Рюрик
Шрифт:
— Понял, князь, — сказал Славен. — Всё сделаю. Жаль только, что не доведётся в битве участвовать.
— То, что ты должен сделать, — уверенно проговорил Вадим, — поважнее нынешней битвы будет.
Князь возвратился к воеводам и с улыбкой проговорил:
— Ну, вот сейчас и поразомнёмся немного. А то уже засиделись в Белозере без весёлого дела.
Отряд норманнской кавалерии врезался в левый фланг варягов и стал окружать их. Принц Трувор заметил это и приказал всему войску отступить, чтобы выровнять линию строя. В это время к нему подъехал всадник и доложил:
— Принц, меня послал стольник Сван с донесением к вам.
— Ну,
— Кавалерия князя Вадима напала на нас из Белозера, — рассказывал посланник. — Они так стремительно атаковали наши позиции, что мы не успели толком построиться, чтобы отразить удар. Славяне сильно теснят нас. Могут окружить, если вы нам не поможете.
— Что? — взревел Трувор. — Я же говорил ему, чтобы он приготовился к битве. А он, что думал, что славяне его сначала оповестят, что они нападут, а уж потом атакуют? Ну, никому ничего нельзя поручить. Всё самому приходится делать. Что молчишь, отвечай, когда тебя спрашивают.
Посланник испугался, что разгневанный принц на нём отыграется за безалаберность стольника Свана, и в страхе проговорил:
— Я не виноват, Ваше Высочество. Я только передал Вам то, что мне велел стольник Сван.
Трувор немного успокоился и сказал:
— Ладно, сейчас наведём порядок.
Принц взял часть кавалерии и поспешил на помощь Свану. Когда он прибыл к городу, там уже сражение шло полным ходом. Воины с обеих сторон отчаянно дрались. Когда у них ломалось оружие, они переходили в рукопашный бой. Душили друг друга и даже кусали. Казалось, что здесь на поле сошлись люди, которые всю свою жизнь до смерти ненавидели один одного. Хотя, на самом деле, они даже ни разу не встречались раньше. Положение складывалось не в пользу варягов. Трувор понял, что надо сделать что-то необычное, что могло бы изменить ход всего сражения. Иначе его армию скоро зажмут с двух сторон, и тогда всему его войску не сдобровать. Вдохновлённый тем, что он только что убил самого короля Эрика Непобедимого, Трувор решил, что он сможет справиться с любым противником. Он выехал на первую линию боя и прокричал:
— Князь Вадим выходи со мной на поединок. Я принц Трувор.
Он рассчитывал, что если ему удастся убить князя Вадима, то славянские воины дрогнут и побегут. По древнему обычаю, если во время битвы один военачальник вызывал на поединок другого, то остальные воины им не мешали. Обе армии отошли к своим позициям, образовав свободное место для боя. Со стороны славян выехал всадник, приблизился к Трувору и, не доезжая несколько шагов до принца, остановился.
— Я князь Вадим, — сказал всадник. — Я принимаю твой вызов.
— Я только что убил короля Эрика, который спешил к тебе на помощь, — залихватски проговорил Трувор. — Теперь я убью тебя. Я самый лучший воин. Ты своею кровью ответишь мне за смерть моего брата Синава.
— Ты действительно самый лучший, — якобы согласился Вадим. — Только ты самый лучший по болтовне. А сейчас я проверю, лучший ли ты в бою.
Завязалась отчаянная рубка. Искры во время ударов мечей вылетали пучками. Трувор ловко уклонялся от ударов Вадима. Вот он изловчился и нанёс князю прямой удар в грудь. Но его клинок скользнул по кольчуге Вадима и отлетел в сторону, не причинив князю никакого вреда. Трувор даже растерялся от такой неожиданности. Вадим, не теряя времени, сразу же нанёс принцу удар сверху вниз по голове. Трувор успел прикрыться своим мечом, но клинок Вадима разрубил
— Вперёд, ребята, отобьём охоту у варягов к нам захаживать.
Войско славян ринулось на поникших духом варягов. В это время с другой стороны поля показалась кавалерия норманнов во главе с воеводой Фронбрассом. Остатки варяжской армии зажали с двух сторон, и принялись безжалостно уничтожать.
49. Кровавый снег
Бой возле Белозера закончился в полдень. Полностью окружённое войско варягов не смогло вырваться из смертельного кольца. После гибели принца Трувора, его армия ещё продолжала сопротивление, но это сражение походило больше на бойню. Когда уже стало окончательно ясно, что варяги проиграли битву, князь Вадим въехал на холм посреди поля, поднялся на стременах и прокричал, стараясь заглушить шум сражения:
— Варяги, кто хочет остаться в живых, бросай оружие. Иначе мы всех перебьём.
Сражаться дальше уже не было никакого смысла, да и умирать варягам было уже не за кого. Их командир погиб, а Белозеро не был их городом. Воины стали бросать своё оружие. Князь Вадим осмотрел всё поле брани и громко сказал:
— Сражение окончено. Наша победа. Разрешаю помочь раненым и похоронить убитых. Оставшиеся в живых варяги могут уходить.
Вадим покинул холм и направился к главным городским воротам. Повсюду князя приветствовали его воины радостными криками. Вадим остановился возле норманнского воеводы Фронбрасса и сказал:
— Спасибо вам. Ваш король Эрик был мне настоящим союзником. Без вашей помощи мы не смогли бы одолеть варягов. Я хочу, чтобы короля Эрика похоронили со всеми полагающимися ему почестями по вашему обычаю. Если, что-то надо, скажи воевода, я всё исполню.
— Благодарю тебя, князь, — с горечью в голосе проговорил Фронбрасс. — Мы сегодня же предадим тело нашего короля Эрика погребальному огню. У меня есть одна просьба. Позволь мне участвовать с тобой в походе на Новгород. Я хочу отомстить за смерть моего короля.
— Хорошо, — согласился Вадим. — Разрешаю.
Князь двинулся дальше. У городских стен его встречали радостные жители Белозера. Впереди толпы стояла княгиня Ангельда. Вадим слез с коня, подошёл к жене и поцеловал её. Горожане дружно закричали:
— Да, здравствует Великий Князь Вадим Храбрый. Слава, Великому Князю Вадиму.
— Как всё удачно складывается, — проговорила Ангельда, когда они шли по улицам Белозера, заполненными ликующей толпой. — Битву ты выиграл. Народ тебя уже называет Великим Князем. Теперь осталось совсем немного, захватить Новгород. Дорога туда для тебя уже открыта. Помешать тебе больше некому. Можешь считать себя Великим Князем Новгородским.
— Да, вот только соберу новое войско, — проговорил Вадим, — и весной двинусь на Новгород. Жаль короля Эрика. Хоть мы и были с ним врагами, а он не оставил меня в тяжёлую минуту, пришёл на помощь. Ты знаешь, у меня такое чувство, будто я ему чем-то обязан.
— Ни чем ты ему не обязан, — резко произнесла Ангельда. — Он сполна всё получил за то, что пришёл тебе на помощь. Даже больше, чем положено.
Вадим с удивление взглянул на жену, но ничего не сказал. Он так и не понял, о чём говорила Ангельда. А княгиня подумала: