Русалка
Шрифт:
Поздно. Слишком близко, времени больше нет. Водные щупальца вцепляются в мой хвост, не позволяя ветру снести меня с гребня цунами, и я лечу вперед с огромной скоростью, лечу навстречу верной смерти.
Ближе, еще ближе, еще...
Взмах рукой, посылающий струи воды практически со скоростью звука поперек тайфуна, и в последний момент щупальца воды утаскивают меня вглубь волны в попытке защитить от разрывающей силы тайфуна.
Стихии сталкиваются, мое тело сминают и рвут в разные стороны, будто клочок ненужной бумаги. Я оглушена, я уже не контролирую происходящее,
Меня тянет все глубже, туда, где безопасность, и я с запозданием осознаю, что это Кракен управляет течением внутри цунами. Мы уже ниже уровня моря, но сила самой волны толкает нас дальше, глубже, а затем на поверхность.
Я выныриваю позади цунами и удивленно оглядываюсь – тайфуна нет, он больше не возродился. Я сумела-таки попасть в его эпицентр, в источник той силы, что его контролировал, вычислила и нацелилась по эмоциям и врезала, оказавшись поближе к цели. Я дотянулась, смогла!
Тучи, собравшиеся над нами, словно обиженные произошедшим, разрождаются ливнем, а я удивленно замечаю что-то белое, дрейфующее на воде.
«Я принесу,» - словно верный охотничий пес, мгновенно улавливающий смену ситуации, Кракен отлепляется от моей спины и спешит за странным предметом, пока тот не утонул.
Только вот еще ничего не кончено. Огромная волна, что я подняла, чтобы разбить оставшееся без энергетической подпитки тайфун, все еще стремится вперед, к моим островам. Она там камня на камне не оставит, даже убежище людей не спасет.
Я совсем обессилена, но на последней воле взнуздываю свою магию и рвусь вперед, следом за цунами. Ближе, еще ближе, я слишком слаба, чтобы дотянуться до волны издалека.
Цунами уже нависает над островом, готовое его захлестнуть, уничтожив все на своем пути, но я ловлю его в последний миг, словно повисаю на возжах взбесившейся лошади, не позволяя сделать последний шаг.
Волна недовольна, стихия набрала мощь и должна ее выпустить, должна ударить, бежать вперед насколько хватит сил, уничтожить все на своем пути и утихнуть или разбиться о берег, неся за собой разрушения и смерти. Такова природа, таковы законы физики.
И у меня совсем нет сил, но я медленно тяну ее назад, словно жилы из себя выкручиваю, словно руки себе выламываю, делая все вопреки природному ходу вещей. Просто я решила, что так не будет, просто я решила иначе.
Но сила, сила бурлит в воде, ей нужно выплеснуться, нужно найти выход, нужно...
И я соглашаюсь принять ее в себя.
Боже...
Боль пронзает тело, накатывает волнами, но не уходит, а накапливается и накапливается, заполняя до краев каждую клеточку, а потом еще и снова, и еще немного, еще чуть-чуть, и каждая из этих клеточек, кажется, разорвется от этой силы, от этой боли.
Мамочка, я не знала, на что согласилась.
Умирать в первый раз было совсем не так больно, чем же я заслужила в этот раз такое мучение? Я же старалась сделать как правильно, старалась сделать как надо.
Люди умрут в убежище без воздуха, умрут вместе со мной. Как глупо, я же так старалась.
Неимоверным
Хоть здесь я не оплошала.
Все, теперь мой последний долг оплачен, и я могу умереть спокойно.
И зачем я все это сделала? Как глупо. На черта спасала этих людей? Они же пытались меня поймать. Какое идиотство жертвовать своей жизнью ради них.
Но разве можно иначе? Как в задачке про ваганетку – если на одной дорожке десяток людей, а на второй всего один, то в какую сторону нужно повернуть стрелку? Туда, где один, это же разумно, меньшее зло. Даже если ты сам на этой дорожке.
Никогда не думала, что я такая жертвенная. Впрочем, я ведь не понимала толком, чем рискую. Магический мир, и я главная героиня в этой истории, разве я могу умереть? Оказывается, да. Надо было давно понять, что у меня все не как в книгах. Зато, когда следующая девушка попадет в этот мир в тело русалки, у нее уже все будет на мази: храм почти восставлен, люди благодарны и слагают песни о моей храбрости и самопожертвовании...
Ах, да, точно, без меня они же с острова не выберутся и, скорее всего, умрут. Глупо.
Я валялась на волнах под потоками проливного дождя и, не отрываясь, смотрела в серое небо, на то как вспыхивают среди кучевых облаков вспышки молний. А хотелось в последний раз увидеть небо перед смертью.
Я подняла руку, с удивлением обнаружив, что тело мое меня все еще способно слушаться, и тучи разошлись, легко подчиняясь моей воле и той силе, что бурлила в моих жилах, сжигая меня изнутри.
Чистый кусочек неба открыл страшную тайну – солнце еще только начало опускаться за горизонт, окрашивая тучи в тревожный багрянец. Так странно, казалось прошла целая жизнь в этой борьбе, а на деле – всего несколько часов. Я смотрела-смотрела-смотрела, и чувствовала будто бы внутреннюю тошноту – не физическую, а энергетическую. Выплеснуть бы всю эту силу, освободиться от нее – а не выходит, она заперта в моем теле без выхода, причиняя лишь боль и медленно убивая.
Я медленно очищала небо от туч, мне очень уж хотелось умереть красиво на закате без дурацкого дождя. Это позволяло хотя бы немного, хотя бы на каплю тратить силы, запертые в моем теле, и, хоть пустое пространство немедленно заполнялось новой энергией, которую продолжало впихивать в меня море, я все равно старалась, пыталась хоть немного освободиться, хоть на миг продлить свою агонию.
На север-западе из-за уходящих туч выглянула зеленая луна – круглобокая, яркая, от ее свечения даже небо вокруг едва заметно позеленело. А следом – голубая луна, точнее, тонкий серпик месяца. Цвет ее я даже не увидела толком, скорее угадала, почувствовала. Впилась в нее глазами, словно в поисках помощи. Ну, должна же она работать хоть как-то, ведь именно ей был посвящен подводный храм, именно из нее проистекает вся сила моря. Ну же! Хоть что-нибудь! Хоть подсказку!