Рунный камень

Лапиков Михаил Александрович

– Мне именно ты, между прочим, советовал, что делать!

– А кто тебя заставлял меня слушаться? Сказано же – своему верь наполовину, чужому не верь вообще! Вашим же руководством, кстати, и сказано, ты что, книжку вообще не читал?

– Какую ещё книжку?

– Ладно, проехали. Вот они мы. Два мага, один льда и один пламени, и их верная дружина… то есть дружины, посреди нигде. Стандартная заявка для столь любимых тобой фэнтезёвок. Через пять минут они проснутся, и наше приключение начнётся. Сюжетную вводную

от зачарованного булыжника мы уже послушали. Ничего расклад?

– Ну… – Денис расплылся в улыбке. – Слушай! А ведь ты прав…

– Так, что дальше? – Женька вскочил на ноги и сделал несколько быстрых пассов руками. На кончиках его пальцев вспыхнули маленькие язычки пламени. – Я, великий маг Дарк Шнайдер, воплощение Адской Красно-Чёрной Сатаны, захвачу это измерение, убью всех мужчин, и все женщины будут мои!!! Ха-ха-ха! Я…

– Стой, у тебя что, колдовалка заработала? – Денис проследил за язычками пламени в его руках.

– Вроде… – Женька сам было удивился. – Да.

Он еще раз попробовал сориентироваться, но в магическом диапазоне всё по-прежнему оставалось глухо. Видимо, энергетическая контузия отпустила только частично. Судя по напряженному лицу Дениса, он делал то же, и явно с тем же результатом. Вокруг камня медленно и тяжеловесно ворочался остаточный вихрь магической энергии. Жалкую самодеятельность двух неопытных магов он глушил намертво.

– Короче, не паясничай, уголёк, – Денис ехидно прищурился. – Тебе что, суккубихи твоей мало?

– Да я так, – Женька смутился, и тоскливо добавил, – и потом, всё равно она там осталась…

– Извини, – Денис поднялся. – Давай лучше займёмся делом. – Людям плохо, а мы с тобой тут балакаем, как…

– Проехали, – Женька улыбнулся, – Ничего с твоими друзьями не случилось, дрыхнут как сурки. А вот еды у них ни у кого нет, я уже проверил. Так что если мы не выйдем куда-нибудь, где можно пожрать, у нас начнутся проблемы. Мне что-то не кажется, что в июле в лесу можно сыскать еды на все эти хари…

– Мне тоже, – донеслось сзади. – А что, Дениска, ты у нас теперь в крутые маги заделался?

– Кирилл? – Денис повернулся к товарищу. – Ты что, не спал? Женька, бездельник, ты его почему не отключил, вас чему вообще учили?

– Ну, извини, – ответил Женька. – Я, знаешь ли, занят был, пока шаманил. Ещё и на это размениваться? Здоровье дороже. К тому же, тебе не кажется, что сейчас уже несколько поздно играть в конспирацию?

– Так что творится? – Кирилл сел. – Что вы там намагичили, колдовское отродье?

– Не мы, – Женька помог собеседнику подняться. – Всё уже намагичено до нас. И вообще, будем знакомы – Евгений Андреев. Можно Дарк Шнайдер.

– Кирилл Судаков. Можно просто Кир. Так вы, стало быть, маги, да? – Кирилл обошёл вокруг Дениса. – Ну, Денис, не ожидал я такой подлянки… Думал ещё, почему ты всё время так

угорал, когда народ на "мастерской" системы магии для ролевых игр обсуждал. Я, говорит, принципиально не вступаю в беседы с людьми с альтернативным мышлением. Великий конспиратор! Почём душу Аццкой Сотоне продал?

– Извини, я…

– Да ладно, не комплексуй. Одни книжки читали. Иллюминаты там, маскарад вампирский, эра дуралея, шамбала всякая… – это я понимаю. Ты лучше вот что скажи: будь всё как надо, мы так ничего и не узнали бы, верно?

– Именно, – меланхолично сказал Женька, – любят маги сознанием манипулировать, причём, что характерно, исключительно для твоего, и таких, как ты, Кирилл, блага…

– Жень, не передёргивай! Ограничение разумно! Что, под третью волну захотел?

– А ты неплохой будильник, снежок. Хорошо вопишь. Громко, – Женька помахал рукой приходящему в сознание товарищу. – Доброе утро, Даня. Это Денис, светлый маг из Харькова. Это Кирилл. Ролевик оттуда же.

– Рядовой Бодров по вашему приказанию… – Данила валялся пластом на спине и выталкивал непослушные слова одно за другим с чёткими паузами.

– Даня? Очнись! Ты уже второй месяц как на дембеле и месяц как просох! Денис, сделай что-нибудь!

– Маги, – процедил Кирилл с какой-то странной усмешкой, выудил из кармана разгрузки маленький пузырек и сунул Даниле под нос. Тот закашлялся и вскочил.

– Что это за дрянь?

– Нашатырь это, нашатырь, – Кир убрал пузырёк обратно. – Верный друг грибного эльфа. С пробуждением, спящий, добро пожаловать на новый уровень…

– Куда? – Даня оглядывал лежащие вповалку тела у костра. – Мужики, я что-то вообще ничего не помню, мы что, пили? Игрушка уже кончилась, или как? А камень наш куда делся?

– Заметил… – фыркнул Женька. – Глаз-алмаз!

– Однако, камень и правда другой, – Кирилл внимательно осмотрел булыжник. – Но весьма похожий.

– Прикинь, мастер русской азбуки Кирилл Мефодиевич, надпись та же или другая? – предложил ему Денис.

– Если тебе угодно цепляться к моему имени, я – мастер по русской азбуке. Буквы знаю. А тут мы имеем дело с футарком. – Кирилл еще раз осмотрел камень. – Если не ошибаюсь. Могу и ошибаться.

– А что там написано этим самым футарком ты разбираешь?

– "Направо пойдешь – коня потеряешь!" – Кирилл усмехнулся. – Такие камни обычно были чем-то вроде надгробных памятников, только без могилы.

– Кенотаф, – неожиданно сказал Данила. – Я читал.

– Отнюдь. – Кирилл мотнул бородой. – Кенотаф – это пустая могила, когда хоронить нечего. Например, когда человек утонул или умер в Америке. А поминальный камень – нечто вроде памятника, там написано, какой хороший человек был Вася Пупкин… или как их там звали?

– Как их тут звали, – пробурчал Денис.