Сафари
Шрифт:
Удивило еще, что кладбище устроено за пределами Периметра. Хотя, чего тут удивительного? В деревнях испокон веку так заведено. Это в мегаполисах кладбища в каждом муниципальном районе, и могилы очень маленькие — как раз под урну с прахом и символический памятник. А в Чернореченске нравы простые, по старинке люди своих мертвых хоронят. По большому счету, что может кладбищу угрожать? Среди своих вандалов не водится, аборигенам безобразничать не дают, зверья крупного в округе давно нет. А в пределах Периметра место ограничено, уже тесно становится народу — размножились за сто лет-то. И правильно — мертвые не должны
Ближе к обеду справили поминки в небольшой кафешке недалеко от Димонова дома, и на том простились с его родственниками — работу никто не отменял. Иволгину-старшему хорошо, он двое суток отдыхает, поэтому остался поддержать друга: как оказалось, родители напарников тоже приятельствовали. Ольга Сергеевна отправилась готовиться к смене, а Варвара умчалась на последнюю лекцию в институте. Мы же с Сашкой направились в Армейку, знакомиться, как он и обещал, с личным составом и особенно майором Волчарой — нашим непосредственным начальником на этот поход.
Система Риггос-2, планета Ахерон, Чернореченск,
4 марта 2535 года, день
В Армейке со вчерашнего дня ничего не изменилось: проходная встретила нас приветливо поднятым шлагбаумом веселой красно-белой расцветки, часовой даже не соизволил заглянуть в пропуска. Приелись мы тут, однозначно. Фырчащий "бобик" пронес нас мимо здания родной службы, и притормозил Сашка лишь у следующих ворот с электроприводом. Здесь дежурный своими обязанностями манкировать не стал — пропуска изучил вполне добросовестно. Вернув нам пластиковые карточки, старший наряда — молоденький лейтенант — махнул рукой куда-то за спину:
— Проезжайте! Вас ждут уже.
Я вопросительно глянул на Сашку, но тот лишь отмахнулся, сосредоточившись на управлении. Ну, раз знает, куда едем, то и флаг ему в руки.
По территории покружиться пришлось изрядно — такого хитросплетения пеноблочных заборов с колючкой поверху, боксов под технику и просто пакгаузов я давно не видел. На незабвенной базе егерей, где я проходил стажировку, было нечто похожее. Я там только через пару недель освоиться сумел, а до того с проводником гулял. Но рано или поздно заканчивается все, в том числе и блуждание по закоулкам: Сашка лихо притер "бобик" к бэтээру с распахнутыми люками, в котором копошились техники. Сам бэтээр расположился перед воротами в огромный бокс, способный вместить еще как минимум тройку таких же монстров, но сейчас подозрительно пустой.
— Привет, орлы! — окликнул Сашка техников.
Один из них нехотя высунулся из люка и уставился на нас с сонным выражением лица:
— Чего изволите?
— Майора Волчару хочу!
— Слышь, Виталя, — толкнул технарь в плечо напарника, — совсем "мародеры" обнаглели, Волчару хотят. Обычно он сам всех подряд хочет, и сношает в удобной позе. Гы-гы!
Сашка сначала побагровел, потом лицо его залила мертвенная бледность. Я еле успел перехватить его руку, потянувшуюся за пистолетом.
— Не реагируй, — шепнул я. — Начнешь нервничать, только хуже сделаешь…
— Эй, орлы! — переключил я внимание на техников. — Я гляжу, вы на субординацию и воинскую дисциплину кладете вприсядку. Нехорошо.
И голову к правому плечу склонил, чтобы левый погон лучше стало видно. Техник оказался не только наглым, но еще и глазастым. По крайней мере, глумливое выражение с морды
— Никак нет, товарищ капитан! — гаркнул он. — Майор Волчара в РМО ушел, дела у него какие-то там.
— Давно ушел?
— С полчаса назад. Скоро вернуться должен.
— Вольно, солдат! Спасибо за информацию. Мы подождем майора в боксе.
— Кто бы возражал, — буркнул под нос наглый "мазута", но я на такую мелочь внимания обращать не стал.
— Мы точно туда приехали? — поинтересовался я у напарника, когда мы выбрались из "бобика" и вошли в бокс. — Майор же вроде пехтура?
— Туда-туда, — успокоил Сашка. — Майор не пехтура, он ротный у "фортификаторов".
— У кого?
— У "фортификаторов", — повторил Сашка. — Мы так называем ребят из усиленного батальона, которые опорные пункты разворачивают. Они у нас отдельная боевая единица, так удобнее. Рота — три мобильных опорных пункта, соответственно, три взвода личного состава и приданный автовзвод, три отделения по четыре "шишиги". "Мазута" тоже батальонная, восемь бэтээров постоянно приписанных. В случае необходимости дополнительную броню привлекают со стороны. Но до сих пор своими силами обходились.
— Тут как раз из первой роты техника базируется, — Сашка решительно толкнул дверь небольшой кондейки, притулившейся у дальней стены. — Проходи, тут у майора приемная.
Я ждать второго приглашения не стал. За хлипкой фанерной дверью, по старой армейской традиции выкрашенной в зеленый цвет, обнаружилось небольшое помещение с продавленным диванчиком и парой табуреток. Здесь же стоял письменный стол, за которым восседал сержант зверской наружности.
— К кому? — рокотнул он, кося налитым кровью глазом.
— Пантелей! Сколько лет, сколько зим! — обрадовался Сашка при виде громилы. — К майору мы, к кому же еще.
— А, лейтенант… — Пантелей тут же потерял к посетителям, то есть к нам, всяческий интерес.
— Мы присядем, подождем? — уточнил Сашка.
— Да в кабинет заходите, — рыкнул сержант. — Что вы с товарищем капитаном будете тут торчать, как нашкодившие рядовые…
Я поймал Сашкин остерегающий взгляд, хмыкнул, и проследовал за напарником. Кабинет у майора Волчары оказался совершенно обычным — примерно три на четыре метра, с окном, прорубленным в кирпичной стене бокса. Правда, выходило оно прямиком на пеноблок забора, опутанный колючей проволокой, но сам факт его наличия говорил о многом. Плюс кондиционер архаичного вида, я такие только в исторических фильмах из жизни полицейских начала двадцать первого века встречал. Но больше всего меня поразил стол — огромный, даже на вид тяжелый, выполненный из массива какого-то дерева. Какого, по фактуре не разберешь — стол был покрыт несколькими слоями зеленой краски, уже начавшей шелушиться и облетать. А вместо столешницы использовался кусок брони, явно вырезанный из корпуса бэтээра. Края всего этого безобразия заботливо обклеены бумажным скотчем — чтобы не царапаться, надо думать. Кресло же оказалось самым обычным — стандартным армейским, с минимальными удобствами, но предельно функциональным. Дополняли обстановку три трубчатых стула с мягкими сиденьями и ничем не примечательный двустворчатый шкаф. Нет, еще сейф имелся — типа "шкаф старинный, несгораемый". Весом как бы не в тонну. Где только доблестный майор это все отыскал…