Рыцари потустороннего
Шрифт:
Наконец она появилась – в шелковом небесно-голубом вечернем платье, ослепительно открывавшем стройные загорелые ножки. Туфли на каблуке делали ее еще стройнее. Покрой поражал изяществом стиля, легкостью и свободой. От левой груди к бедру тянулся шов, украшенный серебристыми лепестками. Платье подчеркивало округлую грудь и мягкий, чуть девичий переход от талии к бедрам. Плечи покрывала прозрачная газовая накидка с вышивкой. Волосы были уложены в умопомрачительную прическу. Настоящая светская львица!
Серега не удержался:
– Простите за бестактность, но я давно не встречал таких красивых девушек. Вам можно
– Сам себе завидую, – признался я.
Он поспешил открыть девушке дверь. Да, похоже, Макс оказался прав, в ней действительно сидел тщеславный бесенок – Маша преобразилась до неузнаваемости. Интересно, куда подевалась скромность, которую без устали вбивали в нее неутомимые воспитатели? Да, итальянские гены не задавишь…
Вокруг Маши увивался мужчина в возрасте, а она вела себя как английская королева: величавая поступь, на кукольном лице печать достоинства и сознания собственной красоты и в то же время – трогательная простота, за которой скрывалось доброе сердце. Зря я беспокоился. Рядом с такой красоткой любой выглядел бы как великосветский денди.
Сергей проявил такт, опустив перегородку без нашей просьбы. Мы немного поколесили по городу, съездили в Пушкин, где он, воспользовавшись каким-то удостоверением, провел нас в Екатерининский дворец со служебного входа. Потом развернулись обратно – прямиком к «Гранд-отелю». Хотел бы я, чтобы этот утонченный дяденька-шофер шел со мной по жизни, оберегая от жизненных невзгод.
Сергей припарковал лимузин рядом с отелем. Швейцар в проходе, подобострастно поклонился, видимо приняв нас за миллионеров, я сунул ему десять долларов, тот склонился еще ниже.
Добрый гений проводил нас прямиком в ресторан итальянской кухни «Росси» (ожидаемый выбор) и сдал с рук на руки метрдотелю. Тот очень вежливо усадил нас за столик и исчез. Через несколько секунд появился вышколенный официант.
Какая-то дама за соседним столиком улыбнулась мне как хорошему знакомому, ее спутник, по виду пожилой итальянец, слегка склонил седую голову в знак приветствия. Я ответил тем же. Мужчина произнес что-то на итальянском, Маша с улыбкой что-то ответила, и соседи расцвели, как два куста герани.
С названиями блюд я определился, но в винах по-прежнему мало что смыслил. К счастью, Маша взяла инициативу на себя. В тот день я узнал массу нового: маринованное мясо – «карпаччо», посыпанное пармезаном, горечь салата с заправкой из лимона, мягкое сухое вино с привкусом свежего винограда, пикантный сыр «горгониола», подаваемый к десертному вину, восхитительные трубочки «канноли», фруктовый шербет…
Итальянский антураж зажег в ней настоящее пламя. Макс и здесь оказался прав. Говорить мне много не пришлось: Маша с горящим взором рассказывала о времени, проведенном в Италии. Затем последовала длинная история о том, как ее героическая итальянская бабушка познакомилась с не менее героическим русским дедушкой. И так далее… всего не упомнишь.
Я делал вид, что внимательно слушаю, наблюдая за ее лицом, улыбкой, удивительными глазами с их поистине гипнотической силой. Не верилось, что все это для меня…
Без четверти одиннадцать материализовался наш труженик Сергей. Поскольку «Росси» закрывался, он повел нас в смежное заведение под названием «Икорный бар», где мы в полной мере насладились рыбными деликатесами, красной и черной икрой. Эти вкусности мы запивали
Сергей снова материализовался в начале второго ночи, проводил нас до апартаментов. Прежде чем пожелать хорошего отдыха, он вкратце ознакомил с удобствами.
– Имеется спутниковое и кабельное телевидение. Мини-бар в вашем полном распоряжении, в шкафу вы найдете все необходимое…
Меня это мало интересовало. С замиранием сердца я жаждал узнать, есть ли у Маши пути к отступлению, – одна или две кровати в номере.
– Желаю приятно провести время…
Маша отправилась в ванную комнату, я метнулся в спальню, которую отделяла от комнаты небольшая перегородка. Йес! Огромная двухспальная кровать – одна на двоих!
В номере все дышало уютом и тем особым комфортом, какой могут дать высоченные потолки, украшенные старинной лепниной, добротная мебель, ковры на полу. Я принялся изучать содержимое мини-бара и выбрал бутылку сухого вина.
Маша отсутствовала довольно долго, зато вознаградила меня в полной мере. На ней остался голубой махровый халат, волосы рассыпались по плечам. Комнату заполнил аромат очень нежных шлейфовых духов. Мы расположились в двух глубоких удобных креслах, между нами был лакированный столик с фруктами, цветами в плетеной корзине и бутылкой вина. Мы просто сидели и говорили ни о чем. Беседа плавно перетекала с одной темы на другую – кроме одной-единственной, запрещенной для нас обоих… Та ночь принадлежала только мне. Я это видел и упивался каждым мгновением.
Она отпила глоток вина, призывно глядя мне в глаза. Коварство хорошего вина в том, что незаметно можно выпить лишнего и поддаться эротической магии напитка. Именно это и произошло с моей девушкой. «Меньше болтовни – больше дела», – вспомнил я инструктаж Макса, отодвинул кресло, опустился перед ней на колени, прижался губами к ее руке.
Маша вздрогнула, глубоко вздохнула, ее ладонь зарылась в моих волосах. Наклонившись поближе, она прошептала:
– Сбегай в ванную и побыстрей возвращайся…
Когда я вернулся, спальню окутал полумрак. Отраженный свет падал от торшера в смежной комнате. Ее глаза блестели, волосы рассыпались по подушке. Ее грудь, упругая и горячая, вздымалась и опадала под моими губами. Наши руки беспорядочно блуждали, изучая друг друга. Я покрывал поцелуями шею, плечи, живот, пьянея от запаха бархатистой кожи. Наконец я приник к губам, о которых так долго грезил, – мягкие, полные, чарующе чувственные, совсем как в моих эротических снах. Она целовалась нежно, почти застенчиво, скользя языком во рту. Мои пальцы скользили вокруг ее набухших сосков, тело, наэлектризованное возбуждением, стремилось слиться с моей ожившей мечтой, но я понимал: спешить нельзя, иначе можно все испортить. Она сама подала знак, и я сделал все очень нежно. Мы закружились в ритме страсти. Тела покрылись испариной, она что-то бессвязно шептала. В предвкушении кульминации Маша вся устремилась навстречу, я усилил мощь натиска и почти пригвоздил ее к постели. В какой-то момент мне показалось, что мы с ней единое целое. Это длилось всего мгновение, потом я услышал ее стон, потом – ослепительная вспышка…