Рыцарь Англии
Шрифт:
Поэтому наши отношения были не только хороший секс.
Черт побери.
— И все же, пригласи его. Тогда он всех нас повеселит.
— Он не цирковая обезьянка. — Я закатила глаза. — Подумаю об этом. Но только если мы пойдем в «Фореве21».
Мне хотелось перестать уже думать обо всем, что мне нравится в Найтли. Я не искала ничего такого, только поцелуи и коктейли, когда приехала в Лондон. Я определенно не искала парня и карьеру. Я здесь находилась не для того, чтобы кого-то знакомить со своей семьей. Мне не хотелось к кому-то сильно привязываться, по кому потом буду также сильно тосковать, когда
Я бы пригласила его на День благодарения. Он отказался бы, потому что был в курсе происходящего. Отказался, потому что знал, кем мы никогда не сможем стать. Тогда бы все закончилось, и я перестала бы думать о нем с точки зрения будущего и думала бы только о нем, как о настоящем, сию минутном моменте — здесь и сейчас.
26.
Александр
Я наконец-то согласился на младшего барристера. Как обычно, это было чисто эгоистичное побуждение с моей стороны, потому что в конечном счете, появление помощника помогло бы продвижению дел, которые я взвалил на себя, если я научусь контактировать со стажером.
Я улыбнулся стуку в дверь. Мало того, что она была убедительной, Вайолет Кинг казалось имела определенный радар, зная все передвижения в моем офисе. Она никогда не заходила ко мне в кабинет, когда здесь находился стажер Себастьян, теперь мой сосед. Он ушел минут десять назад.
— Входите, — ответил я.
Она быстро проскользнула внутрь.
— Ты должен говорить более резко. Иначе вокруг что-то заподозрят. В любом случае, как ты узнал, что это я?
Я хмыкнул.
— Ты просто смешна. Что тебе надо?
— Вижу, Мистер Шарм вернулся. Я иду на ланч и просто решила поинтересоваться, может тебе что-нибудь принести?
Я откинулся на спинку стула.
— Вообще-то, я пойду с тобой. Мне нужно размять ноги.
— Я не сразу пойду на ланч, — сказала она, слегка запаниковав. — Сначала я пойду в музей. Но вернусь через час, если ты хочешь, чтобы я тебе что-нибудь принесла.
Мне показалось, что у Вайолет имелась какая-то тайная жизнь, о которой я совершенно не знал, поскольку все время работал. Она упоминала как-то, что ходила в лондонский Музей пару недель назад, но это было обычным делом. Я немного завидовал ей, что она могла провести свой обеденный перерыв так, как хотела, и свое свободное время она тратила не на меня.
— Почему бы мне не пойти с тобой? — Поинтересовался я.
— В музей? — Она нахмурилась, как будто ослышалась.
— Да. Куда ты направляешься?
— В дом какого-то чувака вон там. — Она показала пальцем через плечо. — Сэр Джон или как-то так…
— Соан.
— Ты был там. Ты же не хочешь еще раз сходить туда, не так ли?
Музей сэра Джона Соуна был одним из моих любимых, куда я ходил, когда был младшим барристер, переживая, что не смогу работать также, как мой отец и сделать такую же карьеру. Было бы приятно снова сходить туда, это бы напомнило, что построение карьеры — работа всей жизни, ее нельзя сделать в одночасье.
— Я не был там целую вечность. Я бы с удовольствием сходил.
—
— Если ты не заметила, у меня теперь есть помощник.
Она усмехнулась.
— Он правда помогает?
Я поморщился.
— Жюри отдыхает. Думаю, нам обоим нужно время, чтобы привыкнуть. Но я в настроении посплетничать с тобой насчет него.
Она усмехнулась и поцеловала меня.
— Увидимся через десять минут.
Мне было приятно видеть ее счастливой, а еще приятней, что я был тому причиной. Я не мог вспомнить, когда последний раз у меня на душе становилось так тепло, когда я делал Гэбби счастливой. Возможно, этого чувства и не было, потому что я так и не смог сделать ее счастливой.
Я надел пальто, шарф и перчатки и направился из комнаты в сторону Линкольн Инн Фильдс. Плодовитый архитектор, сэр Джон Соун спроектировал и построил свой собственный дом, разделив его на дом, школу и помещение, где он показывал свои работы клиентам. Дом был забит интересными произведениями искусства и архитектуры.
Я ухмыльнулся, несмотря на пронизывающий холодный ветер. Шесть месяцев назад мысль пойти в музей в обеденное время показалась бы мне абсурдной. Завести подружку — смехотворной. Но вот я направляюсь в музей сэра Джона Соуна, чтобы встретиться там с Вайолет.
Я заметил ее, прислонившуюся к чугунным перилам, уткнувшись носом в какую-то брошюру. Ее волосы развевались по плечам пальто, такие же черные и блестящие, как перила, контрастируя с ее бледной кожей на холоде. В ней была какая-то вечная красота, которую очень бы почитали в восемнадцатом веке также, когда был построен этот дом, как и сейчас.
— Мне нравится твоя шляпка, — сказал я, подходя к ней и дергая ее за бледно-розовый берет, чем вызвал румянец у нее на щеках.
— Привет, — ответила она, сияя на меня улыбкой. У меня перехватило дыхание. Мне так повезло, что я проведу ланч с этой женщиной.
— Что у тебя там? — Спросил я, как только она стала запихивать брошюру в свою сумочку.
Я опустил глаза.
— Колумбийский Университет? — Опять спросил я, прочитав название буклета, но он скрылся внутри.
— Ничего, просто кое-что изучаю. Готов? — Она взяла меня под руку, и мы поднялись по выцветшим каменным ступеням ко входу.
Вайолет взяла информационный листок с комода в коридоре.
— С чего нам стоит начать?
Я кивнул, показывая направо в библиотеку-столовую. Войдя в комнату, Виолетта запрокинула голову и стала разворачиваться на триста шестьдесят градусов, разглядывая кроваво-красные стены с картинами, скульптуры и стеклянные книжные шкафы по обе стороны.
— Восхитительно. Как будто он до сих пор здесь живет.
— Иногда здесь устраиваются ужины. Трапеза идет при свечах, как и в его времена.
— Звучит романтично. И ты присутствовал? — спросила она.
— Да, хотя в кругу адвокатов коллегии, так что романтикой здесь и не пахло. — Но поужинать здесь с Вайолет было бы очень романтично. Ужин при свечах, однозначно, был бы хорош, возможно, мне стоит ей предложить когда-нибудь его осуществить. Я продолжал наблюдать за реакцией Вайолет, пока она обходила комнату. Я не мог отвести от нее глаз. Одним своим видом она заряжала меня энергией, наполняла, и мне не хотелось упустить хотя бы каплю.