Русская книга
Шрифт:
Карл Маркс в свое время сказал красивую фразу насчет того, что, истекая кровью, Россия, мол, прикрыла собой Европу. Если бы не она – монголы дошли бы до самой Атлантики, пустили бы белых братьев на мясо, и негде потом было бы родиться прекрасной европейской культуре. Но, обливаясь кровью, русские организовали в тылу у Батыя партизанское сопротивление, так что на бросок к Атлантике у варвара просто не осталось сил.
Мало кто сегодня сомневается в том, что монголы завоевали Русь и планировали точно так же завоевать Европу. Даже «Британская энциклопедия» в статье «Батый» четко указывает: «завоеватель Древней Руси». Вот удивился бы, узнав
На самом деле земли Киевской Руси затронуты монгольскими рейдами почти не были. Несколько далеких и богатых колоний, вроде той же Рязани или, скажем, Владимира-Залесского, степнячки действительно уничтожили. Но тут уж поделать ничего было нельзя. За соседство с вечно бурлящей Степью приходилось платить.
Раз в двадцать лет кочевники все равно сжигали приграничные крепости. Но ни Новгород, ни Псков, ни Смоленск, ни Полоцк, ни Туров, ни Владимир-Волынский, ни тем более Галич (новая, после Киева, столица Руси) от Батыя совсем не пострадали. И вообще: из двадцати пяти крупнейших русских городов монголы сумели разграбить только три.
Летописи, из которых мы узнаем о тех давних событиях, писали горожане. И, разумеется, им казалось, будто переселиться в города, это главное, о чем мечтает любой варвар. Хотя для самих кочевников это было не привлекательнее, чем для вас переселиться куда-нибудь в джунгли. Разграбить – да. Сжечь, изнасиловать, запугать показными жестокостями – сколько угодно. Но насовсем переселиться в неведомые земли? Стать заложником оседлого населения? Жить не в юрте, а во дворце, не в степи, а в тесном и небезопасном городе? Отказаться от всего родного ради неизвестно чего? Вряд ли такая перспектива казалась монголам уж очень заманчивой.
Батый хотел не завоевать Русь и тем более не завоевывать Европу, а всего лишь стать единственным господином Половецкой степи. Эта цель была простой и понятной. Он, степняк, желал жить в степи и повелевать степняками. Именно на это были направлены все его усилия. Война за то, чтобы покорить и объединить половецкие кланы, шла чуть ли не двадцать лет, но своего Батый добился. Никакой раздробленности, никаких князей-конкурентов. Лишь одно солнце сияет в небесах над степью, и точно так же Батый должен был остаться единственным господином этих прекрасных земель.
К северу от Степи лежали русские леса, и ходить туда монголы боялись. К югу начинались Кавказские горы, соваться в которые они тоже не рисковали. Но все пространство между лесом и горами, между Залесьем и Кавказом, должно было принадлежать одному Батыю. Несколько лет непрекращающихся сражений – и эта цель была наконец достигнута. Оставалась совсем маленькая проблема: последний половецкий князь по имени Котян сбежал в Венгрию и оттуда продолжал монголов дразнить. Венгры считали половцев родственным народом и вроде бы даже собирались поддержать Котяна в его претензиях.
С Котяном прибыли сорок тысяч половцев. Прямо на границе его торжественно встретил венгерский король Бела. Двое правителей породнились: сына Бела женил на дочери Котяна и присвоил ему титул «герцога всей Половецкой степи». Такая ситуация устроить Батыя, разумеется, не могла. У Степи мог быть только один хозяин, а теперь выходило вроде как два.
К венгерскому королю монгол отправил послов:
– Узнал я, что рабов моих, половцев, ты принял под свое покровительство. И вот я приказываю: не держи их на своих землях, а то придется тебе встретиться со мной. Половцы-то сбегут, а куда денешься
Батый предлагал королю решить дело миром: Котяна выдать, власть монгольского хана признать, от вмешательства в дела Степи отказаться. Венгры ответили дерзко и надменно. Дошло до того, что их всадники даже осмелились напасть на передовые монгольские отряды. Терпение Батыя лопнуло. Передать королю Беле ответную открыточку он поручил бешеным монгольским принцам. В Венгрии те устроили такую мясорубку, что при слове «монгол» европейцы ежились от ужаса еще несколько веков подряд.
Собственно, это и все: никаких других целей ни на Руси, ни в Европе у монголов не было. Никто не собирался хоть что-то тут присоединять. Батыя интересовало наказать бунтовщиков и обеспечить у себя в Золотой Орде прочный мир. По пути в Венгрию их армия задела и несколько русских городов. Опустевший Переславль был сожжен, а Киев, через который давно уже ходили все кому не лень, пограбили какие-то второстепенные монгольские отряды. Но завоевывать Русь Батый совсем не собирался. Тем более что русские сами, добровольно, вызвались помочь ему против венгров: выделили проводников и кое-какие отряды.
После вылазки в Венгрию ничто больше не угрожало ни Батыю, ни созданному им величественному государству. Доставучих монгольских принцев Батый наконец спровадил домой, а сам занялся тем, чем давно мечтал: обустройством завоеванных территорий.
Получить власть над племенами и объявить о рождении нового государства – это было только полдела. Теперь предстояло понять, с каких таких средств это государство станет существовать. Батыю нужны были богатые соседи, которых он мог бы грабить, и торговые трассы, которые он смог бы облагать налогами. За то, чтобы поставить под свой контроль города и трассы, Батый воевал даже дольше, чем за объединение Степи.
Думать, будто Батый, это такой средневековый Доктор Зло, который воюет просто потому, что ему нравится убивать людей, было бы все-таки не совсем верно. Монгольская армия вовсе не металась по степи в кровожадной истерике. Батый действовал логично и последовательно. Самым состоятельным соседом новорожденной Золотой Орды была Волжская Булгария. С похода на нее Батый и начал самостоятельное правление. Кроме того, богатенькие города имелись в Крыму и на Кавказе. Эти земли были завоеваны сразу после Булгарии. В поход монголы отправлялись только тогда, когда видели впереди четкую цель: подмять торговую трассу, и дальше пусть денежки текут сами, а мы будем всю жизнь валяться на шелковых подушках с белокожими женщинами и курить кальян. Кто скажет, будто мотивы Батыя ему уж совсем непонятны?
За четыреста лет до Золотой Орды по берегам местных рек выросла Киевская Русь. Хребтом, позволившим ей распрямиться во весь рост, стала торговая трасса, которую называют «Путь из варяг в греки». С севера на юг по этому «Пути» шли меха, с юга на север – серебро, а четыре процента того и другого забирали себе киевские князья. Именно с этих доходов князья нанимали себе дружины, выписывали из Византии архитекторов и книжников, строили палаты для себя и храмы для своего распятого Бога.
Теперь приблизительно тем же самым приблизительно на тех же землях планировали заниматься ханы Золотой Орды. Только дорога, вдоль которой расположилось их государство, шла не с юга на север, а с запада на восток: это был путь, по которому итальянцы возили из Китая шелк. Все главные города Орды – это перевалочные базы на этом пути: Сарайчик в нынешнем Казахстане – Сарай неподалеку от нынешней Астрахани – Азов рядом с нынешней Анапой – Феодосия в Крыму, а дальше Стамбул и Европа.