Русалочья заводь

Шерстобитова Ольга Сергеевна

На этих строках мое самообладание закончилось, и я разревелась, уткнувшись в плечо Лиру. А потом его руки меня отпустили и чьи-то другие, сильные, обняли и прижали к себе.

— Ариадна, — голос Эрангитиля раздался совсем рядом, когда мои слезы закончились.

Руки отца легли на волосы и ласково провели по растрепанным светлым прядкам.

— Ариадна, — сказал он мягко. — Как же я рад, что ты есть у меня. Еще одна дочь. Еще один мой луч солнца, — сказал он тихо. —

Жаль, что я не могу видеть, чтобы посмотреть на тебя.

— Вылитая Аврора, — спокойно сказал Лир где-то рядом. — Только глаза — твои.

— Правда? — обрадовался эльф, и я вынырнула из его объятьев.

— Правда, — засмеялась Эридейле. — Добро пожаловать в семью, сестренка. Вот Аран обрадуется-то, — сказала эльфийка, обнимая меня.

— Ага, теперь он не просто названный брат, а еще и с русалами породнился дважды, — сказала Силадерь.

— А уж как Совет магов обрадуется, узнав, что я без их позволения женился на русалке, да еще и дочери владыке эльфов, — хмыкнул Лир, улыбаясь мне.

— Я никому не позволю больше причинить боль моей семье, — сказал твердо Эран, не выпуская меня из объятий. — Думаю, что мои подданные меня поддержат и помогут, а Ариадну искренне полюбят так же, как и вы все.

— Ну, еще бы, учитывая сколько она им апельсинов сотворила, — сказал Рокот, и все дружно рассмеялись, лишь только мой отец недоуменно замер.

Он-то не в курсе, что я ему там вечный фруктовый сад с мотыльками создала.

— Расскажешь мне все? — спросил он меня шепотом.

— Да, — ответила я тихо, и мы, поднявшись, пошли вдоль озера.

Глава двадцать третья

Нас никто не остановил, все понимали, что мы хотим побыть наедине, и мы, взявшись за руки, шли вдвоем, и я рассказывала все с самого начала. Как росла, как встретила Лира, как случилось, что все повернулось именно так. Мой отец слушал внимательно, задавал вопросы. Смеялся, когда я рассказывала, как училась колдовать.

— Теперь я понимаю, почему Аран смог преодолеть проклятие ведьмы. Кровь отозвалась. Возможно, будь это другая русалка, ничего бы не случилось, — сказал эльф, присаживаясь на траву на противоположном берегу. — Он искал судьбу, а нашел — тебя.

— Судьбу тоже, — сказала я тихо. — Главное, чтобы я смогла его освободить, — сказала я тихо.

— Сможешь, ты сильная, Ари, — сказал отец. — Не против, что я так тебя буду называть?

— Нет, — улыбнулась я.

Потом мы еще поговорили о пророчестве, о надвигающейся войне.

— Расскажи мне о маме, — попросила я его осторожно.

Лицо отца просветлело. Рассказ полился рекой. Она очень любила розы,

особенно белые. Петь на рассвете. Слушать морской шум. И была самой лучшей.

— Мне будет непросто смириться с ее утратой, — сказал он тихо.

Я понимала его. Он до конца верил. До конца ждал.

— Во дворце я оставила ее письмо мне и твой серебряный браслет, — сказала я тихо.

— Позволишь мне прочесть его? — спросил Эран осторожно.

— Да. Когда окажемся на месте.

— Спасибо, дочь, — ответил он серьезно, понимая, как это будет нелегко для меня. — Я очень ее любил Ари, очень. И сейчас люблю. Никогда и никого я больше не смогу так любить, — сказал владыка эльфов. — Прости, что я позволил ей уйти, и что все вышло так.

— Папа, — прошептала я, обнимая его за плечи, и впервые обращаясь к нему так.

— Все теперь будет хорошо, дочка. Все будет хорошо. Нам нужно поддержать Даринель. Смешно подумать, что я скоро стану дедом, — засмеялся он.

— Да, на кого-кого, а на деда ты не похож. Поговори с ней. Она переживает очень, — сказала я в тревоге.

— Поговорю.

Ари. Как ты? — в голове возник голос Лира.

— Хорошо, — вслух сказала я. — Ой.

Отец рассмеялся.

— Муж переживает? Надо же, я, оказывается, выдал замуж прошлой ночью — дочь, — сказал Эрангитиль.

Ари.

Я вздрогнула.

— Я пойду, Ари. Поговорю с Даринель, с дочерьми и с русалами. Мы теперь родственники, надо многое обсудить, — сказал Эран, поднимаясь и целуя меня в лоб.

— Иди. Я побуду немного тут. Мне есть о чем подумать.

Правда, думать пришлось недолго, через минут пять рядом присел Лир, и обнял меня за плечи.

— Непросто все, да? — спросил он меня.

— Даже слишком непросто, Лир. Не знаю, как быть дальше. Вернее знаю, но боюсь действовать. Не хочу потерять близких мне людей. Тезуэль вообще, наверное, зол. А уж ведьма эта…

Ответить Лир не успел. На моей руке что-то тихо засветилось и погасло.

— Кольцо исполнения мелких желаний, — спокойно сказал Лир. — Значит, морская ведьма попыталась направить его действие во вред. Пошли, нам нужно сказать твоему дяде.

Дядю известие не обрадовало.

— Если она перешла на сторону врага, Серебряный город может оказаться в опасности, — сказал он встревожено.

— Я с вами, — сказала я спокойно, понимая, что сейчас русалы направятся домой.

— Нет, — ответили хором Глин, Алона, мой отец и Лир.

— Там небезопасно может быть, Ариадна, — сказала королева.

— Мы с тобой свяжемся, — сказала Глин.

— Не подвергай мужа опасности, — добавил дядя.