Сабаи. Том 2

Чадов Дмитрий

— Мне нужны те, которые ты выманил у придурка Смитти, в казино! Это семейная реликвия!

— Так, минуточку… — возразил я, — не выманил, а честно выиграл. И не трусы, а девчонку. Лию, с Рудников!

И он опять это сделал — наотмаш двинул кулаком по моему многострадальному лицу. Нейролинк сбойнул, на меня обрушился шквал ругани на квантонском, а сам я раскачивался на крюке, как боксёрская груша.

— Никогда больше не произноси при мне это имя! — услышал я, когда закончил болтаться.

— Как скажешь, дружище! — торопливо ответил я, — но трусы,

так или иначе, были на ней. И на кон этот твой Смитти поставил Ли… девчонку. Я даже не знал тогда про трусы. И что они такие ценные. Они, кстати, не снимаются без ключа. Так что, они до сих пор… надеты.

— Ключ был у этого подонка!

— Тогда давай я к нему наведаюсь, заберу ключ и…

От этого предложения головорез разразился тоненьким хихиканьем. Как младенец, только жутче.

— Он давно висит над барной стойкой! Могу устроить встречу.

— Нет, пожалуйста, спасибо, не надо! Уверен, Смитти это заслужил, но вот мы с тобой ещё можем решить дело мирно. Ты верно подметил, я парень толковый и всё такое… Скажи, ключ-то ты у него забрал?

— Допустим…

— Ооо… тогда такой план. Я приведу девчонку, в твоих замечательных трусах, тех самых. Отопрём замок и они твои! А девчонка, раз ты так её ненавидишь, останется у меня… Ну или..?

— Идёт. — коротко ответил головорез и сунул тесак в ножны.

Что, вот так запросто?

После пережитого ужаса в чудесное спасение как-то не верилось. Одним пальцем головорез подцепил верёвку, связывающую мои ноги и скинул с крюка. Меня обнял прохладный грязный кафель. Почти блаженство. Но Хулуд остался висеть и выглядел он скверно. Похоже, Квантонский головорез успел и с ним поработать, пока я вырубался. Мрачный исполин изучающе смотрел на меня, словно колебался, но потом всё-таки перерезал путы на ногах. Руки остались стянуты за спиной, но я не самоубийца, чтобы на что-то жаловаться в такой компании. С третьей попытки мне удалось встать.

— То есть… мы можем идти?

— Ты — можешь, — уточнил качок.

— А как же Хулуд?

— Зубастый останется. Залог. И деньги — за моральный ущерб. Трусы в обмен на зубастого.

— Но…

— Соглашайся, твою мать! — прошипел Хулуд, — или ты сдохнуть тут хочешь?!

Мои шансы сдохнуть заметно понизились, надо заметить, но товарища было жалко.

Кошмарный расклад. А пушки у меня уже не было, так что без шансов. Головорез, хоть и пискля, но не дурак. А по лицу и не скажешь. Я уже представлял, как отреагирует команда, когда узнает, в какую мы сели лужу. И куда только Хулуд смотрел? Чем он вообще думал? И я тоже хорош!

Мысли-мысли-мысли. Мозг вспух от зашкаливающей деятельности. А может просто гематома.

Пошатываясь, я вышел из холодильника, под пристальным взглядом головореза. В барном зале всё ещё было пустовато, но редкие посетители уже возвращались на свои исконные места, стараясь не глядеть в нашу сторону. Тётя Клара, окинув меня взглядом, недовольно покачала головой. Утёрла мне лицо — всё той же серой тряпкой, густо пахнущей сверхкрепким пивом. Это немного взбодрило.

Барменша

помогла мне развязать руки, предложила пропустить стаканчик за счёт заведения, но я отказался. Момент ушёл. Она вернула мне пистолет, без аккумулятора.

— Береги себя, дорогуша. И обязательно возвращайся, в любое время. Только прежде — хорошенько подумай.

И потрепала меня по щеке, как любящая тётушка. Оказавшись в сравнительной безопасности и на всякий случай отойдя от стойки, чтобы кулак бугая не дотянулся до меня в очередной раз, я спросил:

— А что насчёт нашей сделки? Если я принесу ещё денег, может мы всё-таки…

Барменша прыснула со смеху и торопливо прикрыла рот.

Качок покачал головой:

— И как ты вообще смог обыграть Смитти? Ты же натуральный лох. Таких мы как раз и разводим.

— Кибернита на Сицилиях нет. Дон запрещает с ним связываться, дорогуша, — добавила Клара, — и не верь никому, кто утверждает обратное в пределах кластера.

Прочь! Прочь из этого проклятого места. По узким тёмным улочкам, мимо оружейных баронов, подпольных фармацевтов, криптоволютных банкиров и садистов-таксидермистов. Навстречу палящему зною и безопасным многолюдным улицам с их безобидными жуликами и спамерами. На одном дыхании я пробежал этот мрачный лабиринт и остановился лишь у старого неработающего фонтана на другой стороне улицы. Сел на край, запустил руки в зеленоватую лужицу на самом дне. Кое-как умылся, перевёл дух и сел в тени изваяния с вазой, из которой, по задумке, должна течь вода. Полоска тёмного прохода, пересечённая паутиной проводов и верёвок, бледно маячила за стеной дрожащего воздуха, поднимающегося от раскалённого асфальта. А мимо сновали прохожие, проносились редкие кабриолеты с парусиновыми крышами, слегка надувшимися от задуваемого в салон ветра.

Первым делом я позвонил Хулуду, узнать, как он там. Он ответил почти сразу. И первым начал извиняться, что всё пошло, как он выразился, «не совсем по плану».

— Серьёзно? — вспыхнул я. — Это с квантонским-то, мать его, головорезом? Как оно вообще могло пойти по плану?

Не в моём положении было качать права, но эмоции искали выхода. Хулуд, видимо, это понимал.

— Слушай, а выбирать-то не приходилось! Мне сказали — иди в «Отвал башки», я и пошёл. А бугай и говорит — неси полтора ляма, будет тебе кибернит. Чем он занимается и откуда родом — я не спрашивал, да и не волновало! В следующий раз исследуй трущобы сам, если умеешь лучше.

Он прервался, издав смачный плевок.

— Много зубов потерял?

— Ерунда, отрастут, — ответил он. — Скольким мордоворотам в этом кластере ты ещё перебежал дорогу?

— Надеюсь, что это был последний. А вообще-то я и не предупреждал, что будет безопасно. Ты сам этим козырял. «Будь спок, будь спок»!

— Да понял уже. Извини ещё раз. Непредвиденная фигня…

Мне редко бывает стыдно, но по правде говоря, не Хулуд должен просить прощения.

— Нет. Это ты извини. Получается, снова из-за меня все в заднице… Такого расклада уж точно не ожидал.