Сахара
Шрифт:
— Чума, — присвистнул, Боксер, подходя ближе, — ты хоть в следующий раз предупреждай, что ли.
— Нам нельзя здесь задерживаться. Мы слишком сильно нашумели.
— Хабар забери, — проходя мимо, напомнил Паяц.
— Долго возиться.
— Ох, женщины… — вздохнул он, поменяв направление в сторону монстра.
Сняв с пояса мачете, парень парой ловких ударов раскроил споровый мешок, с трудом отогнув получившиеся дольки.
— Ого, — присвистнул парень, копошась в теле монстра, — не плохо для новичка, четыре спорана и горошина.
— Идем, — нетерпеливо,
Пожав плечами, Паяц, передал девушке свою находку, двинувшись дальше.
Дорога уходила вниз, огибая холмистый пригорок. В этой части парка буйная зелень разрослась значительно сильнее, практически полностью скрыв следы человеческих рук. Бордюрная плитка полностью терялась в траве. Молодые деревца тянулись к небу, шместами переходя в непроходимую чащу.
— Надо идти быстрее, — настойчиво твердила, Ксюша, порываясь перейти на бег.
— Не в этой части парка, — не соглашался, Скиф.
— Тот зараженный лишь часть стаи, если не поторопимся у нас есть шанс с ними столкнуться.
Мужчина хмыкнул, почесав затылок.
— Хорошо. Веди.
Ксюша встала в главу отряда, перейдя на бег. Она кончиками пальцев прикасалась к стволам деревьев, скользила по верхушкам травы. Каждая ямка, каждая колдобина были у нее как на ладони. И тем страннее казались ее перемещения для окружающих. Обежать дерево, чтобы не врезаться мордой в брошенную паутину, еще можно было понять, но зачем девушка сильно забрала влево, практически вплотную приблизившись к мертвому кластеру?
— Сахара, мы сильно отклонились от цели.
— Нет, там внизу, пару дней назад, рубера завалили, его тело запрудило ручей…
Скиф задумчиво посмотрел в спину спускающейся с пригорка девушки. Ее обуревало странное волнение, какая-то навязчивая идея без устали гнала вперед. Пересохшее русло ручья, пригорок, лес, пришедший на смену парку — все будто служило только одной высшей цели…
Вечер тихо сменился жидкими сумерками. Основной части группы стало значительно сложнее передвигаться по лесным дебрям, от чего скорость передвижения упала. Девушка с удивлением обнаружила, что благодаря указаниям дара устает значительно меньше, единственное, что требовалось регулярно — это подпитываться живчиком, но им она запаслась на долго.
Совершив десятиминутный перерыв, группа двинулась дальше, выйдя на хорошо натоптанную тропу. Ночные хищники вышли на охоту. Где-то в отдалении раздался душераздирающий вопль и все стихло. Ксюша ускорилась, перейдя на бег.
Перед глазами проплывали рубленные силуэты темных елок и кружевные ветки берез. Тело наполнялось какой-то странной эйфорией. Казалось, еще чуть-чуть и с ней произойдет что-то торжественно важное, от чего сердце хотелось биться еще быстрей. Подпрыгнув, Ксюша, прикоснулась к колючей, еловой лапе. Мир снова вспыхнул яркими гранями настоящего и будущего. Мозг уже почти полностью перестроился, ощущая острый дискомфорт без этих вспышек. «Это как ходить с завязанными глазами,» — думала она, продолжая бег. Желание слиться с даром, чувствовать его постоянно казалось не преодолимым.
Они спустились в низину, густо поросшую осокой. Ксюша сменила направление отойдя с тропинки.
— Все привал, — объявила она, пытаясь восстановить дыхание, — там дальше патрулируемая зона, нам стоит отдохнуть, перед основным броском.
Люди устало разбрелись по небольшим группам, оккупировав ближайшие деревья. Скиф выбрал двух человек в дозор, устало привалившись к ближайшему стволу. Времени до начала операции оставалось совсем чуть-чуть.
Боксер, напряженно пыхтевший всю дорогу, с непринужденным видом приблизился к Сахаре.
— Он жив. Вы с ним еще встретитесь, — предвосхитила его вопрос девушка.
— Понимаешь… — он уселся рядом, устремив взгляд в безоблачное, черное небо.
— Так было надо, ты не виноват, — перебила она его.
— Откуда ты можешь это знать?
— Я вижу, — девушка последовала его примеру, устреми взгляд бесконечно вверх, — если я скажу, что мы винтики в одной предельно сложной системе, и от каждого нашего шага зависит, то какой эта система будет завтра, ты мне поверишь?
— Угу, делай добро и добро к тебе вернется, — скептически похмыкал он, — так вернется, что потом еще долго на одни лекарства работать будешь.
Ксюша усмехнулась, ничего не ответив. Мимо них куда-то в сторону прочесал задумчивый Паяц.
— Ты мне лучше скажи, где его искать.
— Точного места я не знаю. Маленький стаб у самого пекла. Бар под название «Веселая камбала».
— И какого черта его туда понесло?
Ксюша, лишь пожала плечами.
— Тебе это лучше знать. Это был ваш уговор.
Мужчина вздрогнул ошарашенный догадкой. Он пристально посмотрел на девушку, все еще не решаясь поверить в услышанное.
— Спасибо. Я понял, — кивнул, Боксер, каким-то своим мыслям, отвалив.
Паяц, уверенно приземлился рядом с остриженным на голо Сорокой.
— Значит, ты у нас можешь управлять зараженными… — медленно проговорил он, — хороший и очень редкий дар…
— В той или иной степени, — пожал плечами мужчина, поправляя серьгу в виде маленькой птицы.
— И не давно побывал в плену у муров, — продолжил развивать свою мысль, Паяц.
— Был.
— Какое интересное стечение обстоятельств…
— Вряд ли…
К ним беззвучно приблизилась, Ксюша.
— Он просто хотел выжить, — вклинилась в разговор она, тихо опускаясь рядом.
Паяц, неопределенно хмыкнул, улегшись на холодную землю. Время растянулось напряженной тетивой. Каждый по-своему готовился к финальному рывку. Близнецы проверяли оружие, Боксер дремал, завернувшись в бушлат, Элис медленно подошла к Скифу, что-то эмоционально высказывая ему. Ксюше было наплевать на их отношения, перед глазами уже маячил надоевший до оскомины образ коридоров…
— Все, подъем, выдвигаемся, — окликнул окружающих, Скиф.
Ксюша тут же оказалась рядом, готовая бежать вперед. Неожиданно поднявшийся ветер, раскачал верхушки больших деревьев, принеся кисловатый запах тумана.