Сафо
Шрифт:
А только радость вечного довольства!
Владей же, друг мой, всем, чем я владею:
Сознанье это радует меня.
Взгляни вокруг, взгляни — вот это дом твой!
Слуг позову я, ты — их повелитель.
Пусть, по примеру госпожи своей,
Они тебе покорно служат. Где вы,
Рабы мои! Сюда, скорей!
Фаон
Сафо!
Как отплачу я за такую щедрость?
Мой долг растет и тяготит меня.
Евхарида,
Рамнес
Звала ты, госпожа?
Сафо
Да, подойдите!
Вот господин ваш!
Рамнес
(удивленно, вполголоса)
Господин?
Сафо
Молчать!
Рамнес
Я не сказал ни слова…
Сафо
Да! Ни слова!
Вот господин ваш. Все, что он прикажет,
Как мой приказ должны вы исполнять.
И горе всем ослушникам строптивым!
Того, кто омрачит его чело,
Преступником заране объявляю!
Провинность предо мной могу забыть я,
Провинности пред ним не потерплю!
Иди, мой друг! Доверься их заботам.
Ты утомлен: наш путь был очень труден.
Воспользуйся ж обычаем священным
Гостеприимства нашего, любимый!
Фаон
О, если б мог я жизнь свою былую,
Как это платье, сбросить навсегда
И облачиться в мудрость, ясность мысли,
Я стал бы тем, чем я мечтаю стать!
Прощай, Сафо! Надеюсь, не надолго!
Сафо
Я жду тебя!
(Мелитте.)
Не уходи, Мелитта!
Фаон со слугами уходят.
Сафо и Мелитта.
(проводив Фаона долгим взглядом)
Ну, говори, Мелитта, говори!
Что госпоже моей угодно слышать?
Ужели кровь кипит лишь в этом сердце,
А у других кровь холодна, как лед?
Ведь ты же видела его, слыхала,
Как говорил он, ты же ведь дышала
С ним воздухом одним — и ничего
В безжизненной груди не ощутила?
И лишь одно способна ты сказать:
«Что госпоже моей угодно слышать?»
Ты мне противна. Уходи!
Мелитта хочет молча уйти.
Мелитта!
Ну разве не могла ты мне сказать
Того, мой друг, что мне приятно слышать?
Ты видела его. Ужели ты
Заметить не могла, как он прекрасен?
Да где ж твои глаза, дитя мое?
(Берет Мелитту за руку и привлекает к себе.
Мелитта
Не ты ли всем
Что девушке не подобает дерзко
Глаза на чужеземца поднимать?
Сафо
Ах, бедная, и ты их опустила!
(Целует Мелитту.)
О боже мой! Все эти поученья,
Дитя мое, еще не для тебя!
Ты — девочка! И резвость и веселость
Тебя лишь украшают, милый друг,
А девушкам уж это не пристало.
(Окинув Мелитту взглядом.)
Но, боги! Как ты сильно изменилась!
Мелитта, я тебя не узнаю:
Как выросла и…
(целует ее снова)
как похорошела!
Да, ты права: все эти поученья
К тебе уже относятся теперь!
(Вставая.)
Но что же ты так робко молчалива?
Ты не была такой. Откройся мне:
Ведь я не госпожа твоя Сафо,
Мелитта, я — Сафо, твоя подруга.
Гордыня, честолюбие, строптивость —
Мои пороки злейшие — отныне
Не возвратятся больше в этот дом.
Я утопила эти злые страсти
В пучине волн, когда я рядом с ним
Переплывала голубое море.
Ведь сила чудотворная любви
Все возвышает, все, чего коснется:
Так солнце золотым своим лучом
Способно даже грозовые тучи
Порою в золото преобразить.
Быть может, я случайно резким словом
Обидела тебя? Прости же мне!
Мы будем жить, как сестры, тихо, дружно,
Любуясь им, и будет он любить нас
Обеих, но по-разному. Мелитта!
Я стану доброй, скромной и простой.
Мелитта
А разве прежде ты была иною?
Сафо
Мы добрыми обычно называем
Тех, кто не зол. Заслуги в этом нет.
Скажи мне: будет ли со мной он счастлив?
Мелитта
А кто бы мог с тобою быть несчастлив?
Сафо
Что, бедная, могу я дать ему?
В расцвете юности и красоты,
Он, радостный, осознает впервые
С несмелым, но счастливым удивленьем
Возможности чудесных сил своих.
Расправив крылья, он орлиным взором
Уже глядит на дальние вершины.
Он знает: мир ему принадлежит,
Как сильному — и красота и слава.
А я! О небожители, верните
Прекрасные исчезнувшие годы,
Чтоб не горели в этом бедном сердце
Следы страстей и радостей минувших!
О, пусть из памяти моей исчезнет
Все сказанное, все пережитое!
Верните мне то радостное время,
Когда еще смущенно и несмело
С младенчески румяными щеками
Вступала я в прекрасный новый мир,