С утра и до вечера
Шрифт:
дне их прячется. Сначала она ввинчивает голову в песок и
толстым брюшком, словно циркулем, описывает вокруг себя
глубокую борозду. Потом лапкой кидает землю на свою
широкую, как лопата, голову, а головой бросает ее вверх. При
этом методично поворачивается вокруг, разбрасывая песок
во все стороны. Мало-помалу образуется в земле воронка,
на дно которой погружается землероющая личинка.
Погрузившись, прячется там в песке и ждет,
лишь раскрытые клещи челюстей. Ждет день, два, неделю,
месяц. Ждет терпеливо и вот дожидается \
Муравьи отлично знают, где логово их недруга, и обегают
его сторонкой. А если в суматохе или обманутые
муравьиным запахом безротого льва, бывает, и подбегут слишком
близко к краю коварной ямы и — не приведи бог! —
свалятся туда, тотчас спешат поскорее выбраться из нее. Вот
тогда-то хищная личинка и обстреливает их песком. Кидает
его, подбрасывая широкой головой. И кидает так метко, что
почти всегда попадает в муравья и сбивает его. Он падает
вниз, скользя по склону воронки, отчаянно цепляется
ножками за сыпучий песок. А тогда муравьиный лев еще и
подкапывает снизу муравья, земля под ним совсем осыпается,
и он падает, бедняга, прямо в челюсти-сабли своего
недруга.
1 А если так ничего и не дождется, ползет в песке у самой
поверхности задом вперед, на новое место, выбрасывая вверх песчаные
фонтанчики.
«Дальше,— говорит П. И. Мариковский',— происходит
необычное. Муравьиный лев не тащит, как все, добычу под
землю. У него совсем другой прием. Ухватив муравья за
брюшко, он бьет его о стенки ловушки, и так быстро, что
глаза едва успевают заметить резкие взмахи. Удары следуют
один за другим. Я считаю: сто двадцать ударов в минуту.
Избитый муравей прекращает сопротивление. Он умирает и,
как это печально, слабеющими движениями последний раз
чистит передними ногами свои запыленные усики. Вот он
совсем замер. И только тогда коварный хищник прячет свою
добычу под землю. Сейчас же он там с аппетитом
принимается за еду».
А ест муравьиный лев по-особенному: у него наружное
пищеварение.
Пернатые мастера
Британский натуралист Джон Гуэлд, путешествуя по
Австралии более ста лет назад, услышал от местных
охотников интересные истории о черногрудом коршуне.
Коршун добывает пропитание, изображая пикирующий
бомбардировщик. Заметив с высоты страуса эму на гнезде,
он летит к нему и пугает его как может.
вниз, прямо на страуса, дико хлопает крыльями у него над
головой. Глупый страус, поддавшись панике, встает с гнезда
и малодушно убегает. Тогда коршун берет в когти камень
побольше, какой только может поднять, и, взлетев, бросает
его с высоты на яйца. Скорлупа их, слишком прочная для
его клюва, трескается от удара «бомбы». Черногрудый
коршун снижается и раздирает трещину когтями.
В наши дни известный австралийский орнитолог доктор
Алек Чизхолм в статье «Употребление птицами орудий и
инструментов», опубликованной в 1954 году, с новыми
подробностями обсуждает старую историю о черногрудом
коршуне, бомбардирующем камнями яйца эму и некоторых
1 Профессор Павел Иустинович Мариковский живет в Алма-Ате. Это
один из лучших в мире знатоков насекомых и пауков. Он написал
много хороших книг о животных, и его научная монография «Тарантул и
каракурт» настолько интересна* что оторваться от нее нельзя.
Рекомендую всем* кто любит природу, прочитать эту книгу.
других гнездящихся на земле крупных птиц. (Камнем
разбивает яйца страусов и африканский стервятник.)
С именем Алека Чизхолма связано раскрытие еще одной
тайны пернатого царства.
Когда первые исследователи проникли во внутренние
области Австралии, они увидели там много диковинного: и
яйцекладущих зверей (с птичьими клювами на головах!), и
зверей сумчатых, и птичьи инкубаторы (кучи мусора,
полные развивающихся без наседок яиц), и какие-то еще
странные, украшенные цветами постройки.
Находили их обычно среди невысоких кустов. Небольшие,
выложенные прутиками платформы. На расстоянии
приблизительно полуметра другие, более длинные палочки
воткнуты в землю в виде плотного частокола. Их верхние концы
изогнуты навстречу друг другу, образуя над платформой
как бы двускатную крышу.
Перед одним из входов в шалаш на земле (на площади,
большей, чем сам шалаш) раскиданы сотни всевозможных
цветных безделушек: раковины, мертвые цикады, цветы,
ягоды, грибы, камни, кости, птичьи перья, обрывки змеиных
шкур и масса других странных вещей.
Недавно в одной из таких коллекций нашли даже
зубную щетку, ножи и вилки, детские игрушки, ленты, чашки
из кофейного сервиза и даже сам кофейник, небольшой,
пряжки, бриллианты (настоящие!) и искусственный глаз.