Рука судьбы

Д'Лиссен Аморе

Соколова рассказала историю последних двух недель, предусмотрительно, опустив некоторые моменты её первого и последнего разговора с Габриэль, о которых она предпочитала никому не распространяться.

«Мария Алексеевна, Вы уже в курсе последних утренних новостей?» – поинтересовался консультант.

«Нет ещё, а что случилось?» – с удивлением переспросила Соколова.

«Предлагаю Вам посмотреть новости прямо сейчас» – ответил Алик и включил телевизор, стоявший в углу современной и уютной больничной палаты.

Через несколько минут Соколова прикрыла рот рукой и с удивлением произнесла – «Иваненко сняли

из-за аудиозаписи нашего разговора?!».

«Да» – спокойно ответил Алик – «Вы случайно не знаете, кто мог бы сделать эту аудиозапись?»

Соколова растерянно покачала головой и ответила – «Не знаю, мы ведь были у Иваненко только один раз и при нас он точно никому не звонил…».

Произнеся фразу, Мария Алексеевна вдруг вспомнила сколь странно и необычно вела себя Габриэль на той встрече с исполняющим обязанности губернатора. Тогда она списала всё это на то, что Габриэль была вовсе незнакома с российской спецификой ведения бизнеса, в связи с чем её поведение было весьма нестандартным, порой граничащим с откровенной глупостью. Впрочем, все последние события полностью противоречили этой гипотезе. В конце концов, ведь это именно она, Габриэль, смогла обвести Иваненко вокруг пальца.

«Если Габриэль тогда знала про запись, то это полностью меняет дело! В этом случае это была игра под плёнку, тонкая игра для исполняющего обязанности губернатора и не более. Всё сходится. Впрочем, Иваненко получил по заслугам, поэтому пусть это останется нашей маленькой женской тайной» – подумала про себя Соколова.

«А рисковая девица, эта Ваша Габриэль… И при этом весьма умная» – резонно заметил консультант, многозначно взглянув на пациентку.

«Уж что есть, то есть» – с улыбкой ответила Соколова и добавила – «Вы бы ещё видели, как она машину водит – аж волосы дыбом встают…».

«Мария Алексеевна, поймите меня правильно, но с какой стати иностранному фонду столько вкладывать в благотворительные проекты?» – поинтересовалась Людмила уже на отвлеченную тему.

«Они лишь распределяют собранные пожертвования меценатов и реализуют проекты через региональных партнёров, в том числе через наш фонд» – спокойно ответила Соколова – «Ну а уж, кто и зачем жертвует им деньги на благотворительность – я не знаю. Да и нас особо данный вопрос не интересовал, полагаю, что вы можете уточнить его в самом ИнтернейшнлЧаритиФанд».

«Мария Алексеевна, Вы давно работаете с различными спонсорами и фондами, Вы случайно ранее не имели дело с американским фондом ОпэнПаблишерФанд?» – заинтригованным голосом продолжила Людмила.

«Нет, никогда такого не слышала, да и с американцами ещё ни разу не было совместных проектов» – ответила Соколова и, не в силах удержаться, добавила – «А кто они? Чем занимаются? Их интересуют проекты в России?».

«Нет» – с улыбкой ответил Алик – «Просто они очень интересуют нас в нашем деле, несвязанном с Вашим вчерашним инцидентом».

«Мария Алексеевна, у нас вроде нет больше вопросов к Вам» – нерешительно сказала Людмила, заполнив образовавшуюся паузу, и посмотрела на Алика.

Все сложили записи и уже собрались уходить, как вдруг в последний момент консультант, обернувшись в дверях, поинтересовался – «Мария Алексеевна, кстати, забыл спросить, а почему Вы вообще взялись за это неблагодарное дело? В смысле благотворительность? Был какой-то

случай или это Ваши личные убеждения?».

«Да ничего такого особенного не было. Просто в один из периодов моей жизни было время и хотелось помочь людям. Когда же начала этим заниматься, то поняла, что полагаться на других в данном вопросе нельзя и если уж делать благое дело, то непременно так, чтобы это было под чётким контролем. Создала фонд, начала работать, ну а потом уж затянуло по полной программе. Так что сейчас для меня это и дом и работа и хобби» – с улыбкой ответила Соколова и добавила, а мои профессиональные убеждения можно озвучить одной ёмкой фразой – «Не важно, сколько денег пошло на благотворительность – важно как они были потрачены и сколько пользы принесли людям».

На последней фразе присутствующие переглянулись и вновь вернулись в палату в полном составе, закрыв за собой дверь.

«Мария Алексеевна, а откуда у Вас эта фраза?» – осторожно поинтересовалась Людмила, стараясь не спугнуть удачу.

«Это цитата из книги» – с удивлением пожала плечами Соколова – «Весьма популярная в своё время книжка была по этике».

«Этика нового времени?» – переспросил Лаптев.

«Да, кажется, эта книга называлась именно так» – ответила Мария Алексеевна и добавила – «Вообще, она у меня на работе лежит – мне друзья в своё время подарили».

«А почему популярная?» – поинтересовался консультант.

«Ну, что Вы!» – произнесла Соколова – «Помню, какой ажиотаж был, что и понятно – интересные свежие почти революционные идеи, а экземпляров книги отпечатали совсем мало. Я в то время лекции в университете читала по основам права – так студенты её даже брали ксерокопировать. Да и на работе в фонде её, почитай, все перечитали – вот какой интерес был».

«А кто был автор книги?» – спросила Людмила – «Вы случайно не видели его других книг или изданий?».

«Самой было очень интересно» – улыбнулась Людмила и добавила – «Но иных произведений Макса Латова, увы, не встречала – по крайней мере, в наших библиотеках и книжных магазинах».

«Мария Алексеевна, спасибо Вам за уделённое нам внимание» – произнёс консультант и добавил – «Меня действительно поразили Ваши убеждения. Когда надумаю заняться меценатством – буду иметь Ваш фонд и Вас лично в виду».

«Конечно, приходите» – с улыбкой ответила Соколова, пояснив – «Мы и малому рады».

«Ну, у Вас и замашки в фонде!» – с удивлением произнёс консультант и вышел из палаты.

За ним, давясь со смеха, из палаты вышли Сергей, Александр и Людмила, которые имели некоторое представление о масштабах финансового состояния консультанта.

«Я что-то не то сказала?» – спросила Соколова Лаптева и Пирогова, оставшихся в палате.

Пирогов удивлённо пожал плечами.

«Да кто же их, московских, разберёт!» – с негодованием отметил Лаптев…

«Кстати, а Соколова не могла быть автором книги?» – поинтересовалась Людмила, садясь в служебную машину.

«Никоим образом» – ответил консультант – «Она же директор благотворительного фонда – её статьи и выступления постоянно мелькают в Сети и печатных изданиях. Соответственно, её авторство было бы установлено техническими средствами анализа текста, который проводили наши коллеги… Впрочем, это можно проверить ещё раз. А, кстати, где же наш Виталий?».