«С» - значит сыщик
Шрифт:
— Кто вы? — спросил он. Никакого акцента. Он был одет в мятые штаны и что-то вроде нижней рубашки в рубчик, какие носят старики.
— Меня зовут Кинси. Дочь Агнес Грей попросила меня съездить сюда и узнать, что с ней. Вы не знаете, где она может быть?
Он удивил меня, когда протянул руку, чтобы представиться. Его ладонь была мягкой и горячей, пожатие крепким.
— Я — Маркус. Это моя жена, Фэйи. Мы очень давно не видели Старую Мамашу. Наверное, несколько месяцев. Мы слышали, что она заболела, но точно не знаю. Больница в Браули.
Вы можете проверить, там ли она.
— Разве
Маркус засунул руки в карманы и пожал плечами.
— Она могла им не сказать. Я первый раз слышу, что у нее есть семья. Она очень любит уединение, почти как отшельница. Где живет эта ее дочь?
— В Санта-Терезе. Она волновалась за Агнес, но не могла с ней связаться.
Никого из них, похоже, не впечатлила искренность переживаний Айрин. Я поменяла тему, оглянувшись на трейлер через дорогу.
— Что это за маленький гремлин, который сидел на ступеньках?
Фэйи заговорила резким тоном.
— Их там двое, мальчишка и девчонка. Они появились несколько месяцев назад и захватили дом. Они, должно быть, слышали, что он стоит пустой, потому что въехали очень быстро.
Наверное, сбежали из дома. Не знаю, на что они живут. Наверное, воруют, или занимаются проституцией. Или и то и другое. Мы просили их убрать отходы, но они, конечно, этого не сделали.
Ясно, что отходы были эвфемизмом для мешков с нечистотами.
— Тому, кого я видела, можно было дать лет двенадцать.
— Им пятнадцать. По крайней мере, мальчишке. Они ведут себя, как дикие животные, и я знаю, что они употребляют наркотики. Они всегда копаются в нашем мусоре, ищут еду. Иногда приезжают другие и живут какое-то время. Наверное, ходят слухи, что есть местечко, где можно поторчать.
— Вы не можете сообщить о них в полицию?
Маркус покачал головой.
— Мы пытались. Они удирают в ту же секунду, как кто-то появляется.
— Может ли быть связь между исчезновением Агнес и их появлением?
— Сомневаюсь, — сказал Маркус. — Ее уже не было пару месяцев, когда они появились. Кто-то мог им сказать, что трейлер пустует. Кажется, их совсем не волнует, что она может вернуться. Я знаю, что они перевернули дом вверх дном, но мы ничего не можем сделать.
Я дала ему свою визитку.
— Это мой телефон в Санта-Терезе. Я здесь пробуду еще пару дней, посмотрю, смогу ли я ее найти. После этого можно мне звонить, код города 805. Вы не могли бы позвонить, если она объявится? Я постараюсь с вами связаться перед отъездом, вдруг вы что-нибудь узнаете. Может, вам что-нибудь придет в голову, что сможет помочь.
Фэйи посмотрела через его плечо на мою визитку.
— Частный детектив? Кажется, вы сказали, что вы друг семьи.
— Друг по найму.
Я направилась к машине, когда Маркус окликнул меня.
— В Ниланде есть полицейский участок, рядом со старой тюрьмой, на Первой улице. Можете там навести справки. Всегда есть вероятность, что она мертва.
— Не думайте, что мне это не приходило в голову.
Мы ненадолго встретились глазами, и я уехала.
Я вернулась в городок Ниланд, сорок метров ниже уровня моря, население тысяча двести человек. Старая тюрьма оказалась крошечным
Я остановилась и вышла. На двери висела записка: «Вернусь в 16.00. В чрезвычайной ситуации и по другим делам обращайтесь к полиции в Браули». Никакой информации о том, как связаться с отделением в Браули, не было.
Я остановилась на бензоколонке и, пока в бак заливали бензин, нашла телефон-автомат и стала изучать прикрепленную цепочкой к стенке телефонную книгу, в поисках отделения полиции в Браули. По адресу я поняла, что это недалеко от моего мотеля. Позвонив, я узнала, что сержант Покрасс, с которым мне нужно разговаривать, в данный момент обедает и вернется в 13.00. Я посмотрела на часы, они показывали 12.50.
Полицейское отделение было одноэтажным оштукатуренным зданием с красной черепичной крышей. На узкой стоянке стояли две полицейские машины.
Я вошла через стеклянную дверь. В коридоре доминировал автомат с пепси-колой. Слева находилась закрытая дверь, которая, судя по табличке, вела в комнату для судебных заседаний. С другой стороны коридора располагались два маленьких офиса, с открытой дверью между ними. Полы покрыты блестящим коричневым линолеумом, столы из светлого дерева, металлические шкафы, вращающиеся стулья. Там находились двое полицейских и штатский клерк, последний разговаривал по телефону. Тихое бормотание разговора заглушалось ровным низким гулом полицейского радио.
Сержант Покрасс оказалась женщиной, лет тридцати, высокой и подтянутой, с короткими волосами песочного цвета и очками в черепаховой оправе. Светло-коричневая форма, казалось, была сшита на нее: все функционально, ни одной складочки. Ее лицо ничего не выражало, карие глаза были пронзительными и холодными, а ее деловая манера граничила с грубостью. Мы не стали тратить время на любезности. Стоя у короткой стойки, я ввела ее в курс дела, стараясь быть краткой и точной. Она слушала внимательно, не перебивая, и, когда я закончила, сняла телефонную трубку. Она позвонила в местную больницу, Пионирз Мемориал, спросила бухгалтерию и заговорила с кем-то по имени Летти. Придвинула к себе желтый блокнот и взяла идеально заточенный карандаш. Что-то записала, ее почерк состоял из линий и углов. Я уверена, что даже в двенадцать лет она никогда не делала улыбающейся рожицы из точки над i. Она положила трубку и использовала линейку, чтобы оторвать полоску бумаги, на которой написала адрес.
— Агнес Грей поступила в больницу 5 января, после того, как скорая помощь подобрала ее возле кафе в центре города, где она упала. Диагнозы при поступлении — пневмония, недоедание, острое обезвоживание и слабоумие. Второго марта ее перевели в реабилитационную больницу Рио Виста. Вот адрес. Если найдете ее, сообщите нам. В противном случае, можете вернуться и заполнить заявление о пропавшем человеке. Мы сделаем все, что можем.
Я взглянула на бумагу, сложила ее и положила в карман джинсов.