Рыжик
Шрифт:
Вылетаю на улицу.
Уфф… Лучше ещё раз под обстрелом побывать…
Сажусь на скамейку. Отдышаться немного мне надо…
Сижу, ветер остужает мои раскаленные докрасна щёки…
Ну и что так пялится на меня этот худой лётчик с ожогами на лице? Картинку увидел что-ли?
— Рыжик??? — неуверенно так спрашивает, будто не веря.
— Ну… — бурчу в ответ.
— Не узнаешь?..
И каким же образом я должна запоминать всех лётчиков фронта?.. Хотя что-то знакомое есть… Глаза… Темные волосы…
— Лёха??? Лёха, это ты???
Подскакиваю и с визгом бросаюсь на него!
— Лёха!!! Живой!!!
Расцеловываю его всего…
Живой… Ещё один живой из довоенных знакомых.
Оказывается на третий день войны его сбили. Он тоже сбил, но и его подожгли. Получил две пули. Сел на вынужденную, обгорел. Хорошо, пехота его подобрала, отправила в госпиталь. Вот, вылечился, вернулся в родной полк.
— Как сама-то? Вижу, летаешь? Отец забрал? О! Даже медаль уже есть? Поздравляю!
— Погиб папа… Не успела я…
— Извини… Не знал…
— И Сергей потом погиб… Кириллов… При мне уже…
Сидим. Вспоминаем. Все вокруг молчат.
Выглянул комполка.
— Ну и что тут за собрание устроили? Дел нет? Сейчас найду…
Лёха встаёт и кидает руку к пилотке.
— Товарищ майор! Лейтенант Завьялов прибыл для дальнейшего продолжения службы!
— Завьялов? Алексей? Ты ж погиб… Ох, ты ж мать!!! Живой! Ну Лёха! Живой!..
Вишь как… А мы похоронку послали… А ты вишь как… Живой…
И забрав Лёху, он ушел с ним в штаб обратно…
Лето закончилось. Мы опять отступаем. Снова новый аэродром. Периодически льют дожди. Тогда никто не летает, ни мы, не фрицы.
Только я работаю воздушным извозчиком. Гоняют в любую погоду.
От бабушки мне пришло письмо. Она очень рада, что хоть я живая осталась. У неё теперь только я и осталась. Просит быть осторожнее…
Ещё написала, что её возили в Москву и там сам товарищ Калинин поблагодарил её за сына. И отдал награды, что посмертно дали. Орден Ленина и маленькую золотую звёздочку…
Это что??? Мой папа Герой Советского Союза??? Вот это да…
… Лётчики в полку постоянно и прибывают и убывают. Кто в госпиталь по ранению, а кто и погиб. Из старых осталось пятеро с комполка вместе. Лёха Завьялов уже командир звена и старший лейтенант.
Мне тоже дали звание. Теперь у меня в петлицах по два треугольника. Сержант. Я уже не самая младшая по званию среди лётчиков. По возрасту да, младшая, но не по званию. Сержантов хватает. Только они с сокращённых курсов сразу сержантами прибывают. Все, как один, тощие. Кормят там не очень. На фронте получше. Пилотский паёк, он вообще хороший. Даже шоколад иногда бывает. А вот чёрного хлеба нет. Только белый дают.
И гибнут ещё новички часто. Их вообще сразу заметно по полёту. Даже я летаю лучше их.
Я тут вообще местной знаменитостью
Уже никто из наших не пытается меня сбить. Хотя в воздухе встречаемся часто. Опознают, качают крыльями. Иногда, если рация у них есть, желают мне счастливого полёта.
Петрович как-то с кем-то смог договориться, и к нам в полк приволокли немецкий шторьх с простреленной кабиной. Ну и так ещё дырки везде…
На запчасти теперь пойдёт моему… Я помогала Петровичу его разбирать. Мотор там поновее моего будет, однако.
Ну а потом я три дня сидела на земле. Петрович затеял чуть-ли не заводской ремонт шторьха. Полностью перебрал и установил новый движок. Всё протянул заново и проверил.
Теперь не мотор, а зверь просто! Сразу видно, специалист работал!
Жаль только, скорость у нас маловата. Меньше двухсот камэ в час. Не убежишь. Зато можно садиться и взлетать буквально с любого пятачка…
А недавно я познакомилась с Васькой. С Василием Сталиным. Что он делал в дивизии, не знаю. Да и не моё это дело…
Прилетела, доложилась, сдала груз. Сижу, жду, когда будет готов обратный.
Все вокруг нервные какие-то сегодня. Всем некогда… Ну а мне то что? Я жду, сижу, никого не трогаю…
Дождя сегодня нет. Солнце светит. Сижу, греюсь. Мимо пробегают разные люди. Знакомые мне кивают, приветствуя. Я тоже им киваю. Остальные вообще внимания не обращают на меня. Ну сидит девчонка-сержант и сидит… Может ждёт кого… Подходит какой-то незнакомый капитан. Останавливается напротив.
Пришлось и мне вставать. Субординацию то никто не отменял.
Стоит, с интересом разглядывает меня. Я смотрю на него.
— Кто такая?
— Сержант Стирлец!
— И откуда ты такая, сержант Стирлец?
— От папы с мамой, товарищ капитан!
Ну и чего докопался-то? Шёл мимо, ну и иди себе дальше…
— Погоди, погоди… Как ты сказала? Стирлец? Это Рыжик которая?
— Так точно, товарищ капитан!
Признал? Доволен? Ну и вали дальше!..
Но тот плюхается рядом.
Ну почему, бля, постоянно одно и то же?
— И что ты тут делаешь?
— Жду груз, товарищ капитан!
Тебе-то какая разница, что я тут делаю? Танцую я, не видно что-ли?..
Тот хлопает рукой по скамейке рядом.
— Да садись ты! Чего вскочила? Я не кусаюсь.
Осторожно присаживаюсь… Если начнет приставать ко мне, убегу…
Тот достает пачку папирос, предлагает мне.
— Спасибо, товарищ капитан, я не курю. Маленькая ещё!
Смеётся и закуривает сам. Табак хороший, пахнет приятно. Разглядывает меня с интересом. Ну а я смотрю на него.