Рыцарь-башня
Шрифт:
Подожди немного, - сказал Ингвард.
– Может, Аннерль где-то здесь...
Тут слишком темно, чтобы искать, - стонал оруженосец.
– Мы попали в логово тролля и погибнем здесь... Знаешь сам, я никогда не трусил, но теперь чувствую такой страх, что волосы шевелятся...
Они замерли, услышав донёсшийся откуда-то сверху приглушённый женский крик. У Ингварда сердце застучало так, что, казалось, вырвется из груди.
Слышал?
– прошептал он, дрожащей рукой хватая Бодо за локоть.
– Они живы! Поспешим же!
Они бросились вверх по изгибающейся лестнице, и вдруг Ингвард, бежавший
Он отпрянул. Несколько мгновений он пребывал в замешательстве, как вдруг совсем рядом раздался стон... Бодо наклонился, вглядываясь в пролом, и увидел Ингварда, успевшего вцепиться пальцами в края третьей ступеньки, от которой лестница продолжала свой путь наверх. Конунг стонал, напрягая последние силы.
Бодо одним прыжком перескочил через пропасть и, оказавшись на верхних ступенях, наклонился и подхватил Ингварда за запястья. Через минуту тот уже сидел на лестнице, переводя дух. Лицо конунга было бледным, руки дрожали.
Аннерль!
– вдруг вспомнил Ингвард и вскочил на ноги.
– Идём скорей!
Они поднялись в пустой и мрачный зал, где пол был усыпан щебнем и гнили ветхие столы и скамьи. Трупов здесь не было, и друзья облегчённо вздохнули. В зале имелась ещё одна круговая лестница, которая вела к двери, находившейся под самым потолком. Эта дверь была распахнута и из её проёма струился слабый багровый свет. Ингвард в несколько прыжков взбежал по ступеням, проскользнул в дверь и оказался в узкой изгибающейся галерее.
Пройдя по ней, он обнаружил, что галерея кольцом огибает большой круглый зал с купольным потолком. Ингвард наткнулся на зарешёченное окно, находившееся почти вровень с полом этого зала. Он заглянул в него и замер в ужасе. В зале пылал огромный камин, возле которого стояли двое. Одного конунг тотчас узнал: это был оборотень, предводитель кроклохов. В башне он снова принял человеческий облик. Зато второго конунг видел впервые, но лучше бы он его не видел! Тролль был страшнее и отвратительнее оборотня стократ. Это было существо, лишь отдалённо походившее на человека. Грузный, приземистый, с приплюснутой головой, с морщинистой, кое-где покрытой шерстью тёмной кожей, свисавшей большими складками, с круглыми выпученными глазами, которые, казалось, таращились в разные стороны, с острыми ушами, мохнатыми когтистыми пальцами и длинным отвратительным пенисом, который спускался до пола и при ходьбе волочился по нему, тролль, казалось, воплощал собой наиболее кошмарные силы преисподней, по чьему-то злодейскому умыслу поднявшиеся на поверхность земли.
Окно, в которое заглядывал Ингвард, находилось как раз напротив обоих колдунов, и он отпрянул от него, опасаясь, как бы его не заметили.
Подошедшему Бодо он сделал знак не шевелиться. Из окна струился багровый свет, отбрасывая на стену галереи пятно, иссечённое тенью решётки; помимо решётки, в пятне шевелились большие тени оборотня и тролля.
... И всё же мне гораздо приятнее чувствовать себя великаном, - звучал низкий утробный голос тролля.
– Жалкие людишки бегут от меня в ужасе, а я хохочу и давлю их
Стоит ли сожалеть о том, что происходит так редко!
– воскликнул оборотень.
– Это случается только в ночь полнолуния и длится всего несколько часов... А в остальное время ты - могучий воин, великан, Рыцарь-Башня! С тобой мы сокрушим весь мир!
– Оборотень воинственно потрясал кулаками, его маленькие глазки сверкали.
– Кто в силах противостоять тебе? Найдётся ли в мире хоть один воин, способный бросить тебе вызов? Да что воин - ты один способен обратить в бегство целую рать!
Ты прав, - весьма довольный, ответил тролль.
– В облике Рыцаря-Башни я страшен. Едва я завижу неприятельское войско, как всё во мне начинает бурлить, меня переполняет боевой дух, я готов вырывать с корнями могучие дубы, одним ударом кулака сокрушать каменные стены крепостей... Но больше всего мне нравится пожирать человечье мясо...
И тролль расхохотался таким ужасным смехом, что норманнов пробрала оторопь.
А я люблю пить человечью кровь, - подхватил его смех оборотень.
– Люблю напиться крови, а потом отдыхать, зависнув вниз головой...
Гха-гха-гха-гха!
– гоготал тролль.
– Я вспоминаю нашу победу над Островным королевством, когда мне на съеденье досталось десять тысяч пленных! Я тогда славно набил своё брюхо!...
А я напился крови до того, что не мог взлететь!
– вторил ему оборотень.
Скорей бы минула эта ночь и я снова стал великаном! Скорей бы башня сделалась моим телом!
– говорил тролль.
– В облике великана я чувствую себя гораздо увереннее, чем в эти проклятые ночи полнолуния, когда я вынужден возвращаться в облик тролля...
Но, сдаётся мне, на сегодняшнюю ночь у тебя есть развлечение - прекрасные девушки, которых ты вчера проглотил живьём?
Услышав эти слова, Ингвард затаил дыхание.
Это так, - согласился тролль.
– С ними ночь пролетит быстрее... А славных девушек ты мне приготовил, Упырь! Моя тролличья плоть требует ублажения живым женским телом. Когда я стискиваю красавицу в объятиях, вспарываю когтями её нежное тело от горла до живота, слышу её предсмертные крики, чувствую её мучения - тогда мой уд наливается соком и доводит меня до высшей степени удовольствия... Сегодня я уже насладился мучениями нескольких девушек, но самых красивых я оставил напоследок. До рассвета ещё есть время, и сейчас я займусь ими.
Не буду отвлекать тебя от этого приятного занятия, досточтимый тролль, - с поклоном ответил Упырь.
– Наутро, когда ты станешь великаном, мы выступим в поход на страну конунга Сигурда, где тебя ожидает много свежей человечины и красивых девушек! Прощай, до встречи в следующую ночь полнолуния!...
С этими словами Упырь обернулся летучей мышью и, замахав крыльями, беззвучно взлетел к потолку. Ингвард и Бодо украдкой заглянули в окно и проследили за его полётом. Оборотень протиснулся в узкую щель в потолке.