Русь
Шрифт:
Так брагу кинулись варить,
Княгиня маленькая – прелесть,
Не хочет пальцы расцепить
И выпустить милого друга,
Влажны ресницы над зрачками,
И отпечаталась кольчуга
На щечке розовой кружками.
И счастлив князь, как никогда.
Вот стражи нищего ведут,
Он весь распухший, как от оспы,
На теле язвы и коросты.
Спешит ко князю Перегуд,
Большой, с походкою медвежьей:
«Князь,
Сего мы бродника нашли
Едва живого, он в пыли
Сидел с сумой у южных врат
И говорил, что он твой брат…»
А нищий в ноги повалился,
На купола перекрестился:
– «Брат Ярополк, прости меня!
Покоя не было ни дня!
С тех пор, как мы с тобой расстались,
Проклятый Блуд совсем исчез,
Хазары ночью подобрались,
Я, хоронясь, в дупло залез,
Да в мед по шею провалился!
Все разорили! Все пожгли!
А надо мною рой кружился,
Кусали пчелы да шмели!
Дней десять я в дупле сидел,
Покуда весь тот мед не съел!
У стен твоих седмицу маюсь,
Казну и кров – все потерял;
Прости меня, смиренно каюсь,
Я смерти для тебя желал,
Желал я, брат, твоей жены, -
Позор на мне и гнет вины,
Но я клянусь тебе при всех,
В бою с врагом я смою грех!»
Люд просит Позвизда простить, -
Раскаянье – дороже злата.
Велит князь баню истопить
Пожарче – для себя и брата.
Но с башни слышатся рога,
Протяжно воют, безутешно,
Сулят несметного врага;
На стену князь идет поспешно,
А там уж лучники бегут.
Полки готовят воеводы,
Смолой груженые подводы
Скрипят, тревожно кони ржут,
Мелькают красные щиты.
Князь смотрит зорко с высоты, -
Полнеба пылью затянуло,
Войска идут за рядом ряд,
Четыре знамени пестрят,
Еще не слышно шума, гула,
Еще знамен не разглядеть,
Но видно, как пылает медь
На головах и на плечах.
У князя уж рябит в очах,
Внизу все ждут, застыли лица,
Глядят на княжью багряницу,
А князь глядит из-под руки
Уже с улыбкой на дорогу!
Идут древлянские полки.
Сам Лютобей ведет подмогу!
Древляне хмурые – орлы;
Хвосты свисают с шишаков,
Кольчуги длинные светлы,
И шкуры вместо чепраков.
Гремят булатные копыта,
Въезжает первым Лютобей,
С ним трое рослых сыновей
И, в панцирях тяжелых, свита.
Князь Ярополк гостей встречает,
По-братски
Желая ратного успеха,
Друг другу жмут запястья, локти
И Лютобей седой в доспехах,
И Позвизд – мученик в лохмотьях.
Шумит восторженно народ!
Гонец, однако, уж несет
Плохую весть; спугнув покой,
Надрывно бьют колокола.
За Калиною, за рекой
Стоят хазары без числа.
И подает княгиня князю
Шелом стальной с златою вязью,
Кровинки нет в ее лице.
А Ярополк на жеребце,
На вороном, уже гарцует,
Дружина гикает, ликует,
И страха нет, как нет печали,
И князь кричит: «Держись, Кайдал!
Давно сего мы часа ждали,
И вот он, этот час, настал!»
Песнь пятая
Под хоругвию летучей
Ярополк стоит могучий,
Словно небо широки,
Ярополковы полки.
«Лечь в бою – то честь, не горе!» –
Несется слово над дружиной,
И островерхие с личиной
Шеломы движутся, как море.
Колышется за рядом ряд,
Щиты червленые горят
И вороненые кольчуги!
«За Русь Святую вдарим, други!
Подымем копья и мечи! « –
Князь Ярополк войскам кричит!
В ответ несется дружный рев;
Из копий лес – поверх голов
Растет и солнце закрывает!
Рога торжественно играют,
И с неба льется трубный глас!
Стоят хазары, в десять раз
Пускай их больше, что за сила?!
Пылает огненным светилом
У князя меч, горит, как жар!
И ропот слышен меж хазар.
Вот море хлынуло на море.
Гремят рога, дуделки вторят,
Уж пали первые бойцы,
Но рубят нечесть молодцы,
А нечесть тоже крепко бьется!
Шатер на холме, там смеется
Кайдал, ладони потирает;
Князь гуще место выбирает,
Махнет налево – переулок,
Направо – ровная дорога;
Пылает лик, где пыль на скулах,
Пылает гнев на лике строгом!
Мелькают пестрые халаты;
Не слышны в скрежете булата
Ни конский топ, ни крик людей.
Играет старый Лютобей
Своею палицею длинной, -
Взор страшен, влажные седины
Ко лбу прилипли и вискам,
И пот струится по щекам!
Несчастный Позвизд, чуть живой,
Хазар молотит булавой;
Кобыла бешеная ржёт,
Со страху Позвизд так ревёт,
Как вепрь, подстреленный в чащобе;
Визжат хазары в лютой злобе,