Сахарный павильон
Шрифт:
Любовь к нему трепетала в ее душе, подобно попавшейся в силки птице. И лишь усилием своей железной воли, ей удавалось подавлять симпатию к Фоксхиллу. В определенном смысле ей ведь никогда не удастся от него избавиться. И тем не менее он никогда об этом не узнает. Конечно же, он прав, когда говорит, что между ними встал Рори. Рори, олицетворивший для нее постоянство, стал своеобразным щитом от сумятицы, которую с легкостью мог внести Том в ее тщательно распланированную жизнь. Несмотря на то, что все ее тело ныло от усталости, Софи долго не удавалось заснуть.
Утром,
Свадебная церемония прошла довольно тихо, как и хотел того сэр Роланд, и в семейной церкви стояли лишь близкие родственники и друзья, зато дававшийся вечером бал был грандиозным зрелищем. Огромный зал сверкал огнями и утопал в гирляндах экзотических цветов. Музыка была просто великолепна. Софи была рада тому, что Генриетта наконец обрела долгожданное внимание к своей персоне. И если восторженности у нынешней миссис Роланд после свадьбы заметно поубавилось, то на смену ей пришли уверенность и достоинство, и ничто не могло затмить очарование Генриетты.
Когда пришло время расставаться, Софи и Антуан помахали ей из окна тронувшейся в сторону Лондона кареты, И прежде чем Генриетта скрылась из виду, Софи было приятно заметить, что сэр Роланд, поспешив к своей молодой жене, трогательно обнял ее за плечи. «Конечно же, он не идеал, но добрее мужа Генриетте не найти», – подумала про себя Софи.
– Думаю, что Генриетта предпочла бы сейчас вернуться вместе с нами в Брайтон, – заметил Антуан.
В устах мальчика эти слова показались Софи чересчур проницательными.
– Я бы сказала, что на данный момент, это действительно так, но вскоре она ко всему здесь привыкнет и будет счастлива.
По прибытии в Брайтон их встретили хорошие вести о том, что из Лондона получен первый заказ на кондитерские изделия, и уже через час после того как карета остановилась у дома Клары, мадемуазель Делькур, надев передник, трудилась в своем ателье.
– Ну что ж, теперь мне хотелось бы услышать о свадьбе принца Уэльского, – заметила Клара. – Только Бог его знает, когда же он наконец женится.
Принц тоже не имел об этом ни малейшего понятия. Отъезд его невесты из Брауншвейга откладывался уже несколько раз по причинам трудностей в осуществлении подобного путешествия, вызванных войной с Францией и невероятно суровой зимой, выдавшейся в этом году на Европейском континенте.
Миссис Фицхерберт вновь видели на балах в Лондоне, и если верить циркулировавшим в Брайтоне слухам, держалась она достойно, поэтому никому так и не удалось узнать, что же она действительно чувствует в связи с приближающейся женитьбой ее собственного мужа. В Брайтоне принца видели куда реже обычного. Враждебное отношение граждан привело к тому, что принц старался здесь не появляться. Как-то в отчаянии он даже воскликнул, что превратит Морской Павильон в казармы, но все прекрасно понимали, что принц слишком любит свое детище, чтобы так поступить.
В конце ноября Рори остановился на краткую побывку в Брайтоне по дороге в Лондон. Он был направлен на работу в Таможенное Управление
– Эта работа будет долгой и кропотливой, – объяснил Рори. – Никто из негодяев не должен выйти сухим из воды. И если мне повезет, я получу продвижение по службе. Я уже присмотрел себе приличную руководящую должность в Шорхеме, и под моим контролем будет весь Сассекс. Человек, который ныне занимает этот пост, вскоре должен подать в отставку.
– Это так здорово!
– Но прежде я должен кое-что сделать.
Она даже не стала спрашивать, что именно.
– Ты вновь расставишь засады вдоль береговой линии и не успокоишься до тех пор, пока не схватишь брумфилдскую банду?
– Правильно. Я никогда не бросаю однажды начатого.
В общей сложности Рори провел в Брайтоне три дня, прежде чем отправился в Лондон. Антуану особенно было жаль с ним расставаться. Неизвестно, была ли это инициатива Софи, но Рори преподал Антуану первые уроки фехтования рапирой. И хотя у мальчика оружие было деревянным, инструктор владел самым настоящим клинком.
– Капитан Морган сказал, что если я собираюсь когда-нибудь стать самым настоящим французским дворянином, я должен научиться прежде всего очень хорошо фехтовать, – сказал Антуан Софи.
– Конечно же, – согласилась она. Про себя Софи подумала, что неплохо бы мальчику еще вдобавок научиться как следует держаться в седле, но подобное учение пока еще было ей не по карману.
Софи постоянно угнетал тот факт, что она не располагает достаточными сведениями об Эмиле де Жюно, а поэтому она решила еще раз посетить ферму Миллардов. Мадемуазель Делькур была рада обнаружить миссис Миллард окончательно выздоровевшей. Но, к сожалению, со времени печального инцидента, бедняжка стала страдать провалами в памяти и начисто забыла эпизод с французом.
Глава 19
В декабре 1794 года принц вступил в брак по доверенности со своей все еще отсутствующей невестой. Миссис Фицхерберт, узнав об этом, возобновила свое вдовство и, удалившись от светской суеты, обосновалась в тиши Марбл-Хилл в Твикенхэме. Как будто бы и не было девяти лет, прожитых вместе с принцем.
Софи было глубоко жаль Марию. Ведь несмотря на многочисленные препоны, они так любили друг друга, и то, что их брак был разрушен многочисленными долгами принца, интересами большой политики и известным влиянием леди Джерси, было настоящей трагедией.
К большому разочарованию Софи, из Лондона пришло всего лишь несколько разовых заказов на ее конфеты. Однако того, что потреблял Брайтон, вполне хватало, чтобы загрузить работой ее ателье.
По-прежнему не было никаких признаков того, что Том вернулся в свою отремонтированную лавку, ставни на которой были по-прежнему закрыты. Когда весна покрыла землю ковром подснежников и крокусов, дела фирмы Софи пошли вверх, и она была вынуждена нанять в свою кондитерскую еще одного ученика-помощника по имени Оливер.