Русалочья заводь
Шрифт:
— От Силадерь. Она заснула нечаянно. Иногда, беременная женщина, сидящая возле меня, весьма кстати, — сказал Лир, целуя мое обнаженное плечо, пробираясь дальше по ключице. — А Даринель спустилась вниз покормить сына.
— Я смотрю, силы к тебе вернулись, — заметила я, краснея под его прикосновениями, как свекла.
Лир не ответил, отбросил мою ночную рубашку, и поцеловал меня долгим поцелуем.
— Расскажешь мне, что там произошло,
— Да, — ответила я, укладывая голову поудобнее на его плечо.
Рассказ вышел коротким, как ни странно, и Лир долго молчал.
— Спасибо, — сказал он мне тихо. — За дядю. И ты меня снова поразила, ненаглядная.
— Чем это? — спросила я его, целуя жесткий небритый подбородок.
Лир перевернул меня на спину, навис сверху, прошелся рукой по запутавшимся прядям.
— Своей добротой, ненаглядная. Великодушием, щедростью, милосердием.
Ой, сколько комплиментов-то!
— Лир, я так люблю тебя, — прошептала я тихо.
— И я тебя, — сказал он, наклоняясь и целуя меня в губы.
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату влетел Рокот и Глин. Оба вытаращились на нас и выругались на орачьем языке.
— Лир, ты хоть понимаешь, как ты нас всех напугал! — рявкнул дракон.
— Силадерь весь дворец на уши подняла, — припечатал Глин.
Мы с Лиром переглянулись, и я, увидев грозные взгляды братцев, решила спрятаться у мужа на груди. И вообще я что-то так устала, и снова хочу спать. И клубники бы…
Дракон и русал продолжали ругаться.
— Глин, Ари клубники хочет, сделаешь, а то во мне магии очень уж мало, — сказал спокойно Лир, и эти двое смолкли.
Я выглянула из-за плеча мужа, Глин с Рокотом переглянулись, плюхнулись на кровать, и русал создал мне тарелку с ягодами.
— Спасибо, — прошептала я, отправляя в рот клубнику.
Вторую с моих рук съел Лир, третью — Глин, четвертую — Рокот. Когда тарелка оказалась почти пуста, я, сонно моргая, зарылась в одеяло, а Лир притянул меня к себе, целуя в шею, в комнату ворвались мои сестры, отец и Даринель.
Кажется, они начали ругаться из-за того, что дракон и русал им ничего не сообщили, когда нашли Лира, но я уже проваливалась в сладкий сон, чувствуя руки Лира, обнимающие меня.
Всю следующую неделю мы с мужем провалялись в постели — ели, спали, немного разговаривали с кем-то, кто на данный момент времени исполнял роль нашей сиделки. Мы с Лиром, конечно, противились этому, но разве двое полуживых русалов могут переубедить драконов и эльфов?
Однажды ночью я проснулась, и поняла, что мне
— Лир, — потрепала я его плечо.
— Ари, что случилось? — сонно спросил он меня, зевая.
И тут же:
— Тебе нехорошо? Ари?
— Мне нужно в воду. Срочно, — прошептала я, чувствуя, что эта потребность просто пересиливает все остальное.
— Здесь неподалеку есть озеро. Помнишь то самое, в котором плавал Тир, я тебе обещал давно его показать, — сказал Лир. — Сможешь к нему телепортировать нас обоих? Или ванну давай нальем, — сказал муж.
— Озеро, — прошептала я тихо.
— Тогда я думаю куда, а ты даешь силы, — сказал мой муж.
— Оставь записку, где мы, — сказала я шепотом, видя, что Даринель с Ринурелем сладко спит на диване, укрытая плащом Арана.
Лир черкнул на клочке бумаге в свете свечи пару строк, а потом я сосредоточилась, и мы переместились.
Тихая безлунная весенняя ночь вступила в свои права. Озеро, слегка поддернутое ледком, находилось за дворцом, было укрыто ельником и сугробами.
Мы оказались на берегу.
— Будем раздеваться? — спросил Лир, подрагивая в пижаме, и пытаясь согреть меня руками.
— Нет, — ответила я, и шагнула в озеро, ощущая с небывалой радостью свой хвост, казавшийся в темноте черным.
Нырнула на дно, ощущая, что вода приносит мне силу, Лир оказался рядом через несколько секунд, притянул меня к себе, поцеловал в губы.
— Хочешь в полет? — спросил он меня осторожно. — Со мной, — добавил зачем-то.
Я знала, что для Лира в качестве русала, этот полет будет первым.
— Хочу, — засмеялась я, наблюдая, как он почему-то волнуется.
Я нырнула вместе с ним, переплетая наши руки, лицом к лицу, хвосты ударились о дно, мы вместе взлетели над водой. Он — сверху, я — снизу, потом ушли вдвоем в воду, снова — вверх, теперь я — сверху, он — снизу. И стало так хорошо и славно, ощущая рядом в водных брызгах вторую часть себя, что даже, когда мы, отфыркиваясь и смеясь, остановились, целуясь под синим бархатом неба, выходить из воды совсем не захотелось.
— Может, останемся тут? — спросила я Лира. — Или уплывем в Серебряный город?
— А может, вы Арана все-таки вернете к жизни, — ехидно заметил Тир, оказываясь рядом с нами.
Ой, и вправду, как я могла забыть об Аране. Как?
Я смущенно посмотрела на Тира и Лира.
— Я-то ничего, понимаю, что увлеклись, — ответил брат мужа, отряхивая лед с волос. — Просто Даринель еле держится.
— Ну, силы мы вернули, можем хоть сейчас отправляться, — сказал Лир.