Сам себе клан

Мусаниф Сергей Сергеевич

Перехват контроля даст ему только дряхлое девяностолетнее тело, которое, без моей подпитки, быстро вернется к своему прежнему состоянию. Но что мешает старому князю действовать тоньше? Используя меня и мои способности, как инструмент для достижения его собственных целей?

И момент, когда он моими руками разрушил особняк, если, конечно, это на самом деле сделал именно он, это момент для проверки его собственных сил, границ его влияния?

Я был под действием боевого коктейля, я был в горячке схватки, я только что получил новые способности применения

силы, возможно, в ту же минуту он меня и подловил.

Или это все теория заговора, а у меня развивается паранойя. Но, что бы там ни говорили, даже у параноиков бывают враги, и, при прочих равных, параноики живут дольше.

А значит, заключил Ломтев, надо действовать осторожно. Куда более осторожно, чем он действовал до этого. Потому что конечные цели двух живущих в одном теле князей могут различаться кардинально.

Старый солдат и верный слуга империи и тот, кому на эту империю вообще наплевать. Ирония судьбы свела их в одном теле, и возникновение у них конфликта интересов – это только вопрос времени.

Ведь судьба не только иронична, но и безжалостна.

* * *

Медведев без всякого энтузиазма ковырял вилкой омлет.

Омлет был откровенно так себе даже на вил. Впрочем, от этой забегаловки в промзоне на окраине города и не стоило ожидать большего. Ее основные клиенты – это работяги с соседних предприятий, забегающие перехватить что-нибудь в обеденный перерыв, и, может быть, пропустить рюмку-другую после работы. Сейчас, в первые полчаса после открытия, в зале было почти пусто, а немолодые официантки продолжали расставлять стулья и протирать столы.

Влад взял себе кофе, но и кофе был тоже так себе. Впрочем, после бессонной ночи это не имело решающего значения, и Влад все равно не смог бы оценить разницы между местными помоями и лучшими сортами из самой дорогой столичной кофейни.

– Ну и? – спросил Медведев.

– Он определенно не Громов, – сказал Влад.

– Это определенно не новость, – вздохнул разведчик. – Меня интересуют очень простые вещи. Кто он? Откуда он взялся? Чего он хочет? Кто за всем этим стоит? У вас есть ответы на эти вопросы?

– Они в процессе выяснения, – сказал Влад. – Думаю, мне еще не удалось войти к нему в доверие, но я уверен, что движусь в правильном направлении. Еще пара ней…

– У нас нет этой пары дней, – сказал Медведев.

– Вот как? – удивился Влад. – Я чего-то не знаю?

– Давайте начистоту, – сказал Медведев. – События этой ночи были очень… впечатляющими. Я впечатлен. Мы все впечатлены. Но это слишком опасно. Это слишком громко, это слишком на виду, и мы больше не желаем иметь с этим ничего общего. Мы отходим в сторону и превращаемся в наблюдателей.

– То есть, больше никакой поддержки? – уточнил Влад.

– Никакой, даже информационной, – подтвердил дальневосточник. – Послушайте, помогая вам организовать эту операцию, мы и так слишком рисковали, и если по итогам расследования СИБ выйдет на наш след, нам придется бросить здесь всю сеть. Вы же понимаете, как долго и сложно нам было ее создавать?

– Догадываюсь, –

сказал Влад.

– Так что мы собираемся на время залечь на дно и посмотреть, что из всего этого выйдет, – сказал Медведев. – В то же время, вы доказали свою полезность и свою квалификацию, и мы, в общем-то, не прочь работать с вами и дальше.

– Использовать меня, вы хотите сказать.

– Ну да, – сказал Медведев. – Это жестокий мир, знаете ли и мы с СИБ не в бирюльки играем. Я использую вас, вы используете меня, все кого-нибудь да используют.

– Но в то же время с князем вы ничего общего иметь не хотите, – уточнил Влад.

– Есть инструменты, которые слишком опасно даже включать, не то, чтобы в руки брать, – сказал Медведев. – Поэтому я предлагаю вам выбор. Вы можете работать с нами. Или вы можете работать с ним. Но что-то одно и не одновременно.

– Я понял, – сказал Влад.

– Если вы выберете его, больше мне не звоните, не пишите и не ищите встречи другими способами. Все контакты будут оборваны.

– Навсегда? – уточнил Влад.

– Нет, – покачал головой Медведев. – Разумеется, не навсегда. Лишь до тех пор, пока эта ситуация не будет урегулирована. Тем или иным способом.

– Иными словами, вы убедились в том, что его действия идут вам на руку, – сказал Влад. – И ничего другое вас не интересует.

– Меня интересует безопасность республики, – сказал Медведев. – И нестабильная империя, имеющая внутренние проблемы и этим внутренними проблемами ослабленная, для нас в качестве соседа куда предпочтительнее, чем она же, но собранная и готовая к войне. И чем больше внутри нее будет очагов нестабильности, тем лучше для меня и для республики. Возможно, Ломтев – ключевой элемент этой картины, а возможно, он пустышка, и уже завтра будет отброшен в сторону. Я не собираюсь рисковать своей работой и своими людьми ради одного фрагмента головоломки, понимаете?

– Понимаю, – сказал Влад. – Вы раскачиваете лодку, но у вас нет ни малейшего представления о том, что делать, когда она действительно перевернется.

– И еще раз, – терпеливо сказал Медведев. – Моя работа заключается не в том, чтобы переворачивать лодку. Моя работа – следить за тем, чтобы качка не прекращалась. А что касается лодки… Боюсь, что вы себе даже не представляете, насколько она устойчива.

– Но я постараюсь это выяснить, – пообещал Влад.

– Так каков же ваш выбор?

– Думаю, что он очевиден.

– Значит, прощайте, – сказал Медведев. – Но напоследок я бы хотел сообщить вам кое-что еще. Моим людям удалось добыть фрагменты генетического материала вашего князя. Потожировые следы, волосок, сами понимаете… Так вот, мы провели экспертизу, и она показала, что генетически он все-таки самый настоящий Громов.

– Даже так? – несколько ошарашенно сказал Влад, и нельзя было точно сказать, что поразило его сильнее. Сама информация, которую до него донес разведчик, или то, доступом к каким технологическим возможностям и какой информационной базе он обладает.