Рыцарь Мечей
Шрифт:
– Корум! Где леди Ралина?
Корум, собрав остатки сил, двумя сокрушительными ударами покончил с обоими противниками, затем ногой выбил из седла третьего и прямо со спины своего коня прыгнул на лестницу.
– Что ты говоришь, Белдан? Ралина в опасности?
– Я не знаю, принц. Я не смог ее отыскать. Боюсь, что…
Корум, не дослушав, бросился вверх по лестнице.
Снизу до него доносился шум битвы, но он странным образом изменился. Корум чуть помедлил на одном из поворотов винтовой лестницы и оглянулся.
Варвары явно начинали отступать.
Он с призывным криком влетел в спальню Ралины.
Она не откликнулась.
Он спотыкался о мертвые тела защитников замка и варваров, которым, видимо, удалось пробраться внутрь через плохо охраняемые окна и балконы.
Неужели Ралину похитили?
И тут с одного из балконов до него донесся странный звук.
Это было похоже на пение или молитву. Ничего подобного он раньше здесь не слышал. Корум осторожно подошел к двери на балкон.
Там стояла Ралина. Это ее странное пение поразило Корума. Ветер подхватывал ее одежды, раздувая их, словно многоцветные облака. Глаза Ралины неотрывно смотрели куда-то вдаль, а напряженное горло вибрировало от тех загадочных звуков, которые она выпевала.
Она была в каком-то трансе, и Корум даже не окликнул ее, лишь молча наблюдал. Она пела на совершенно неведомом ему языке, видимо, очень древнем. И от звуков этой песни у Корума по спине поползли мурашки.
Потом Ралина умолкла, медленно обернулась к нему, но смотрела на него, его не видя. Странно застывшая, с открытыми немигающими глазами, она прошла мимо него в комнату.
Корум посмотрел на море: за контрфорсом, в стороне берега разгорался странный зеленый свет.
Больше ничего видно не было, но он слышал визг и вопли перепуганных чем-то варваров, с шумом и плеском прыгавших в воду с дамбы и скал. Теперь не оставалось сомнения: враг отступал. Но почему?
Корум вошел в комнату. Ралина сидела в своем любимом кресле возле стола, одеревеневшая и будто оглохшая. Она не пошевелилась, даже когда он тихонько окликнул ее по имени. Надеясь, что она постепенно выйдет из транса сама, Корум бросился туда, где все еще кипела битва.
Его встретил Белдан с разинутым от изумления ртом. Зрелище действительно было впечатляющее.
Огромный корабль, огибая северный мыс, приближался к острову. Это он был источником странного зеленого света. Паруса корабля были надуты, хотя стоял полный штиль. Варвары судорожно спешили к берегу – верхом, вплавь или прямо по воде, уже начавшей снова заливать дамбу. Они совсем обезумели от страха. Корум слышал, как Гландит из темноты слал в их адрес проклятия, призывая вернуться назад и продолжить бой.
Корабль сверкал множеством маленьких огоньков. Его мачты и корпус были словно инкрустированы самоцветами. И тут Корум разглядел то, что гораздо раньше увидели варвары и Белдан: команду корабля. То были мертвецы. Плоть их сгнила и отваливалась от костей.
– Что это, Белдан? Чья-то искусная иллюзия? – прошептал Корум.
Голос
– Мне кажется, это вовсе не иллюзия, принц Корум.
– Тогда что же?
– Это действие заклятия. Я узнаю корабль старого маркграфа. Заклятием подняли его со дна морского и вдохнули в команду… что-то вроде жизни – смотри!.. – И он указал рукой на человека, стоявшего на корме: скелет в доспехах, которые, как и доспехи Корума, были сделаны из гигантских раковин. Пустые глазницы существа поблескивали тем же зеленым огнем, который паутиной окутывал все судно. – Смотри! Это сам маркграф! Он вернулся, чтобы защитить свой замок.
И Корум заставил себя смотреть во все глаза.
– Интересно, а зачем еще он сюда вернулся? – промолвил он тихо.
Глава 12
Сделка
Корабль подплыл к дамбе и остановился. От него исходил сильный запах озона и одновременно тлена.
– Если это иллюзия, – мрачно пробормотал Корум, – то поистине превосходная.
Белдан промолчал.
По шуму, доносившемуся издали, они поняли, что варвары, потеряв от страха головы, ломятся сквозь лес. Потом донесся и грохот разворачивающихся колесниц: Гландит спешил вдогонку за союзниками.
Все мертвецы на корабле были в полном боевом облачении, однако стояли совершенно неподвижно и все как один повернули головы в сторону главных ворот замка.
Корум застыл от изумления и ужаса. То, что он наблюдал сейчас собственными глазами, походило на сон – но сон не вадхага, а невежественного, суеверного мабдена! Эти мертвецы просто НЕ МОГЛИ вернуться в реальную жизнь! А страшное видение порождено всего лишь страхом и ужасным, немыслимым воображением этого примитивного народа! Оно удивительно похоже на мабденские, пестрые и грубоватые, картины и гобелены, которые он так часто рассматривал, живя в замке Мойдель.
– Что они намерены делать, Белдан? – тихо спросил Корум.
– Я не очень разбираюсь в оккультных науках, принц. Леди Ралина – единственная здесь, кто когда-либо изучал подобные вещи. Это ведь она сотворила заклятие. Я знаю только, что вроде бы речь пойдет теперь о сделке…
– О сделке?
– Ну да! – задыхаясь, выкрикнул Белдан. – О маркграфине!
И тут Корум увидел, что Ралина, по-прежнему погруженная в транс, вышла из ворот и медленно бредет по дамбе прямо к кораблю. Голова мертвого маркграфа чуть повернулась в ее сторону, и зеленый огонь в его пустых глазницах вспыхнул ярче.
– НЕТ!!!
Корум стремглав бросился вниз, скользнул по лестнице и, спотыкаясь о трупы, выбежал за ворота.
– НЕТ! Ралина! НЕТ!
По щиколотку в воде он бежал за ней следом, задыхаясь от запаха разлагающейся плоти, что доносился с корабля мертвецов.
– Ралина!
Ничего более жуткого он не видел с тех пор, как смотрел на руины разоренного Гландитом замка Эрорн.
– Ралина!
Она почти поравнялась с кораблем, когда Корум наконец нагнал ее и схватил за руку.