Рыцарь Хаоса
Шрифт:
Синие силовые мечи полетели вперёд, прошивая Одержимых насквозь. Их сияние разрывало ночную тьму. Вместе с тем, рыча и ругаясь, я работал руками и ногами, давя людей. Мечи возвращались, раскидывая врагов. Затем я запускал их в новую сторону.
Время от времени «Жидкий» взрывался скопищем шипов. В особенно тяжёлые моменты твёрдые шипы становились жидкими щупальцами. Ими я хватал окружавших меня Одержимых и подбрасывал в воздух. Они падали на землю с влажным хрустом и больше не поднимались.
Вместе с тем такое массовое убийство людей вызывало отвратительный кислый
Одно дело сражаться с равным противником. Другое дело давить живых людей, словно насекомых. Да, они были врагами, и притом опасными. Но каждое новое окровавленное тело всё больше вызывало во мне желание помыться.
Барос наверняка безумен, если подобная картина доставляет ему удовольствие.
Что радовало — с каждой минутой Одержимых становилось только больше. Они стекались ко мне так, словно я был шаром «Гравитрона». Чёрной дырой, убивавшей всё живое.
Поскорее бы он уже запустил настоящую.
Иногда я видел в толпе фиолетовые когти Джайры. Они появлялись быстрой вспышкой, разрывая кого-то из врагов, и тут же исчезали. Ещё реже неподалёку мелькал жёлтый щит Ракса. Тогда я начинал бежать в противоположную сторону, пробиваясь сквозь Одержимых и утягивая их за собой.
Постоянное движение хоть и давало свои плоды, но меня начали замедлять. Дошло до того, что меня окружило натуральное море человеческой массы. Каждый шаг и движение давались с трудом. Одержимые так и норовили обхватить мои руки и ноги. Многие из них обладали разрушительными силами, из-за чего трещала броня Серп-1. Он яростно мигал синим светом.
«Жидкий» теперь работал без остановки. Но движения его щупалец становились всё слабее и слабее.
В какой-то момент я понял, что не могу больше сделать и шага. Мне в спину влетел валун, или какой-то взрыв. Я не понял, просто повалился лицом вниз. На меня тут же взобрались Одержимые. «Жидкий» устало вздыбился шипами, но этого оказалось мало.
На меня обрушился град ударов. Обезумевшие люди с треском вырывали части брони Серп-1.
Сжав зубы и рыча, как загнанный зверь, я упёрся в землю руками.
Нужно подняться на ноги во что бы то ни стало. Нужно обязательно двигаться. Иначе я погибну.
Несмотря на силу сразу двух доспехов, поднимался я ужасно медленно. Руки Серп-1 ходили ходуном, но всё же поднимали нас сантиметр за сантиметром. Наконец, я смог подобрать под себя одну ногу. Затем другую.
Одержимые на мне неистовствовали и верещали.
Последним, невероятным усилием, «Жидкий» в последний раз вздыбился шипами. По сторонам от меня посыпались мёртвые тела.
Неожиданно мне стало легче. Взвыл ветер, потоком воздуха устремляясь в сторону. За ним потянулись камушки и редкие листочки. Затем камни побольше. И наконец по земле покатились валуны и визжащие люди.
— Во имя Ушедших! — прозвучал в шлеме мягкий голос «Акустика». — «Несгибаемый», это тот козырь, о котором ты говорил?
Я восторженно смотрел на небольшой шар красной энергии. По краям его обрамлял странный чёрный
Росла и площадь его притягивающей силы. Всё больше Одержимых затягивало в этот ужасный круговорот. И даже меня в двух Живых доспехах потихоньку начинало туда тянуть.
Побежав в противоположную сторону, я рубил замерших в ужасе Одержимых. Вскоре их тела и товарищей тоже потянуло к шару.
Рядом со мной из тени выросла Джайра. На бегу она дружески ударила меня кулаком в плечо.
— По-моему, мы молодцы, — сказала она усталым, но довольным голосом.
Её «Тень» была вся в дырах и бороздах. Левый наплечник дымился, а правого не было вовсе. Я наверняка выглядел не лучше.
Рыцари и бездоспешники тоже перестали сражаться, и теперь заворожённо смотрели на бушевавший шар. Его уже почти не было видно за тем количеством тел, что кружились вокруг него.
Когда мы подошли к штабу, Ракс пробасил изнутри доспеха:
— Какого хрена вы учудили в этот раз?
— Да так, ничего, — пожала Джайра плечами и похлопала его по ноге. — Просто всех спасли.
Я же пробился внутрь штаба.
— Командир Мустарес! — обратился я к старику. — Нужно всех увести отсюда. Не хватало, чтобы и нас затянуло.
Тот без лишних вопросов кивнул и принялся раздавать приказы. Бездоспешники снова ожили и пришли в движение. По другую сторону штаба я увидел, как уцелевшие Одержимые убегают в горы.
Отлично, мы победили.
Неожиданно «Гарпун» развернулся и выстрелил куда-то во тьму.
— Ах, твою мать, — загудел знакомый голос. — Я свой!
— Не трожьте его! — вмешался я. — Он правда свой!
В кругу света от щита Ракса появился «Гравитрон». Мы с Джайрой вышли ему навстречу, чтобы больше никто не посмел на него напасть.
— Что, не терпится вернуться обратно? — ехидно спросила Джайра.
— Нет… вообще-то, да, но нет. У нас появилась большая проблема.
Танк указал большим пальцем за спину. Вокруг шара уже почти не кружили Одержимые. Но он продолжал выламывать целые куски скал и пласты земли. Его алое свечение, прерываемое вспышками, заполонило почти всё ущелье. А сам шар как будто стал раза в 2–3 больше, чем был в начале.
— Я никогда не видел, чтобы Чёрная дыра поглотила столько массы, — прогудел Гравитрон. — И никогда ещё не удерживал её так долго.
Я с тревогой посмотрел на растущий шар.
— А в чём проблема?
— Я больше не могу её остановить.
Глава 20
После слов «Гравитрона» все взгляды устремились к Чёрной дыре.
Красный шар рос ещё быстрее, чем до этого. Вокруг него бешеным потоком кружились камни и пыль. С треском и грохотом из окружающих скал вырывались целые пласты породы. Под самим шаром образовался глубокий кратер внушительных размеров. Его границы продолжали расширяться