Сальватор
Шрифт:
– Значит, все, что говорил мне Сарранти, правда? Порт Рошфора блокирован?
– Пока еще нет, сир. Но через час будет уже поздно.
Император на мгновение задумался.
– Я жду с минуты на минуту прибытия паспортов, – сказал он.
Эрбель с сомнением покачал головой.
– Вы полагаете, что я их не получу?
– Не получите, сир.
– И что, по-вашему, намерены сделать монархи стран-союзниц?
– Получить вас в качестве пленника, сир.
– Но ведь они все были в свое время в моих руках, а ведь я не только дал им свободу,
– Может быть, вы были неправы, сир.
– Так вы пришли сюда только для того, чтобы предупредить меня об опасности?
– Я пришел сюда затем, чтобы предоставить свою жизнь в распоряжение Вашего Величества, если вы сочтете, что она сможет вам пригодиться!
Император посмотрел на этого человека, говорившего так просто, что не возникало ни малейшего сомнения в том, что он готов выполнить то, что обещал.
– Но, – сказал Наполеон, – я всегда считал вас сторонником республики.
– Так оно и есть, сир.
– А почему же вы в таком случае не считаете меня своим врагом?
– Потому что прежде всего я патриот. Да, сир, я всем сердцем сожалею о том, что вы не последовали путем Вашингтона, который вернул народу все его свободы неприкосновенными. Но вы, пусть и не сделав Францию свободной, сделали ее великой. И поэтому я пришел сюда, чтобы сказать вам: «Если бы вы продолжали оставаться счастливым и на вершине славы, сир, мы с вами никогда бы больше не увиделись».
– Да, а теперь, когда я несчастен и фортуна отвернулась от меня, после того, как вы отдали мне свое состояние, вы хотите отдать мне и свою жизнь. Вашу руку, капитан Эрбель. Я могу только признательностью ответить на вашу преданность.
– Так вы согласны, сир?
– Да. Но что вы предлагаете?
– У вас есть три варианта, сир. Не желаете ли выступить на Париж вдоль Луары? В вашем распоряжении есть Вандейская армия под командой генерала Ламарка и армия Жиронды под руководством генерала Клозеля. Остается только обвинить временное правительство в предательстве государственных интересов и двинуться на него по главе двадцати пяти тысяч солдат и ста тысяч фанатически преданных крестьян.
– Это стало бы вторым возвращением с острова Эльба, а я не желаю все начинать снова. Я устал, мсье. Я хочу отдохнуть и посмотреть со стороны, кого же поставят на мое место. Давайте перейдем ко второму варианту действий.
– Сир, человек, за которого я ручаюсь головой, Пьер Берто, мой старший помощник, ждет со своим корветом в устье Седра. Вы садитесь на лошадь, преодолеваете соленые болота, садитесь на фелюку, проплываете через проход Момассон, минуя англичан, а в море перебираетесь на борт американского судна «Орел». Видите, и название корабля очень удачно.
– Но это означает бежать, мсье. Бежать, словно преступнику, а не покинуть Францию императором, освободившим престол!.. Ну, а каков третий вариант?
– Он самый рискованный, но я отвечаю за его претворение в жизнь.
– Говорите.
– Французское правительство предоставило
– Так, мсье. Но поскольку порт блокирован…
– Потерпите, сир… Я знаком с капитанами этих фрегатов. Это отважные моряки. Их имена капитан Филибер и капитан Поне.
– И что?
– Вам остается выбрать, на какой именно корабль вы хотели бы подняться. У Медузы ход получше. Блокаду порта осуществляют два корабля: шестидесятичетырехпушечный Беллерофон и восьмидесятипушечный Превосходный. Я на своем бриге атакую на Беллерофон, а капитан Филибер на своем Сауле завяжет бой с Превосходным. Им понадобится не меньше часа на то, чтобы потопить нас! А тем временем вы на Медузе спокойно уплывете, но уже не как беглец, а как победитель. Под горящей триумфальной аркой.
– И буду потом упрекать себя в гибели двух кораблей и двух экипажей! Нет, мсье, никогда!
Капитан Эрбель посмотрел на Наполеона с удивлением.
– А Березина, сир? А Лейпциг, сир! А Ватерлоо, сир?!
– Это делалось ради Франции. Я имел право проливать кровь французов за Францию. Но в данном случае она прольется только из-за меня одного.
И Наполеон отрицательно покачал головой.
И еще более твердым голосом, чем в первый раз, повторил:
– Никогда!
13 числа того же месяца он написал принцу-регенту знаменитое письмо, которое в столь фатальной обстановке стало историческим:
«Ваше Королевское Высочество,
Столкнувшись с расколом моей страны на множество группировок и находясь перед лицом недружелюбного расположения европейских держав, я закончил свою политическую карьеру и решил, подобно Фемистоклу, присесть у очага британского народа. Отдаю себя под охрану его законов и надеюсь на справедливость Вашего Королевского Высочества как самого сильного, самого непреклонного и самого благородного из моих врагов.
Наполеон».
А уже через два дня, 15 июля, император поднялся на борт Беллерофона.
15 октября он сошел с него на острове Святой Елены.
Спускаясь на землю этого проклятого острова, император, опираясь на руку господина Сарранти, шепнул ему на ухо:
– О! Но почему же я не принял предложение капитана Эрбеля!
Глава LXIV
Видение
Окончание истории капитана Эрбеля легко понять и можно описать в двух словах.