Рулетка судьбы
Шрифт:
Похоже, киллер уверен в своей безнаказанности… Ну, что ж, поглядим…
Пока эксперты и оперативники фотографировали, измеряли расстояния, искали следы «пальчиков», Дымов и Столков опрашивали свидетелей. Правда, после убийства в зале их осталось немного — большинство посчитали за лучшее исчезнуть, не рисоваться в милицейских протоколах.
В углу на престижном итальянском унитазе истерически рыдала продавщица. Женщина в белом халате, видимо, врач из «скорой помощи», готовилась сделать ей укол, подсовывала под вздернутый носик флакончик с нашатырем.
На самом деле, рыдания — фальшивые. Стеллочка, конечно, травмирована убийством Ахмета, не без этого, но истерика — средство выгадать время, подумать, наметить свое поведение во время допроса. А то, что ее будут допрашивать — никаких сомнений. Охранник Виталька слинял, босс убит, основные свидетели разбежались. А продавщице бежать некуда — все равно милиция найдет.
Ни в коем случае не упоминать о важном господине в очках-колесах, который о чем-то беседовал с Ахметом. Неужели он — убийца, нанятый конкурентом? Тогда менты заподозрят продавщицу, решат — наводчица.
Сыщики закончили бессмысленный разговор с богатым стариком и его молодой женой.
— Мы только-только решили приобрести джакузи, — ворковала женщина, поддерживая под локоток качающегося муженька. — Вдруг — этот ужас… Нет, нет, покупать что-нибудь в этом страшном магазине мы не будем…
— Вы не заметили ничего странного? — терпеливо спросил Столков, заранее зная: потянет пустышку. — К владельцу фирмы никто не подходил? Скажем, знакомый — поздороваться? Или покупатель, завороженный итальянской ванной?
Старик раскрыл было безвольный рот, но дамочка незаметно дернула его за руку, торопливо заговорила.
— А мы не знали, что кавказец — хозяин… Да и какая разница, кем он был? Нас интересовал массажер с подсветкой и музыкой.
Пятнадцатиминутная беседа оказалась безрезультатной. Точно так же, как допрос другого очевидца, который тоже ничего не видел и не слышал, кроме шикарного унитаза и хвалебных песнопений разворотливой продавщицы.
Увидев, что девушка пришла в себя, сыщики переключились на нее. С тем же результатом.
— Это был терминатор, точно — терминатор! — не успокаивался Дымов после того, как подсобку освободили от трупа Ахмета. — Выстрел в горло, перевоплощение в солидного покупателя, незаметное исчезновение…
— Возможно. Вот только все опрошенные свидетели, которым я пред"явил фотографию терминатора, в один голос заявили: такого человека в торговом зале не было… Чем ты это об"яснишь?
Славка вскочил со стула, ушибся плечом о массивный сейф. Выругался с такой злостью, будто сейф подсунул ему капитан.
— Не знаю! Одно только ясно: работал именно он. Что касается
внешности — лучшего конспиратора трудно отыскать! Талант!
— Пока не разгадаем «грим», будем тыкаться слепыми котятами. И набивать шишки.
Откройся продавщица, упомяни о подтянутой фигуре ахметовского собеседника, его манере держаться, сыщики непременно вспомнили бы о странном нападении бандитов на горбоносого сибиряка. Уцепились бы за эту ниточку.
Глава 13
Дружба между Славкой и Ксаной крепла с каждым днем. Одинаковые по характеру, по восприятию действительности, даже по смешливости, они понимали друг друга с полуслова, с полужеста. Добродушные шуточки и подначивания не омрачали сложившихся добрых отношений, наоборот, укрепляли их.
Однажды, сыщик и стажер допоздна засиделись на работе. Дело порученное им, на первый взгляд — проще простого. Немолодые супруги вечером опростали бутылку водки, как водится, поспорили. Муженек, обидевшись на умаление его достоиства главы семьи, врезал супружнице по «фотографии», та расцарапала его щеки «маникюром». Дальше — больше. В ход пошли тяжелые предметы домашнего обихода, под руку пьяной женщине попался кухонный нож… Короче, приехав по вызову соседей, оперативники обнаружили труп и полутруп.
Началось нудное расследование: осмотр места происшествия, допросы соседей, изучение найденных на книжной полке блокнотов и тетрадей. Появилось неясное подозрение: убитый, работая водителем грузовика в некой коммерческой структуре, пополнял получаемую зарплату торговлей наркотиками.
Осторожно прощупали связи покойного и вышли на пожилого наркодельца. Арестовать не получилось — дедка застрелили. Скорей всего, коллеги по нелегальному бизнесу. Или — наркобоссы.
Часов в десять вечера Славка помотал одуревшей башкой, потер слезящиеся глаза. Ксана передразнила наставника: точно так же подвигала головкой, от чего пышные черные волосы превратились в неухоженную копну, осторожно провела по накрашенным векам тонкими пальчиками.
— Все, стажер, пошабашили, двигаем по домам, — предложил сыщик, завязывая папку и пряча ее в сейф. — Завтра продолжим. Придется еще разок расспросить бабулю с третьего под"езда. А сегодня — бай-бай. И без того в глазах кровавые мальчики…
— У мене — тоже, — призналась Банина.
— Не рассчитывай на одиночную прогулку по ночной Москве, — проверяя пистолет, весело проговорил сыщик. — Провожу домой, сдам с рук на руки мамаше…
Ксана запротестовала. Она — не ребенок и не наивная девчонка, ей ли, будущему сыщику, бояться ходить по ночным улицам? Да и что с нее взять грабителям: несчастные бусы копеечной стоимости или такие же копеечные джинсы.
Хотел Славка упомянуть про место под джинсами, от которого ни бандит, ни сверхчестный мужик не откажутся, но во время прикусил язык. Кто знает, как отреагирует на хамство девчонка? Ссориться не хотелось.
Обычно наставник и стажер без устали подшучивают друг над другом. На этот раз всю дорогу они были на удивление серьезны. Будто над обоими висело расследуемое происшествие. Обычная бытовуха или серьезное преступление? Дымов мысленно разбирал версию за версией. Перед девушкой маячил труп мужчины с перерезанным горлом. Она еще не успела привыкнуть к подобным «картинкам».