В статье речь идет исключительно о промышленных сортах конопли, содержащих в сухой массе листьев и соцветий верх- них частей растения не более 0,1% тетрагидроканнабинола. Сорта (в том числе упомянутые «Вера», «Надежда», «Сурская») внесены в Государственный реестр селекционных достижений,
допущенных к использованию согласно Постановлению Правительства РФ от 20.07.2007 №460 (ред. от 30.10.2010) «Об установлении сортов наркосодержащих растений, разре- шенных для культивирования в промышленных целях, требований к таким сортам и к условиям их культивирования».
Серебристая «Нива» с выцветшими номерами тормозит у бескрайнего поля, заросшего густой травой. С подножки внедорожника спрыгивает рослый мужчина и сразу теряется в ярко-зеленых зарослях. Слышен только его голос: «В Гол- ландии конопля вырастает по три-четыре метра, а здесь пока только два с половиной». Три года назад сооснователь «Коноплекса» Евгений Скигин впервые засеял земли в Пензенской области промышленной коноплей. Сегодня в его владении – 12 500 га, Скигин – крупнейший коноплевод в стране. ПИСЬМО ПРОДЮСЕРУ Предприниматель Евгений Скигин еще в дошкольном возрасте переехал в ФРГ вместе с матерью и старшим братом Михаилом. Переезд организовал его отец – ленинградский бизнесмен Дмитрий Скигин, который в 1980-х занимался
экспортом лесопродуктов, а позже вошел в совет директо- ров «Петербургского нефтяного терминала» (ПНТ). После эмиграции родители развелись, а в 2003 году Скигин-стар- ший скончался за границей. В наследство братьям доста- лись бизнес-активы и недвижимость, которую они вскоре продали. «Брат решил вернуться в Петербург и заняться делами отца. Моя помощь ему не потребовалась», – объ- ясняет Евгений. Сам он в 2005 году уехал учиться в Австра- лию, а к концу университета задумался о бизнесе. Пока старший брат управлял в Петербурге нефтяными потоками, младший проникся идеями «экологичного» бизнеса, озвученными на конференции ООН по измене- нию климата в Копенгагене. «Меня вдохновила идея раз- вития рынка возобновляемых ресурсов: экотоплива, пере- работки пластика, возделывания агрокультур, способных улучшить экономическую ситуацию», – говорит Евгений Скигин, который даже построил на австралийском побе- режье собственный «экодом мечты» за $14 млн. Наблюдая за делами ПНТ, особенно после колебаний цен на нефть в 2008 году, Евгений искал более стабильную нишу. После короткого анализа рынка возобновляемых ресурсов его заинтересовала конопля – неприхотливая и много- функциональная культура. «Промышленная конопля идет и в пищу в виде семян и масла, и на производство волок- на для нетканых материалов, веревок и канатов (пенька), текстиля, а также в качестве
материала для строительства и подстилки животным (костра)», – перечисляет Скигин. Культура не требует много воды и химии и подходит в от- личие от других лубяных (льна, джута) для выращивания как в Финляндии, так и в Таиланде. Скигин занялся поиском партнеров. По запросу «hemp in Australia» (промышленная конопля в Австралии) в Google нашел только одну компанию – EcoFibre, в которую и написал письмо на общий электронный ящик с предло- жением войти в бизнес. Письмо попало напрямую к осно- вателю, австралийцу Филу Ворнеру, который, 20 лет прора- ботав кинопродюсером, в 1994-м оставил киноиндустрию и возглавил семейный фермерский бизнес. К началу 2009-го, когда Скигин познакомился с Ворнером, у EcoFibre было 280 га земли на востоке Австралии, 230 со- ртов, несколько комбайнов и одна лицензия. Оказалось, что компания нуждалась в инвестициях. Тогда Скигин купил 50% компании и одновременно обрел опытного партнера, о котором мечтал. Сумму своих вложений он не раскрыва- ет, но говорит, что за несколько лет небольшой австралий- ский бизнес вырос втрое. Спустя семь лет он продал свою долю в EcoFibre инвесторам из США по оценке $25 млн. РУССКАЯ ЭКЗОТИКА На ежегодном автосалоне в Лондоне летом 2008-го внима- ние посетителей было приковано к «автомобилю из ко- нопли». Британский Lotus представил спорткар, кузовные панели которого выполнены из материала с добавлением лубяных волокон, используемых в производстве канатов. По словам Скигина, рынок нетканых материалов уже тогда был хорошо развит в Европе, а идея экологичного производства крайне популярна. В 2009 году на одной из промышленных выставок, куда Евгений ездил каждый год, он познакомился с голландским фермером, владель- цем компании по производству промышленной конопли в Нидерландах Dun Agro, и стал ее акционером. Сегодня у предприятия около 1000 га посевных площадей, завод мощностью 6 т тресты в час, из которой получают волок- но. До 95% голландской промышленной конопли идет на нетканые материалы, в том числе для внутренней отделки автомобилей BMW и Mercedes из соседней Германии. В Голландии работает всего несколько коноплеводческих предприятий, но им принадлежит около 20% европейско- го рынка пеньки. Голландский бизнес развивался, и в 2012 году Dun Agro взяла в аренду земли за границей, в Дании, но русскому предпринимателю все равно не хватало про- стора. «Голландия – маленькая страна, посевные площади ограничены», – жалуется Скигин. В 2013-м он решил сеять коноплю в России: цена на землю ниже, а рабочая сила де- шевле. Начать бизнес помогли связи старшего брата, с ко- торым у него несколько совместных компаний по торговле нефтепродуктами, строительству дорог, фармацевтике.
