, вот. Пока. Искупаюсь пойду, а ты можешь на моем стульчике посидеть.

Спустившись по ручью, Астра вышла к месту, где Бернат спрятал мешки и бочонки с алхимическими веществами. За каменными глыбами, громоздившимися у подножья скалы, начиналось море. Волны с негромким плеском накатывались на берег, изгибавшийся дугой к мысу, у которого кружилось множество крупных белых птиц. Мэги прошла дальше шагов двести, хрустя босыми ногами по гальке, розовато-серым ракушкам, потом разделась и с разбегу бросилась в воду. Отгоняя мысли о рейнджере, не на шутку разозлившем ее, она поплыла, перевернувшись на спину и стараясь думать о своих развившихся способностях, о магии и об удачном воплощении трона, похожего на тот, что стоял в главном зале магистрата. Конечно, Изольда сделала бы его точнее, тоньше в деталях, но магистр не сумела бы справиться с этой задачей так быстро. С тех пор, как Астра покинула замок возле Вергины, минуло не много времени - лишь малая капля в сравнении с долгой, полной чудес и приключений жизнью мэги, но и за этот небольшой период она многому научилась, поняла яснее то, что раньше говорила Изольда а, главное, силы ее заметно возросли.

"Что вы понимаете, господин Брис. У вас пустая голова. Не голова, а горшок треснутый!" - бултыхая ногами, потихоньку поворачивая к отмели, думала Астра и вслух добавила: - А я - настоящая мэги, - она услышала всплеск и голос амфитриона:

–  Ты - прекрасная мэги.

–  Коралисс!
– обрадовалась Астра, шлепая ладонями по воде, взметнув фонтаны брызг.

–  Я молился Морской, чтобы нам скорее увидеться!

–  И она услышала. Это она надоумила меня сходить к морю, а не путаться с надутым господином рейнджером. Где твои веселые подруги, Коралисс?
– мэги с опаской оглядела морские ряби.

–  Они будут здесь послезавтра. Мы знаем, что тебе потребуется помощь: Бирессиа и Ламириа

задержались, чтобы позвать еще кое-кого. Поплыли ближе к тем островкам, - предложил амфитрион, кивнув в сторону невысоких скал, тянувшихся прерывистой цепью вдоль побережья Карбоса.
– Там вода чище и много интересного.

–  Поплыли. Только ты меня повезешь, - Астра схватилась за его упругие плечи, и амфитрион двинулся вперед, разбивая головой волну.

Иногда Коралисс погружался неглубоко - мэги, затаив дыхание, прижимаясь крепче к нему, разглядывала подводные пейзажи, открывавшиеся в прозрачной, зеленовато-хрустальной воде. Над бурыми, причудливо изогнутыми пестами кораллов суетились стайки разноцветных рыб. Лучи низкого солнца, похожие на золотые спицы, падали косо, едва достигая дна. В их блеске появлялись то стеклянные чаши медуз, отороченных розовой бахромой, то морские коньки, лениво качавшиеся над песчаным дном. Между перьями красных водорослей мелькали полосатые скумбрии.

–  Набери воздуха больше, - сказал Коралисс, когда они проплыли половину расстояния, отделявшего от островков.
– Сейчас мы нырнем глубоко - покажу кое-что.

Астра отдышалась и в знак готовности стиснула амфитриона коленями. Он нырнул, быстро погружаясь вдоль скального выступа. Внизу показались смутные силуэты каких-то сооружений, скрытых длинными темно-зелеными лентами водорослей. Скоро мэги различила разрушенные стены странных зданий из грубых гранитных глыб, широкие ступени и торчавшие из донного песка черные обелиски. Впереди, за обломками рифленых колонн, показались скульптуры неизвестных существ с человеческими телами и недобрыми клыкастыми лицами. Амфитрион проплыл дальше, и там, за темными ветвями кораллов, поднимавшимися, словно мертвый лес, у границы погибшего города, мэги увидела скелет чудовища - только длинна клыков его была с человеческий рост. Из темно-зеленого сумрака взгляд пустых глазниц, казался взглядом смерти, притаившейся на глубине. Рядом с черепом исполина, будто молчаливые слуги, медленно фланировали молодые акулы.

Астра сжала шею Коралисса, давая понять, что пора на поверхность. Когда они вынырнули, мэги долго не могла прийти в себя, жадно хватая воздух и отплевывая воду. Перед глазами вращались, лопались черно-зеленые круги, и по спине бежал колючий озноб.

–  Видно, этот город древнее всех тех, что погибли с Атрией, - сказал Коралисс, придерживая Астру над волнами.

–  Думаешь, его построили сами хораги?
– спросила она, отдышавшись.

–  Не знаю кто, - увлекая мэги за собой, амфитрион направился к ближнему островку.
– В развалинах могут остаться таинственные вещи, похожие на те, что мы находим изредка в атрийских городах. Тебе это интересно?

–  Очень! Особенно, если эти вещи волшебные. Интересно, Коралисс, - держась за его руку, она перевернулась на спину - амфитрион тянул ее за собой, словно огромная рыба.
– Только я ничем не смогу помочь. Я едва не задохнулась, а мы не погрузились даже наполовину.

–  Скоро приплывет Бирессиа, старик Волоб и Ламириа. Вместе мы посмотрим, что может быть полезного в руинах. Я обязательно найду что-нибудь для тебя, - добравшись до островка, Коралисс помог мэги вскарабкаться на скользкую каменную ступень.

Они долго сидели там, глядя, как солнце опускается за горизонт. Как гаснет его блеск, и в море тускнеет рябящий кровавый след. Вспомнилась легенда о черном либийском боге - Абопе, живущем в глубокой пропасти за Океаном и будто пожирающем на ночь светило. Но даже нутро этого чудовищного бога не могло стать пленом животворному огню. Корчась от мук жара его, Абоп выпускал солнце под утро, и начинался новый день, а бог с чешуйчатым телом гада мучился от боли и злобы. И дрожала земля, и над ней темными тенями витали Боль и Зло. Только логово Абопа находилось далеко - никто не знал точно где, здесь же, у Карбоса, скоро должен был появиться Аасфир.