Сальса для двоих
Шрифт:
А свою сим-карту Венди не стала вставлять в телефон. Поэтому к Уильяму ей пришлось ехать на свой страх и риск без предупреждения.
– Что-то случилось? – Уильям встретил ее в халате, роскошном, махровом, с изобильно рассыпанными по ворсу знаками доллара.
– Ты уже ложился спать, наверное, – виновато сказала Венди. – Я тебе помешала?
– Глупости, Венди. Как ты можешь мне помешать? Ты вообще ни при каких обстоятельствах помешать мне не можешь.
– Хорошо, коли так. – Она вздохнула.
– Так
Венди сидела на тахте, поджав под себя ноги, а руки отогревая большой керамической кружкой со свежезаваренным каркаде.
Она сама себя не понимала.
Вроде бы она приехала к Уильяму пожаловаться, но жалобы не шли с языка.
Венди вдруг поняла, что и Ренате она толком ничего не сказала. По крайней мере, не сказала ничего такого, что позволило бы той сделать однозначные выводы как относительно Мигеля, так и относительно самой Венди.
Интересно, что же все-таки произошло?
И кто из них больший дурак?
Неужели нельзя было выяснить это сразу, на месте, а не улетать из Малаги впопыхах, сломя голову и теряя перья?
Теперь придется сидеть здесь и обижаться на саму себя. Да, наверное на саму себя. Потому что, кажется, больше не на кого.
Нужно извиниться перед Уильямом, ехать домой и ложиться спать.
Потому как других занятий все равно нет и не предвидится. Официально Венди еще в отпуске. Идти к многочисленным друзьям что-то не хочется. Вместо груды ярких отпускных фотографий, вместо сияющего счастьем загорелого лица предъявлять унылую физиономию и отсутствие не только каких бы то ни было сувениров, но и собственного багажа?
Но что сделано, то сделано. Долго жалеть о чем-нибудь было не в характере Венди.
Вот только почему-то начало жечь слева, в области сердца. Жжение все усиливалось. Венди знала только одно лекарство от этого жжения…
Она не сказала Уильяму ни слова, милосердно предоставив ему самостоятельно теряться в соображениях и терзаться догадками. Конечно, какую-то долю правды он понял, а еще какую-то поймет позже.
Но будет лучше, если это произойдет без ее непосредственного участия.
Рано утром, едва рассвело, Венди поднялась, оделась, умылась, вышла из гостевой спальни, любезно предоставленной Уильямом, и покинула квартиру, захлопнув за собой дверь.
Она не стала просить у него денег. Наличные средства у нее закончились тогда, когда она накануне расплачивалась за такси от аэропорта до квартала, где жил Уильям.
Венди побрела пешком в сторону дома. В джинсах, майке, легких туфлях она почти замерзала – было еще рано, было еще прохладно. Ветер слегка трепал ее и без того небрежно причесанные с утра шелковистые волосы.
Засунув руки в карманы джинсов, Венди упрямо шагала к своему кварталу. В голове шарманкой прокручивалась
Ей осталось перейти всего через один мост для того, чтобы оказаться на своей улице. Вокруг было безлюдно, и поэтому, когда Венди заметила прохожего, идущего ей навстречу решительным шагом, она невольно вздрогнула.
Чуть отклоняясь в сторону, она оказалась ближе к перилам моста. И вдруг вздрогнула вторично.
У прохожего с головы порывом ветра сдуло капюшон спортивной куртки, и Венди узнала Мигеля.
Он бросился навстречу ей. Венди слегка попятилась.
Не обращая на это ровным счетом никакого внимания, Мигель очутился рядом и стиснул Венди в объятиях так, что у нее даже затрещали ребра.
– Какого дьявола… – начал он было на испанском, но потом сразу перешел на английский.
– Что ты тут делаешь? – прошептала Венди, на глаза которой моментально навернулись слезы. Она проглотила их и сделала попытку пройти.
– Так, а ну-ка стоять! Мы не сойдем с этого места, пока не объяснимся. Можно подумать, что у нас с тобой нет других развлечений, кроме как летать из страны в страну? Я пропустил сегодняшнее заседание в офисе из-за тебя.
– В чьем офисе? – спросила Венди, постаравшись добавить в голос сарказма.
– В моем, Венди, в моем, – устало вздохнул Мигель. – Так, давай-ка сначала. Какого черта ты уехала таким образом?! Тебе, кажется, не тринадцать и не пятнадцать лет?!
– Ну, – пробормотала Венди, лишь бы что-то сказать и потянуть время, – в каждой взрослой женщине время от времени просыпается маленькая обиженная девочка. – На самом деле она признавалась самой себе в том, насколько рада видеть Мигеля здесь, рядом с собой.
Снова рядом.
Мигель неожиданно усмехнулся совсем по-доброму.
– Ну разве что этим можно объяснить твой неожиданный поступок, – проворчал он.
– Но ты…
– Подожди. Давай лучше я расскажу. То, что ты видела в особняке, это якобы мои объятия с некой испанкой. Верно?
– Да, – без особого энтузиазма кивнула Венди.
– И не нашла ничего лучше, чем обидеться? Оскорбиться и уехать с вечеринки, даже не поговорив со мной? Венди, а как же наше доверие?
– Мигель, я просто не ожидала…
– Я тоже не ожидал. – Мигель неожиданно расхохотался.
– Ты чего? – удивилась Венди.
– Не ожидал, что моя семья за моей спиной решит поиграть в мексиканский сериал и попытается закрутить интригу.
Венди наморщила лоб.
Пока что она ничего не понимала. Кроме, разумеется, того, что Мигель все-таки прилетел к ней в Глазго и, кажется, еще не все потеряно.
Мигель обнял ее за шею, с улыбкой заглянув в глаза.
– Послушай меня внимательно. Только не начинай сразу вопить от возмущения. Мне тоже было нелегко принять этот факт.