Ржавчина

Калугин Алексей Александрович

– Двигаемся быстро, по сторонам не глазеем, – Григ стукнул себя кулаком по шлему – не то поправить хотел, не то для куража. – Пошли!

Едва не сбив Василия с ног, первой к подземному переходу рванула Виолетта. Журналист невольно протянул руку вслед игрушечной машинке, как будто хотел остановить ее.

– Все нормально, – по-своему отреагировал на его жест Григ. – Виолетта умеет за себя постоять.

– Большие механоиды ее не трогают?

– Среди механоидов свои, довольно непростые отношения…

– Как среди людей?

– Ну, это ты, конечно, хватил. Скорее как в стае волков. Есть альфы, есть омеги, и все прочие буквы в наличии. Какое место в этой иерархии занимает Виолетта, понятия не имею. Но,

если ей удается оставаться живой в этом мире смерти, выходит, она смогла найти в нем свое место… Вперед, Вася!

Сказав это, Григ неожиданно сорвался с места и с автоматом наперевес побежал в сторону шоссе, как будто собирался с боем прорваться на другую сторону. Василий растерялся и лишь спустя три-четыре секунды рванул следом. Сталкер добежал до подземного перехода, спустился на несколько ступенек вниз и присел на корточки, прижавшись спиной к стене, за которой ревели проносящиеся по шоссе механоиды. Оступившись на сломанной ступени, Василий непременно покатился бы вниз, если б Григ не поймал его за рукав и не усадил рядом с собой. Василий посмотрел вниз, куда им предстояло спуститься. Лестница, ведущая в переход с другой стороны, была засыпана обломками бетонных плит. Рядом с нею некогда стоял ларек, торговавший газетами, сигаретами, а может, еще какой мелочью. Нынче же он выглядел так, будто его раздавила, расплющила гигантская железная пята. А в центре этой огромной лепешки пульсировал голубоватый шар размером с баскетбольный мяч. Время от времени по поверхности шара пробегали ослепительно-белые изломанные линии, похожие на электрические разряды, при этом раздавалось характерное потрескивание, и воздух наполнялся чуть кисловатым запахом озона.

– Не сейчас, – произнес негромко сталкер, угадав вопрос, который вертелся у Василия на кончике языка. Шлем с закрытым забралом искажал звуки голоса, звучал приглушенно, будто из ящика. Прижав приклад автомата локтем чуть выше пояса, Григ шагнул на выщербленные ступени, ведущие в царящий внизу полумрак.

Пригибаясь, сталкер спустился чуть ниже, где можно было стоять в полный рост, и, оглянувшись, махнул рукой журналисту.

Виолетта быстро скатилась по узкому, наклонному пандусу, тянущемуся вдоль стены, и, нырнув в темноту подземного перехода, исчезла. Минута, и она появилась снова. Не поднимаясь вверх, машинка остановилась возле нижней ступеньки и запищала быстро-быстро, как будто возмущаясь чем-то. При этом моторчик ее то и дело начинал нервно жужжать, словно Виолетта готова была немедленно сорваться с места. Выслушав машинку, Григ поднял автомат к плечу и включил лазерный прицел.

– Значит, так, – не глядя на журналиста, сказал сталкер. – Ты идешь первым…

– Почему я? – не сдержавшись, выпалил парень.

– Потому что я так сказал, – сталкер оставался спокоен и невозмутим. Как ступенька, на которой стоял. Почему-то именно такое сравнение пришло журналисту в голову. – Спускаешься вниз и что есть духу чешешь к противоположному выходу.

– А?..

– Автомат на спину повесь, он тебе не потребуется.

– Я хотел спросить, а выход с той стороны не завален?

– Когда я был здесь в последний раз, все было нормально.

Конечно, Василий мог бы поинтересоваться, когда именно был обозначенный Григом последний раз. Но разве это что-то меняло?

Он перекинул автоматный ремень через голову и аккуратно расправил его на груди.

– А что там, внизу?

– Крысы.

– Крысы?..

– Точно.

– И… много?

– Не очень.

У парня появилось нехорошее предчувствие, что Григ обманывает его. Ну, или, по крайней мере, не говорит всей правды.

