Рыцарь-м*дак
Шрифт:
Я резким движением накинул себе на голову одеяло и в темноте стал подбираться к ногам Резник. Она вскрикнула и стала слабо отбиваться.
– Отстань, идиот! Интервью ты будешь давать моей начальнице.
– Ничего, меня на всех хватит, – заверил я.
Наконец моя голова оказалось у самого основания бёдер Марго, она их неплотно сжимала, принуждая побороться, но не слишком настойчиво. Она ослабила хватку и пустила меня.
Легко, самым кончиком языка я коснулся её влажных губ и почувствовал сладковатый вкус. Я осторожно провёл языком снизу-вверх, а затем ещё
Когда мои губы прикоснулись к её, зазвонил телефон.
– Это шеф, пусти.
Я крепко схватил её за бедра и прижал ещё сильнее.
– Пусти, – слабо, на самом краю выдоха просила она, но я только усиливал нажим.
Я пил её горячий сок, стараясь не упустить ни капли. Резник сначала сдерживала крик, но через несколько минут она перестала. Теперь я слышал её в полный голос. Её стон начинался тихо, постепенно набирал громкость, словно её подбрасывало на американских горках, затем резко обрывался, и всё повторялось. Я так крепко держал её за бедра, что совсем перестал чувствовать пальцы.
Телефон продолжал звонить, но Резник больше не пыталась взять трубку. Она полностью подчинилась процессу. В такт языку она подавалась вперёд и назад, сама регулируя глубину и частоту движений. В какой-то момент она сильно ускорилась, задышав чаще, и вдруг её тело словно отпружинило от кровати. Она резко вытянулась, испустив нечто вроде птичьего крика, схватила меня за волосы, крепко прижала к себе и держала так. Я чувствовал, как она истекает. Это продлилось несколько секунд, и она обмякла.
Весь вспотевший, я выбрался из-под одеяла и ощупал голову.
– Кажется, ногтями ты разодрала мне затылок.
Марго вяло попыталась ударить меня, но я увернулся. Она шумно выдохнула.
– Надо же было так испоганить момент. Что ты за человек, Наум?
Телефон зазвонил вновь. Это была уже пятая или шестая попытка.
– Белый, подай сумку, она там у тебя под ногами, Лиза меня прибьет, – Резник всё ещё прибывала в сладкой расслабляющей неге, но телефон заставлял её вернуться к реальности.
Она поднялась, не одеваясь, вышла на кухню и прислонила телефон к уху – на том конце провода быстро заговорили, так что Резник не могла вставить и слова, правда, она и не очень-то пыталась.
Дверей между комнатами в моей квартире не было. Так что я мог наблюдать за тем, как Марго, слушая, чуть покачивается на месте, перенося вес тела с одной ноги на другую. Как от этого покачивания образуется и разглаживается складка между её ягодицей и бедром. Как обнимает её холодное восходящее солнце, от чего создается впечатление, что её обнаженное тело светится.
Резник была очень красивой женщиной. Женщиной в самом высоком, в моём понимании, смысле этого слова – с заглавной буквы. Её манера держаться, говорить, жестикулировать – всё выдавало в ней уверенность хищной птицы. Она точно знала куда ступает, такую женщину не увидишь споткнувшейся или обронившей что-то случайно. Не удивлюсь даже, если она точно понимала, какой именно
Закончив говорить, она подошла к постели, пару мгновений что-то взвешивала в уме. Видимо наконец приняв решение, она наклонилась и сочно поцеловала меня.
– Алаверды в следующий раз, – пообещала она.
– Буду ждать.
– Ещё бы, – игриво ухмыльнулась она. И начала собираться.
Я не стал ей мешать, следующие десять минут я просто следил за тем, как она движется по комнате, аккуратно обступая осколки, приводит себя в порядок, глядя в зеркальное отражение покосившейся дверцы, делает последний глоток из опрокинутой бутылки вина.
Было не совсем понятно, зачем ей понадобилась эта ночь? Да и не очень-то и хотелось выяснять, если честно. Было у меня ощущение, что это один из тех вопросов, ответы на которые лучше не знать.
Мне определенно нравилась эта женщина. Когда она ушла, ещё некоторое время я ловил остаток её запаха в квартире, а затем уснул. Ничего существенного в этот день я больше не сделал.
Проспав до полудня, я поднялся, сходил за пивом, выпив пару бутылок, снова уснул, и на этот раз я проспал до следующего утра.
В подобном режиме прошли ещё сутки, я получил несколько сообщений от Резник, почти все они были развратного содержания, я лениво, но не без азарта отвечал на них.
С момента публикации книги я особо не был занят делами и не чувствовал в себе сил начинать. Но наступил четверг, а значит, нужно было вставать.
Юрген организовал моё участие на каком-то образовательном форуме для начинающих писателей, журналистов, сценаристов и прочей авторской нечисти. Наверное, стоило потратить время на подготовку, ведь мне предстояло выступать перед кучей народа, а говорить мне было решительно не о чем. Но всё, что я сделал перед выездом – выпил стакан холодного джин-тоника.
Вся моя жизнь – это спонтанность и случай. Я не видел повода что-то менять.
3. Лекция
Тем сложнее, что я довольно трезво, несмотря на своё обычное состояние, оцениваю собственные силы в качестве педагога. Лекция не имела шансов стать поучительной. Превратиться в цирковое представление? Возможно.
«Твою то мать, сколько народу!»
– Сколько здесь человек? – спросил я у администратора, что курировал мероприятие и был приставлен ко мне.
– В районе двухсот пятидесяти, у вас есть план выступления, краткие тезисы, нужно что-то вывести на проектор?
– У вас тут выпить есть? – пропустив вопрос мимо ушей, спросил я.
На бедже значилось, что администратора зовут Артур.
Он выглядел как типичный посетитель барбершопа: бритые виски и затылок, нарядно зализанный набок чуб и гладко стриженная борода. На мой вкус, слишком гладко. Я сразу представил, как по его неестественно ровному подбородку течёт медовый сироп, а полуобнаженный мальчик пальцем снимает тягучую жидкость с его пухлых губ и облизывает. В общем, Артур в моём воображении очень чётко ассоциировался с актёром гейпорно. Но даже если так, кто я такой, чтобы осуждать его?