Саит
Шрифт:
— А что ты собираешься пить? — он ловко у меня отбирает упаковку, вчитывается в название, хмурится, я пытаюсь выхватить коробочку, но Саит отворачивается.
— Дева?! — вопрос задан таким тоном, что молчать чревато последствиями, но и объяснять ему ничего не хочу. Сверкаю глазами, сверлю его сердитым взглядом, но ему все равно, ждет от меня ответа.
— Это таблетка.
— Вряд ли от головной боли. От чего?
— Не твое дело!
— С того момента, как я решил тебе помогать, все, что касается
— Мы сегодня не предохранялись утром. Противозачаточные таблетки я не пью.
— И? Что тебя смущает?
— Ты прикидываешься дураком или дурак? — взрываюсь, делая очередную попытку выхватить у него из рук упаковку. Не получается. Поджимаю губы, скрещиваю руки на груди.
— Мне не нужна беременность! Ясно? Я не планирую детей сейчас и в ближайшем будущем Может, когда мне будет лет тридцать, тогда рожу ребенка, а пока я хочу найти смысл жизни. Я еще слишком молода, чтобы связывать себя младенцем. Теперь ты мне отдашь эту таблетку?
— Нет.
— Что? — изумленно наблюдаю за тем, как Саит достает единственную таблетку, швыряет ее и подошвой своих кроссовок растаптывает. Мне хочется закричать на него, хочется расплакаться от бессилия, от того, что кто-то за меня решает мою судьбу. Я почти ненавижу Саита в эту минуту, когда вижу на асфальте белые крошки.
— Я не суеверный и не верю в судьбу, но если суждено тебе залететь от меня, значит ты родишь ребенка. Предохраняться не планирую.
— Ты эгоист! — зло бью кулаком его в плечо, он перехватывает мою руку, впечатывает меня в себя. Сверлим друг друга злобными взглядами, оба готовы отстаивать свою позицию до конца, до последнего вздоха.
— Я люблю тебя, Дева. Сделаю все возможное, чтобы ты меня тоже полюбила так же сильно, как я тебя. И хочу ребенка. Можно сразу двоих. Ясно? — легонько встряхивает. Пристально смотрит в глаза, словно пытается прочитать мои мысли, узнать, что я скрываю, о чем мечтаю. И мне приходится сделать над собой усилие, чтобы не обмякнуть в его руках и не признать свое добровольное поражение.
— Ясно, — тихо выдавливаю из себя.
Глава 19. Саит
— Мне нравится, — Дева оглядывается через плечо, одаривая меня счастливой улыбкой. Улыбаюсь в ответ, потому что раз моя малышка счастлива, значит счастлив я.
Мое настроение, состояние души не зависит от другого человека, но мне нравится эта наркотическая зависимость от девушки, когда утро не начинается без ее поцелуя, а ночь не наступает без ее ласк. Порой физически невыносимо находиться в одиночестве, когда Дева находится в ванной, и я ее не вижу. Мне мало двадцати четырех часов в сутках, чтобы надышаться ею, налюбоваться. Я схожу с ума. Я безумно влюблен в эту чертовку с шоколадными глазами.
— Берем? — наблюдаю
— Тебе нравится? — мне плевать на квартиру, будь моя воля, продолжил жить в отеле, но малышке не спокойно там, вздрагивает, едва услышав за дверью чьи-то шаги. Мы в бегах уже три дня, ни разу никто из полицейских не остановил, не потребовал документы. Подозрительных личностей, следящих за нами, я тоже не наблюдаю. Либо на нас забили, либо не могут понять, где нас искать. Это радует, есть время дождаться отца Девы из Канады. Потом… Что будет потом, не хочу задумываться, мне нравится настоящее.
— Мне нравится.
— Вот и славно, — оживает риелтор, молчавшая все время, пока Дева осматривала квартиру. — Надо оформить документы, внести оплату на два месяца вперед.
— Да, конечно, — достаю из рюкзака паспорт, садимся за стол. Когда женщина вскидывает на меня глаза, я вопросительно приподнимаю бровь, предупреждающе на нее смотря. Понимающе кивает головой, лишних вопросов не задает, но понимаю ее любопытство: не каждый день ей приходится сдавать квартиру иностранным гражданам не из ближайшего зарубежья.
Пока заполняем бумажки, поглядываю на Деву. Она, обняв себя за плечи, стоит у окна. Выглядит немного потерянной и отстраненной. Каждый раз, когда малышка уходит в себя, мне хочется узнать ее думы. Молчание Девы напрягает, раздражает, борюсь с порывом встать и схватить ее за плечи, хорошенько встряхнуть.
— Все в порядке, вот ваши ключи, — риелтор на стол кладет две связки ключей, пересчитывает деньги, довольно качает головой. — Обживайтесь, по всем вопросам звоните хозяевам, — мне протягивают бумажку с номерами телефонов.
— Спасибо, — вежливо улыбаюсь, встаю со стула. Проводив риелтора, закрываю входную дверь. Маленькая квартирка совсем не то к чему я привык, но рядом с Девой мне и этого достаточно. Говорят, с милым и рай в шалаше, так вот с милой и в палатке прекрасно.
— Довольна? — обнимаю девушку сзади, она вздрагивает. Слишком сильно ушла в себя, совсем не слышала, как я подошел к ней. Целую ее за ушком, вдыхая яблочный запах ее волос. Сладкая.
— Надеюсь, сегодня я высплюсь, — поворачивается ко мне лицом, обнимает за шею.
Ее улыбка заставляет задержать дыхание. Всматриваюсь в родное лицо, ловя себя на том, что мне ее безумно мало. Она со мной, она дышит рядом со мной, но мне ее мало. До ломоты, до дрожи, до задержки дыхания. Я никогда не думал, что можно так сильно любить человека, когда ты боишься не за себя, ты боишься за нее. Я боюсь, что Дева не сможет меня полюбить так же отчаянно, так же глубоко и бескомпромиссно, как я ее.
— А если я помешаю твоему сну? — нахально просовываю руки под футболку, но малышка противится моему домогательству, пытается вырваться из моих рук.