Русский космос
Шрифт:
– Да, что тогда, если не подчинится оккупант?
– На этот случай, – парень улыбнулся еще шире, приподнимая силовик, – у нас оружие имеется. Однако отец-командир нам наставление дал – применять только в крайнем случае. Ну, должны же они там, на Луне, соображать, что власть Святых Апостолов – от Всевечного, должны…
Корреспондент хлопнул солдата по плечу и обернулся – камера двигалась следом – к протоиерею.
Тот не улыбался и выглядел задумчивым, даже суровым.
– Мы понимаем, – молвил, – что оккупантские власти держат простых людей в неведении, морочат им головы пропагандой. Поэтому можно ожидать, что верославное воинство столкнется
– Не боитесь?
– Наше дело правое. Наша сила – не в боевых челнах и не в оружии, – офицер продемонстрировал посох, вполовину меньший, чем у Шахтара, – но в правоте и справедливости. В благословении Апостолов да в молитвах наших верославных сограждан. Я уверен, что вся сфира Земля молится о победе флота, а раз так, то исход операции предрешен.
– Что ж, – обернулся к камере корреспондент. Перестал улыбаться, посерьезнел. – Помолимся и мы о победе верославного воинства. Апостолы в Горнем мире неустанно просят Всевечного, чтоб защитил и уберег наших солдат, сохранил жизни, ниспослал скорую победу. Присоединимся же к их молитвам.
Снова на несколько секунд возникла в телевиде ошеломляющая картина флота, плывущего к сфире. Челны шли непрерывной чередой, по мере удаления от камеры становились все меньше, сужаясь и как бы вытягиваясь в длину, растворялись в бледном свете Луны, погружаясь в него. А вместо музыки уже звучали колокола Триждыстроенного храма, призывая верославных к вечерней молитве. Затем и картинка внесфирного пространства с челнами переменилась на привычный вид храма.
То ли усталость сказалась, то ли волнение было виной, но молитва не заладилась. Сперва Тимур обрадовался: вот сейчас, перед большим телевидом, да в зале акустика хорошая… вместе с верославными воинами, и к тому же диктор с экрана молитву зачнет… но что-то не складывалось, не было в душе подъема. Только Тим в очередной раз хотел, как давно задумал, помянуть бестолковую Катьку, деда-умника и мать – мирских людей, – как что-то мешало, будто волоком волочило в голове иные слова: «…и ниспошли победу верославному воинству над безбожниками, что злоумышляли против Тебя…»
И у всей снежинки тоже подъема духовного не было, не пошла молитва у дружинников. Тимур украдкой огляделся: Толик перед собой неподвижно смотрит, лицо напряженное, Акмаль в пол уставился, Роман глаза закрыл, сморщился и губами шевелит, будто шепчет. Потянувшись сознанием, Тим встроился в обод, и теплая волна из центрального разума подхватила, понесла. Увлекла: «Всевечный, един и неделим, не родил и не был рожден, и не был равен Ему ни один, нет вечного, кроме Всевечного, а Старец Кадмон…» – и все вдруг стало просто и ясно. Тимур ощутил, как дух его возносится над телом со вшитым пози-чипом, над девятой боевой платформой, устремляется к Каабе, Горнему миру, мчится, не ведая преград, навстречу непрерывному потоку челнов, достигает Небесного града, закручивается в орбиту духа и веры вокруг изогнутых ветвей Сидры, по спирали нисходит к престолу Кадмона Вознесенного, а оттуда…
«…Аминь!» – закончил молитву диктор в телевиде. Тим тряхнул головой. Вот хорошо! Удалась-таки молитва!
Рядом заговорили работные и пилоты вновь прибывших челнов: ожидали, что начнется выпуск новостей, но его, должно быть, еще не успели подготовить, в телевиде объявили выступление хора. Отец Карен велел:
– Надо поесть.
Потом оглядел дружинников и скупо улыбнулся.
– Я после первого боя то же самое чувствовал. Но поесть все же надо, а перед
После медцентра и ужина снова собрались в зале с телевидом. Выпуски новостей сменяли друг друга, большей частью сообщения повторялись, лишь изредка добавлялись свежие сюжеты. Показали ЧОПы, занятые артподготовкой, потом – давешнее интервью с десантниками. Тим обратил внимание: «гроб» слегка подрагивает, хотя во внесфирном полете толчков не должно быть, челн идет ровно. Может, у оператора руки дрожат? Мирской человек, не военный. Волнуется.
После этого показали хоровое моление в Триждыстроенном храме. Потом студию – архиерей с лучевой указкой перед трехмерной проекцией Луны. Это было интересней. Священник неторопливо пояснял расположение поселений на малой сфире. Когда лучик касался светящейся точки, обозначающей купол лунного города, в углу экрана возникали данные: численность населения, предполагаемое вооружение, основные производства. Разумеется, не надписи, а символы, пиктограммы. Так простым мирянам удобней, буквы-то не каждый разберет. Из рассказа архиерея выходило, что для высадки намечен участок в пустынной местности.
– …Чтобы при артподготовке не нанести ущерба мирному населению, – пояснил военный. – Мы проводим огневую зачистку квадрата высадки, затем будет отправлен десант, усиленный легкой техникой. Одновременно зона огневой зачистки начнет расширяться – и вслед залпам плазменных пушек двинется десант. Будет оборудован временный порт для приема тяжелой техники. На первом этапе узлы обороны оккупантов будут отрезаны друг от друга.
– А потом штурм?
– Мы бы хотели обойтись без штурма. Напоминаю, наша главная задача – освобождение населения Луны от власти незаконных оккупантов. А при штурме потери мирян неизбежны.
– Но ведь оккупанты готовятся встретить верославных воинов с оружием в руках! – почти возмущенно возразил корреспондент. Камера отъехала, чтобы показать его столик. – Лунные-то с нами не церемонятся!
– Мы полагаем, что сопротивление станут оказывать лишь закоренелые фанатики-атеисты, враги верославия, – пояснил архиерей, – большинству же населения нет нужды противиться посланникам Горнего мира, коими выступают сейчас наши военные. На это мы уповаем. Отдельная забота – не позволить главарям безбожников насильно вывезти лунных с малой сфиры. По крайней мере, один «ковчег» у них имеется.
– А есть такие подозрения? Они замышляют бегство?
– Добро бы бежали сами, – печально молвил архиерей, – но ведь неповинных мирян за собой потянут! Вот смотрите…
Указка снова запорхала по голограмме. Должно быть, архиерей что-то переключил – теперь под лучом оживали не города, а светящиеся ниточки между ними.
– Наши зонды выявили активное движение на этих маршрутах. Пока трудно сказать, куда сходятся транспортные потоки… где-то на стороне, которая сейчас темная. Должно быть, в космопорт.
– Но ведь наш флот надежно блокировал Луну?
Тут военный впервые улыбнулся. Тимур понял эту улыбку – архиерей не желает показать мирянину, как смешны его, человека невоенного, рассуждения о боевых действиях.
– Вы представляете себе, что такое «блокировать Луну»? Мы следим за поверхностью, мы снимаем показания с телезондов и трансмиттеров… но это сеть с очень крупными ячейками. К тому же не следует недооценивать противника. Безбожники изворотливы и дадалова лукавства исполнены. Однако прошу прощения, отведенное мне время истекло…