Рутгерс
Шрифт:
В связи с этим летом 1936 года Себальд вместе с Бартой уезжают на Запад.
День за днем Себальд работает в библиотеке Колониального института в Амстердаме. Труды Себальда в области международной аграрной политики хорошо известны. Его приглашают войти в состав голландской делегации, которая едет в Брюссель на международный демократический крестьянский конгресс. В Брюсселе Себальд знакомится с руководителями крестьянского движения в Западной Европе. Он встречается с депутатом французского парламента Жаном Рено, который приглашает его в Париж. Себальд с радостью принимает это приглашение.
Июль 1936
Теперь, через три года после прихода Гитлера к власти, сковывающий страх перед жестокой мощью Германии ослабел. Рухнула вера в несокрушимость фашизма. Раскол среди трудящихся преодолен. Коммунисты и социал-демократы, верующие и свободомыслящие, пацифисты и военные объединены в Париже в день национального праздника — годовщины взятия Бастилии — 14 июля. На площадях и улицах выступают ораторы в масках — антифашисты, тайно прибывшие из Германии. И нет границ энтузиазму тысяч людей, когда на трибуну поднимаются испанские борцы за свободу и передают привет от испанских фронтовиков.
— Да здравствует Испания! Но пасаран!
Художники и писатели принимают участие в политической борьбе.
Себальд и Барта посещают дома культуры, лекции и массовые собрания, смотрят революционные фильмы и спектакли. Массы пришли в движение. Себальд захвачен их воодушевлением.
В разговоре с Гансом Вертгеймом, в 1934 году бежавшим из Вены и продолжающим в Париже свою деятельность издателя коммунистической литературы, Себальд утверждает:
— Враг должен быть и может быть разбит. Вертгейм настроен скептически.
— Себальд, ты, как всегда, оптимист. А мне кажется, что война неизбежна. Массы пришли в движение, но не поздно ли? Боюсь даже, в этом движении участвуют слишком многие. Не хватает ядра.
Себальд и Барта вернулись в Амстердам. Снова работа в библиотеке Колониального института. Потом снова Москва.
В 1938 году Себальд и Барта вернулись в Голландию. Их дети, ставшие советскими гражданами еще в 1936 году, остались в Москве.
Амстердам. Апрель 1938. Себальд приехал как раз вовремя, чтобы принять участие в конгрессе Голландской коммунистической партии. Дискуссии, обмен мнениями, обсуждение международного положения, встречи с многими старыми друзьями, беседы с Вайнкопом.
Быстро освоившись с издавна знакомой жизнью Голландии, Себальд помогает организовать работу коммунистического издательства «Пегас», редактирует перевод собрания сочинений Ленина на голландский язык. Он организует издание нового журнала «Советский Союз», публикует статьи, которые опровергают клевету буржуазной прессы на страну социализма, выступает в ежедневной коммунистической газете «Фолкс дахблад», участвует в создании дома молодежи «Шпандорф».
В библиотеке Колониального института снова видят склонившегося над книгами Себальда Рутгерса. Он работает над второй частью начатой вместе с Губером книги «Индонезия». Первая часть вызвала большой интерес, особенно в Индонезии и Китае.
И так же, как это было в Москве, здесь, в Амстердаме, квартира Себальда становится центром,
В сентябре 1938 года в Мюнхене Чемберлен и Даладье встречаются с Гитлером и Муссолини. Лорд и крупный буржуа ведут переговоры с двумя диктаторами. Судетская область, часть страны, которая принадлежит их союзнику Чехословакии, отдается за кусок бумаги — договор о ненападении.
Вернувшись в Париж, французский министр иностранных дел Даладье объясняет своим приверженцам: мы достигли нашей цели. Немецкий наступательный порыв надо было отвлечь на восток. Пришлось пойти на небольшую жертву за счет Чехословакии.
В Англии та же игра. Я привез вам цветочек надежды из букета крапивы опасности, говорит, вернувшись из Мюнхена, Чемберлен. И лондонцы, пришедшие встретить его на аэродроме, рукоплещут своему премьер-министру.
В марте 1939 немцы оккупируют всю Чехословакию. Затем следует захват Данцига. Муссолини нападает на Албанию.
Советский Союз безуспешно пытается склонить Англию и Францию к союзу против фашистской диктатуры. Дипломатические переговоры не приводят ни к чему. В августе 1939 года СССР заключает договор о ненападении с Германией.
Коммунисты на собраниях, в печати объясняют, как серьезно положение, как страшны последствия возможной войны. Себальд пишет статью за статьей для коммунистической прессы, выступает и в буржуазных газетах. «Советский Союз должен делать все, чтобы избежать войны, чтобы поднять свою обороноспособность, имея в виду грядущую опасность».
Гитлер оккупировал Данию и Норвегию. Положение в Голландии становится все напряженнее. Правительство издает приказ о мобилизации. Народ и армия готовы оказать сопротивление немцам. Коммунисты призывают к борьбе. Первого мая 1940 года в Амстердаме на многотысячном собрании Вайнкоп обращается к массам. Фашистские агенты, прибывшие из Германии, и группы голландских фашистов начинают травлю коммунистов и евреев. Голландское правительство ищет спасения, арестовывая и коммунистов и фашистов. Вайнкоп в тюрьме, «Фолкс дахблад» запрещена.
Через неделю немцы нападают на Голландию. Маленький, упрямый, исполненный чувства собственного достоинства народ день за днем оказывает упорное сопротивление. Наступающие немецкие танки встречают погруженные в воду, затопленные районы. Немцы прибегают к террору. Беззащитный Роттердам подвергается нападению с воздуха. Центр города в развалинах. Среди тысяч погибших Анни Рутгерс, жена Яна. В эти военные дни коммунистов выпускают из тюрем. Освобожден и Давид Вайнкоп.
Правительство Голландии бежит в Англию. 14 мая 1940 года немцы оккупируют Голландию.
Себальд и Барта покидают Амстердам и поселяются в небольшом местечке Блариком. Они живут здесь легально. В занятой немцами Голландии еще существует Общество друзей Советского Союза, и в течение двух месяцев продолжает выходить его орган журнал «Советский Союз». Себальд может вести свою политико-литературную деятельность. И письменная связь Себальда и Барты с их детьми в Москве не прерывается.
Сразу после оккупации продовольственное положение Голландии резко ухудшилось. Немцы грабят маленькую богатую прежде страну.