Русалочья заводь
Шрифт:
В итоге, правители никуда не разъехались, решив, что государственные дела подождут до завтра. Ну, еще бы. Тут такая занятная русалка появилась. И фруктовые деревья создала, и конфетное, и к тому же еще озеро сделала маленькое, чтобы можно было возле него костер разжигать и ужин делать. Правда, в этот раз при помощи магии я сотворила для всех макароны, а в качестве подливы сделала тертый сыр, кетчуп и сосиски.
Ребятня, ясно дело, никуда не ушла, и уселась есть с нами. Им, тетенька русалка очень даже приглянулась.
—
Принц ухмыльнулся, а потом… Взрослые, и гномы, и эльфы, и драконы, и русалы стали по очереди рассказывать сказки. Я сидела, прижавшись к Лиру спиной и заворожено слушала. Вот, дают. Вроде, правители…
— У них у всех есть дети, или будут. И все они их любят, — сказал мне шепотом Лир, когда Тир увлеченно рассказывал историю про принцессу, которая влюбилась в дракона.
Я улыбнулась и создала для всех мороженого. Шоколадного, ванильного, клубничного, чем снова привела малышей в восторг.
— Тетенька русалка, а вы знаете сказки? — спросила маленькая девчушка с яркими голубыми глазами.
— Знаю, — улыбнулась я.
— А расскажите нам, — попросил какой-то мальчуган, перемазанный шоколадом и клубничным мороженым.
Взрослые тоже с интересом посмотрели на меня. И я рассказала. Сначала «Золушку», потом «Белоснежку и семь гномов», потом «Красную шапочку», «Колобка», «Репку» и «Дикие лебеди».
— Ты прирожденная рассказчица, Ариадна, — сказал Рокот.
— А про русалок знаешь? — спросил Глин.
— Знаю, но грустную.
— Расскажи, — попросил Тир, наблюдая, как малышня постепенно исчезает.
За кем-то пришли родители, кто-то умчался сам. Сад опустел, пока я доедала мороженое из вазочки, и думала о том, что сегодня был хороший день.
— Пожалуйста, — попросила Даринель, поглаживая свой живот.
И я стала рассказывать наизусть сказку Андерсена, которая так и называлась «Русалочка». Речь текла плавно, и когда я закончила, то заметила, что у многих на глазах стоят слезы.
— Я хочу к Арану, — неожиданно сказала я, смотря, как солнце скрывается за горизонтом.
— Мы с тобой, — отозвались Эридейле, Силадерь и Даринель.
— И мы тоже, — сказали хором драконы и гномы.
Лир с Тиром обреченно вздохнули.
Мы пробрались к окраине города, дошли до пещеры, и я, обняв статую Арана первой, улыбнулась. А потом мы все наперебой стали рассказывать ему о прошедшем дне. Может, это со стороны и было смешно, но нам всем так было легче, словно Аран был рядом. И все мы верили, что он нас слышит, и что мы спасем его.
— Поплавать хочешь? — спросил меня Глин, когда компания разожгла в пещере костер и стала вести неспешную беседу.
Я кивнула.
— Тир, ты с нами? — спросила я мага, смотрящего на огонь.
— Почему бы и нет, — отозвался тот.
Я обернулась к Лиру, который сегодня
— Иди, не волнуйся, — прошептал мне он, ласково целуя в щеку.
Заплыв вышел знатный. Мы веселились, как могли, устроив гонки, чем заставляли смеяться всех, оставшихся на берегу. Все-таки, Глин меня догнал, а потом и Тир.
— В полет русалок? — спросила я неожиданно обоих русалов.
Те переглянулись.
— Почему бы и нет? — спросил Глин.
Принц кивнул.
А дальше понеслось. Я никогда не отправлялась в полет с русалами. Только с Араном и Лиром. Один раз всего. И это было впечатляюще. Хотя нет, это было ошеломляюще. А сейчас… чистая радость, восторг и ощущение рядом надежного сильного плеча, которое защитит от любых бед. Причем ощущение шло и от Глина, и от Тира. Мы остановились, когда было глубоко за полночь, посмеялись и подплыли к берегу, где на нас пялились абсолютно все, кроме, пожалуй, дяди и тети. Лир понес меня к костру на руках, накрыв мой хвост своим плащом.
— Еще бы пару песенок, — мечтательно сказал Тадеуш.
Все рассмеялись, и я, подмигнув королю гномов, запела. Песни были разными — веселыми и грустными, а потом снова зазвучала песня Аранатариэль, которую все так любили. Я допела, и неожиданно почувствовала, что перед глазами у меня стоит туман. Белый, густой… реальность исчезла. Мысли все испарились. Никого рядом. Ни Лира, ни Рокота, ни дяди с тетей, ни Глина. Никого. Даже мыслей их не слышу. Из тумана вынырнула фигура. Знакомая такая. Аран.
Говорить я почему-то не могла, двигаться тоже.
— Ари, у меня мало времени. Я вас слышу. Всех слышу. И я живой. Не вините друг друга в том, что сделал для тебя я. Я не жалею. Иначе просто не смог бы. Ты мне, как сестра. Хорошо, что ты догадалась спеть. Я, благодаря этому, смог прийти. Но это будет единственная наша такая встреча. Иначе нельзя. Я могу тебя погубить, а ты — меня.
Ответить я не смогла.
— Заклятие может снять только песня. Но она должна быть песней трех русалов, двое из которых были темными магами, но стали русалами, а потому сменили сторону на свет. Так сказала мне богиня судьбы, которая пошла тебе на уступки, Ари, потому что ты готова была умереть, но не жертвовать моей жизнью, поэтому у меня есть шанс вернуться.
Искать русалов в Серебряном городе, смысла нет. Один из них — Тир, другая — ты, а третий… Богиня судьбы сказала, что тот, кто должен стать русалом, пока что еще темный маг, которому предстоит однажды сделать свой выбор. И это должен быть только его выбор, Ари. И нельзя никак влиять. И, если он его не сделает, то я навсегда буду заточен в камень, Ари. Богиня сказала, что…
Аран стал таять в белом тумане. Перед глазами у меня замелькали черные точки.
Ари. Ари. Ари. Ари…
Голос Лира был на грани отчаяния. И давно он так зовет?