С*****й город Шил
Шрифт:
Как только Мэри проснулась, так сразу заплакала. Так у неё начиналось почти каждое утро. Ей хотелось, чтобы всё это было лишь мимолётным кошмарным сном, но кошмар уходить не спешил. Кошмар являлся к ней каждый день в виде начальника охраны Лоренцо и жуткого доктора Стивенсона.
Дверь открылась. Мэри, стиснув зубы, подалась назад. «Чего он хочет на этот раз?». Но в двери стоял не он.
В палату вошла женщина. Её тёмные волосы были собраны сзади в пучок, а строгий вид лица подчёркивал социальный статус её профессии. Она была в таком
– Доброе утро Мэри. – Она перевела взгляд на наручники. – Господи… – Женщина повернулась к кому-то, стоящему в коридоре. – Почему она в наручниках?
– Мистер Стивенсон приказал.
– Снимите их, сейчас же!
– Но мистер Стивенсон…
– Меня не волнует мистер Стивенсон. У меня здесь такие же права, как и у него. И я вам приказываю снять наручники.
В палату вошёл человек в боевом костюме. Лоренцо. Мэри попятилась, вжавшись в подушку. Но, приняв во внимание слова женщины, постаралась расслабиться и спокойно дождалась, пока охранник не снял оковы. Правда, ей не понравилось, как он на неё посмотрел. Как будто она и не человек вовсе, а какое-то животное.
Лоренцо ушёл, оставив наручники болтающимися на поручне больничной койки. Они сверкали, переливаясь в свете потолочных ламп. Глядя на них, Мэри потёрла запястье.
Женщина взяла белый складной стул из дальнего конца комнаты и перенесла его поближе к кровати.
– Меня зовут доктор Анна Колесникова, – сказала она, протягивая руку. Мэри лишь покосилась на неё.
– Чего вы хотите?
Анна с отразившейся обидой на лице опустила руку и села на стул.
– Я хочу помочь, Мэри.
– Тогда выпустите меня отсюда.
– Я бы с удовольствием это сделала. Но боюсь, у меня нет таких полномочий. Если бы я могла…
– О чём вы говорите? Кто за это ответственен? Почему вы меня здесь держите? Это же незаконно!
– Ох, бедная девочка, – сказала Анна, покачав головой и приковав взгляд к планшету. – Я даже не представляю, как ты себя сейчас чувствуешь. Ещё и после того, как с тобой обращался доктор Стивенсон. Меня назначили только сегодня, и я даже не думала… даже не знала, что здесь происходило неделей ранее.
– Он чудовище!
Анна наклонилась поближе к Мэри.
– Ну, он не такой ужасный, как ты его описываешь. Но всё же плохой человек, согласна, – добавила она шёпотом. – Только никому не говори, что я это сказала. И ничего не бойся. Я не позволю ему как-нибудь тебе навредить. – Она улыбнулась и взяла Мэри за руку. – Ты мне веришь?
Мэри засомневалась, а потом кивнула.
– Понимаешь… – сказала Анна. – В твоём организме есть кое-какое отклонение от нормы. Кое-что, что есть не у всех людей.
– Отклонение?
– Не волнуйся, это не смертельно. Люди, которые наняли меня, проводят исследования этого феномена
– Но зачем им держать меня в плену? Если уж так надо – исследуйте. Зачем это всё?
– Если бы я знала, Мэри… У этих людей нестандартный подход к исследованиям. Они ратуют за проведение так называемого безупречного эксперимента. А если тебя отпустить за пределы этой палаты, появится огромное количество внешних переменных, которые повлияют на результаты исследований. Это действительно жестоко, но, к сожалению, выбирать не нам с тобой. Мы обе лишь жертвы обстоятельств.
– Такое впечатление, что вас кто-то заставляет, – буркнула Мэри.
Анна пристально посмотрела на неё. И в этом взгляде девушка прочитала всё, что хотела бы, но не посмела сказать доктор Колесникова. Похоже, её не особо радовала эта работа. Жертва обстоятельств, значит?
– Мэри, я гарантирую тебе: если ты пойдёшь нам навстречу, ты быстрее выберешься отсюда. Я понимаю, почему ты протестуешь. На твоём месте с доктором Стивенсоном я бы вела себя точно так же. Но… ведь есть ещё я. Ты доверяешь мне? Хотя нет, лучше не отвечай. Просто… Просто сохрани это чувство, если оно есть. И помоги мне закончить мою работу. – Она грустно улыбнулась.
Мэри с неуверенностью кивнула.
Анна принялась возиться с пластиковыми страницами.
– Сейчас, – сказала она, – я покажу тебе несколько картинок. По факту, это обычные кляксы, но ты можешь мне сказать, какие образы ты в них увидишь?
– Этот тест? Я думала, всё это глупости.
– Может быть, да. А может быть, нет, – улыбаясь, сказала Анна. – Давай решим это вместе? – Она достала страницу с нарисованным разноцветным пятном. – Что ты видишь на этой картинке, Мэри?
– Две… серых тучи, – сощурившись на картинку, сказала Мэри. – Они сгущаются.
Доктор сделала какие-то пометки в планшете.
– Прекрасно. А здесь?
– М-м… Дым? Полыхающий город. Это же не очень плохой ответ?
– Успокойся, Мэри, – улыбнулась Анна. – Здесь нет плохих ответов. Если ты увидишь что-то жуткое, то так и говори. Это не сделает тебя сумасшедшей. Видеть жуткие образы в нашем мире наверно гораздо нормальнее, чем цветы и бабочек.
Доктор Колесникова сделала пометки и достала следующее изображение.
– Вы сейчас сказали, и мне почему-то видятся… кишки, – проговорила Мэри. – Это плохо?
– Нет, Мэри. Мне тоже здесь видится кишечник, успокойся… А здесь?
– Вот там вот. – Мэри указала пальцем. – Похоже, на шипы. А по бокам сидят эти… Как их называли-то? Животные Старого Мира, с крыльями?
– Птицы?
– Да, птицы… Чудные, наверно. Вот бы их увидеть. – Мэри впервые за долгое время улыбнулась.
Доктор отложила планшет и рисунки себе на колени.
– Я слышала, некоторые ещё остались, – сказала Анна. – Вот только летать они разучились. Дикари держат их в клетках и выращивают на убой.