Сага
Шрифт:
– Сегодня… уже двенадцатое?
– Очнитесь, Марко!
И верно, сегодня в четыре утра начнут передавать «Сагу»! Я слишком молод, чтобы помнить, как первые космонавты высадились на Луну, но все взрослые, бодрствовавшие той ночью, совершенно точно знают, где они находились. А ведь событие, которое произойдет сегодня, гораздо важнее для моего будущего, чем прилунение для всего человечества. Ну, конечно, это случится сегодня ночью! Только наша четверка будет присутствовать при этом крутом повороте истории, однако наши потомки с гордостью будут рассказывать, что передача первой серии «Саги» состоялась
– Если нам хоть немного повезет, то нас будет больше, чем четверо. Я уверена, что…
Она не знает, как закончить столь оптимистично начатую фразу.
Кто же еще будет смотреть нашу «Сагу»?
Может быть, дюжина человек, страдающих бессонницей и организовавших тайную секту, чтобы подготовить путч и разбудить всех мирно спящих. Самоубийца, оставивший телевизор включенным, чтобы не испытывать страха перед прыжком в пустоту. Человек, перепутавший день и ночь. Неторопливо потягивая аперитив, он будет время от времени бросать взгляд на экран поверх газеты. Старая дама, караулящая возвращение шестнадцатилетнего внука, слишком счастливого, чтобы спешить домой. Нервный тип, предпочитающий смотреть телевизор с выключенным звуком. Медицинские сестры, ухаживающие за роженицами. Женщина, ждущая со слезами на глазах с шестнадцати часов звонка от мужа, брошенного в тюрьму в Куала-Лумпур. Может, еще кто-нибудь, кто знает…
– Так где вы будете сегодня ночью?
Это обращение на «вы» звучит более естественно и, как ни странно, более интимно.
– Скорее всего, дома, вместе с Шарлоттой. Впрочем, я еще не решил. А вы?
– Наверное, у мамы. Я предлагала ей сделать копию, чтобы она посмотрела ее в любое, более удобное для себя время, но ей интересно сидеть перед телевизором именно в четыре утра. Я уже слышу, как она говорит: «Твоя работа хоть приносит тебе деньги»? Даже когда я писала романы, она задавала мне этот вопрос, и я всегда отвечала: «Нет». Но этой ночью я отвечу: «Немного».
Матильда улыбается. Она мне чертовски симпатична. Нам приносят по куску жареного лосося, и она отодвигает на край тарелки масло, приправленное петрушкой.
– Послушайте, Марко, я хотела пообедать с вами наедине, так как мне нужно посоветоваться по поводу тайной комнаты Френелей.
В некотором смысле меня это успокаивает. Если не ошибаюсь, именно ей поручено написать сцену.
– Я собиралась познакомить с текстом всех остальных сегодня днем, но потом решила показать его вначале вам. Если честно, то я немного побаиваюсь реакции Луи. Иногда он смотрит на меня так, словно я несу несусветную чушь. Кроме того, мне кажется, что Жером из-за моих невинных постельных сцен принимает меня за хозяйку борделя.
– А Жерому кажется, что вы принимаете его за маньяка-убийцу, что ничем не лучше. Нет, Матильда, вас все ценят и уважают. Показывайте, что вы написали. И закажите два кофе.
Нет ничего хуже, чем читать текст на глазах у автора, напряженно следящего за каждым движением твоих ресниц, за малейшей улыбкой. Тем более в бистро в разгар обеда, где пахнет хот-догами и гремит электрический бильярд. Однако я должен сосредоточиться. У меня важнейшее дипломатическое поручение! На моих плечах лежит ответственность за сохранение сплоченности
Сцена 38. Гостиная Френелей. Павильон. День
Мария Френель торопливо бросает в сумку какую-то одежду. Рядом сидит Милдред.
Мария . Три дня назад пропал Фред, мне сообщили об этом из Лондона, из Центрального комиссариата. Когда он уезжал на этот конгресс, я чувствовала, что у него не все в порядке.
Мария вынимает из сумки билет, проверяет время выпета и надевает пальто.
Милдред . Хочешь, я попрошу брата навести справки?
Мари я. Я не решалась попросить тебя… {Целует девушку в лоб.) Предупреди Брюпо и Камиллу, что я позвоню им вечером. И еще: обязательно отвечайте на все звонки, это может быть Фред. Спасибо за заботу.
Она уходит.
Тишина.
Милдред выходит в коридор и останавливается перед дверью таинственной комнаты, которую уже показали в 17-м эпизоде второй серии. Прикладывает к двери ухо, но ничего не слышит. Пытается открыть ее, но та заперта изнутри. Снова идет в гостиную, возвращается со связкой ключей, пробует несколько из них, но ни один не подходит. Она рассматривает замочную скважину, уходит и возвращается, держа в руке несколько предметов: ноле, шпильку, пластиковый проездной билет.
– Проездной билет?
– Однажды сосед открыл им дверь в мою квартиру. Кажется, для этого подходит и кредитная карточка.
Матильда подносит к губам чашку с кофе, делая вид, что думает о чем-то постороннем. Но я знаю, что стоит мне качнуть головой, и она тут же грохнется в обморок.
Милдред просовывает проездной в щель рядом с замочной скважиной, затем вставляет под язычок замка лезвие ножа, нажимает одновременно на оба инструмента, замок щелкает – и дверь открывается.
Сцена 39. Тайная комната. Павильон. День
Очутившись в темноте, Милдред ищет выключатель, ощупью передвигаясь по комнате, в которой, кажется, нет мебели. Она обнаруживает настольную лампу и пользуется ею как фонариком. Наконец находит выключатель. Комната пуста, в ней только одна кровать, посередине которой стоит тарелка с виноградом.
Внезапно Милдред вскрикивает от ужаса.
Мы видим возле стены обнаженное существо, сидящее на корточках. Милдред бежит к выходу, но существо бросается на нее и захлопывает дверь. Милдред кричит, отбивается, ищет другой выход, но не находит. После короткой борьбы она забивается в угол и затихает.
Существо – юноша лет шестнадцати-семнадцати. Он снова садится на корточки, как будто для него это самая привычная поза, и внимательно наблюдает за Милдред.
Несмотря на страх, она пытается взять себя в руки. И тоже смотрит на молодого человека.
Он необычайно красив. У него голубые глаза, светлые слегка вьющиеся волосы, худое тело и белая гладкая кожа. Он двигается и рычит словно хищник. Их взгляды то и дело встречаются; это похоже на игру «гляделки». Юноша кажется удивленным и не проявляет ни капли агрессивности. Милдред, все еще дрожа от страха, пытается изобразить улыбку.