Сам себе властелин 2
Шрифт:
Мумий надулся, обиженно засопел, но оглашать завещание перестал.
Ко мне на цыпочках подошёл Уру-Бука и зашептал на ухо.
— Владыка, шветлые отштупили. Ваше пошледнее заклинание Тьмы шлопало три шотни латников.
— Хорошо, — я кивнул, — поставь самых глазастых в караулы. Нам только неожиданного ночного штурма не хватает.
— Шделаю.
— Ваня, помоги мне, — позвала бабушка, — приподними деда за плечи, а я сниму с него горелые тряпки.
Вы когда-нибудь перебинтовывали обожжённую
— Не ври, тебе не больно, — возмущалась бабушка, — нечему у тебя болеть, ты же неживой.
Мумий гневно вращал глазами, скрипел зубами и делал обиженное лицо.
— Всё, на сегодня я закончила. Завтра буду тебя начисто бинтовать. Ты полежи, тебе сейчас бегать противопоказано. Да-да, лежи тихо и не дёргайся. Нет, читать нельзя. Глаза закрой и отдохни. А я твоим внуком займусь, его тоже надо подлечить. Ну-ка, Ваня, сядь поближе к свету.
Бабушка наклонилась, рассматривая моё лицо.
— Эк тебя обожгло, ничего сейчас поправим, будешь, как новенький. Нет, не трогай руками! Вон там зеркало лежит, можешь посмотреть.
Тёмные боги! Я взглянул на своё отражение — левая половина рожи была красной и покрыта пузырями. Это меня в башне, когда мумия вытаскивал. Ну всё, теперь я с такой обожжённой рожей точно страшный и ужасный тёмный властелин.
— Не болит? Ничего, сейчас будет щипать.
Бабушка намазала мне лицо прохладной мазью.
— Мой собственный рецепт. Не бойся, следов не останется вовсе.
— Угу.
— Ты не угукай. Снимай рубашку.
На мои возражения бабушка нахмурилась и погрозила пальцем.
— Снимай, я должна убедиться, что ты нигде больше не поджарился.
Пришлось стянуть рубашку через голову.
— А это что такое? Ты видел?
На боку у меня протянулась длинная глубокая царапина.
— Ты почему без доспехов на стене был?
Бабушка отвесила мне подзатыльник.
— Ещё раз замечу — не посмотрю, что ты Владыка, поставлю в угол и оставлю без сладкого. Без доспехов он сражаться полез!
— Хррр — сердито заворочался на койке мумий.
— Тихо там, — цыкнула бабушка, — сама внушение сделаю. Ваня, серьёзно тебе говорю. Чтобы до конца осады я тебя не видела без брони. Даже близко к стене не подходи. Понял?
— Ладно.
— Никаких “ладно”. Одна стрела — и никакого больше Владыки. Что прикажешь, тоже мумию из тебя делать? Мне одного Гебизе хватает.
— Обещаю, ба.
— Пойдём, накормлю тебя ужином, — бабушка обернулась к мумию, — а ты лежи. Узнаю, что вставал — привяжу цепями.
Я хотел повернуть к столовой, но бабушка покачала головой.
— Не до церемоний сейчас. Время военное, на кухне поужинаем.
По дороге бабушка
— Все ужинать, режим питания нарушать нельзя.
Сеню ловить не надо было — он сам появился, стоило только сказать про еду.
В духовке нас дожидался тёплый пирог с картошкой и грибами, а на плите уже закипал чайник. Никак бабушка его магией удаленно поставила. Однако, удобно, надо попросить, чтобы научила такому трюку.
Пока мы жевали, бабушка пила чай и задумчиво крутила чашечку.
— Плохо наше дело, — вдруг заговорила она, — Гебизе минимум неделю колдовать не сможет. А мне одной не справиться. Ещё один такой штурм и всё, светлые войдут в замок.
— А я их короля с сорона уронила, — похвасталась Дитя Тьмы, — подвесила на дыбу вудукуклу и маленьким факелом тыкала. Он взял и упал, прямо на рыцаря с красным пером.
— Молодец, — бабушка погладила девочку по голове, — ты кушай, я тебе ещё добавки положу.
— Угук! — Сеня сразу же отреагировал на добавку и протянул пустую тарелку.
— И тебе дам, чудовище. Только не угукай так громко, — бабушка вздохнула, — нам бы хоть парочку магов. Продержаться, пока мумий не восстановится.
— Может, шами по ним ударим? — Уру-Бука нахмурился, — чтобы им не до штурма было.
— Нечем. Твоих бойцов задавят массой.
Над столом повисло молчание.
— Грозу бы, — вздохнула Шагра, — чтобы дорогу грязью развезло.
— Да, в дождь рыцари не полезут, и маги колдовать побоятся.
— Чтобы молния не ударила? — уточнил я.
— Нет, мокрые волшебные палочки сбоят. Может самого волшебника шарахнуть откатом.
— Понятно, — я вдруг вспомнил одну штуку, — бабушка, Гебизе говорил, что Владыка может управлять погодой. Это правда?
— Не то что управлять. Погода зависит от настроения Владыки. Весело — будет солнечно, грустно — будет дождь. Необязательно, но с большой вероятностью.
— После ужина, — я обвёл взглядом компанию за столом, — будем рассказывать мне печальные истории. Чем грустнее, тем лучше. В идеале надо меня довести до слёз. Вспоминайте всё, что знаете самого горестного. Кто не знает грустных историй — придумывайте.
За столом все задумались.
— Угук! Угук!
— Да, Сеня, я знаю, что из тебя плохой рассказчик. Но ты можешь жалобно угукать, для создания атмосферы.
— Угугук.
Когда с ужином было покончено, бабушка строго постучала пальцем по столу.
— Посуду в раковину отнесите, я вам не служанка, за каждым убирать.
Даже Сене и Дитю Тьмы пришлось убрать за собой тарелки. Куча грязной посуды получилась впечатляющей — будто взвод гномов закусил почти до сытости.
— Ба, — я тихонько спросил бабушку, — может нам её помыть? Тебе тяжело такую гору будет в одиночку.