Он еще раз поправил ремень на груди.

– Ну, в чем проблема?

Василий обреченно вздохнул. Сталкеру явно не терпелось спустить его в заполненное крысами подземелье. Того и гляди, в спину толкнет.

Быстро,

чтобы не передумать, Василий сбежал до конца лестницы и выбежал на середину прохода. Подземный переход представлял собой невообразимую свалку того, что осталось от торговых рядов, тянувшихся прежде вдоль стен. Под потолком горели три или четыре осветительные панели – даже странно, как сохранились они, и еще страньше, откуда брали энергию? – а в центре оставался совсем небольшой свободный проход.

Виолетта крутанулась вокруг ног журналиста и быстро покатила вперед. Как будто хотела показать, что путь неопасен. Василию стало стыдно и как-то даже неловко чувствовать себя трусливее маленькой игрушечной машинки. И он побежал.

Не успел он сделать и пяти шагов, как слева от него раздался резанувший по ушам высокочастотный писк, зависший на одной ноте и, казалось, буром вворачивающийся, минуя ухо, прямо в мозг. Из кучи мусора выскочило существо, размером с две ладони, с длинным, похожим на обрывок бечевки, хвостом. В целом оно напоминало крысу. Но только закованную в нержавеющую сталь. Как Ланселот, блин, какой-нибудь. Вскинув морду, стальная крыса оттолкнулась всеми четырьмя лапами и, будто подброшенная пружиной, взлетела вверх. При этом целью ее был, конечно же, Василий. Парень не успел еще сообразить, что ему делать, когда за спиной у него грохнул выстрел. Отброшенная пулей крыса ударилась о стену и упала. Но тут же вскочила на ноги и снова метнулась в сторону журналиста. Вторая пуля ударила крысу в спину так, что та едва не сложилась пополам. Но только третий выстрел окончательно вывел ее из строя.

Две точно такие же крысы прыгнули на Василия с разных сторон. Но теперь парень уже не разглядывал их, а несся вперед, полностью положившись на меткость Грига. Он даже не считал крыс – какой в этом смысл? Скорее всего, даже одна сможет его прикончить, если только ей удастся вцепиться в него когтями.

Выстрелы за спиной звучали почти безостановочно.

Василий понимал, что сталкер использует его в качестве приманки. Но, как ни странно, не видел в этом ничего дурного. Им ведь нужно было перебраться на другую сторону шоссе. А иного способа сделать это, по всей видимости, не было. Иначе бы Григ не стал рисковать жизнью человека, которого он, в соответствии с контрактом, должен доставить в условленное место живым и невредимым… Нет, кажется, он говорил, что только живым…

Здоровенная крыса бросилась Василию под ноги. Взгляд парня метнулся по сторонам. Он понимал, что закрывает крысу от стрелка, но не мог сделать даже шаг в сторону.

Выскочившая невесть откуда Виолетта наподдала крысу бампером, да так, что тварь отлетела на полтора метра в сторону, где сразу угодила под выстрел сталкера.

Мысли Василия путались и разлетались в стороны. Происходящее было похоже на больной, затянувшийся бред.

Еще одна стальная крыса с визгом отлетела к стене, но тут же вскочила и, чуть припадая на задние ноги, снова кинулась в драку.

И что им только нужно? Ради чего имело смысл вот так, за здорово живешь, с самоубийственным упорством лезть под пули?

Выстрел!

Крыса, взвизгнув, перевернулась через голову, судорожно дернулась и замерла, уткнувшись мордой в мятый стакан из «Коллапс-Бургера».

Миновав половину подземного перехода, Василий уже было решил, что все в порядке, у них с Григом получился отличный тандем, и крысы-камикадзе лишь попусту гробят свои никчемные жизни. Как вдруг впереди, неподалеку от выхода, рядом со входом в метро, мусор всколыхнулся, посыпался в стороны, и вверх из-под него начала подниматься огромная темная масса. Неопределенная и бесформенная, она не имела ничего общего с механоидами, но при этом внушала необъяснимый инфернальный ужас, от которого в спину будто вонзались холодные, острые иглы. Не понимая, что происходит, Василий невольно сбился с шага и замедлил бег.