Руины предателя
Шрифт:
— Это будет довольно сложно, — сказал Беннет.
ГЛАВА 100
Единственное, что было лучше, чем лицо министра Синды, когда он увидел Беннета, это когда он узнал Алекса, стоящего рядом с ним. Они вместе вошли в комнату, Алекс на три шага отставал от короля, и совет разразился криками. Несколько министров упали со своих стульев на колени, вознося благодарность Духу. Цвет лица Синды приобрел зеленоватый оттенок, который только усилился, когда Лани подошла и встала рядом с
Беннет привел себя в порядок и переоделся, выглядя внушительно и полностью контролируя ситуацию, в отличие от всех остальных в комнате. Когда хаос утих и все вернулись на свои места — кроме Синды, который был прикован к месту, — король призвал совет к порядку.
— Господа, — сказал он, затем сделал паузу, чтобы кивнуть Лани и Сальвии. — Поскольку на совете присутствует полный состав, я объявляю чрезвычайное судебное разбирательство ради блага нации, чтобы мы могли решить этот вопрос быстро и решительно.
Никто не возразил. По мнению Сальвии, они все еще были слишком потрясены, чтобы понять, что происходит.
— В любой момент любой член может потребовать вынесения решения, которое положит конец разбирательству, если голосование будет единогласным в пользу виновности или невиновности. Обвиняемому разрешается вызвать любого свидетеля в свою защиту до вынесения такого решения.
— Паландрет, — слабо произнес министр дорог. — Кто предстал перед судом и каковы обвинения?
— Дэв Синда обвиняется в государственной измене, заговоре и покушении на жизнь государя. Я уверен, что мы могли бы добавить подкуп, но и этого достаточно.
— Я протестую, — сказал Синда, обретя голос. — Я никогда не буду голосовать в пользу своей вины — этот суд недействителен.
Беннет предвидел это.
— Министр финансов помолвлен и женится на принцессе Алании. По закону, такие близкие отношения с королевской семьей лишают его должности. Дэв Синда больше не является членом совета с правом голоса.
Прежде чем Синда успел возразить, что полного состава совета больше не существует, Лани заговорила.
— Я выдвигаю кандидатуру Дэрита Ямона на вакантную должность министра финансов.
— Как король, я имею право сделать временное назначение, — сказал Баннет. — Дэрит Ямон, ты согласен?
Дэрит поклонился.
— Да, Паландрет.
— Да будет так.
По обе стороны от Синда появились стражники, отобрали у него нож, который он носил с собой, и обыскали его на предмет оружия. Сальвия потеряла дар речи от того, как хорошо все было скоординировано.
— Итак, — сказал Беннет, занимая свое место во главе стола. — Я предлагаю начать с двух первых свидетелей, поскольку один из них вряд ли проживет долго. — Двери открылись, и четверо стражников вошли вместе с долофаном. При виде ненавистного взгляда Кимисарца, сжимающего окровавленный живот, Синда запаниковал и бросился к двери, но стражники оказались быстрее. В качестве последнего удара правосудия Алекс принес кандалы, чтобы держать обвиняемого.
Через час состоялось первое и единственное голосование.
По закону Казмуни между вынесением приговора и казнью должен был пройти целый день. Два утра спустя Дэва Синду привели в блок на рыночной площади перед тюрьмой. Хотя Лани выглядела спокойной и царственной, как всегда, она была на грани обморока, и Сальвия обняла подругу за талию, чтобы поддержать
Обвинения в заговоре, измене и покушении на жизнь государя были зачитаны вслух, а вердикт и приговор объявлены. Синда стоял молча, его закованные в кандалы запястья висели перед ним. Его неухоженные волосы и изрезанное лицо выглядели уже не красивыми и выдающимися, а скорее холодными и расчетливыми.
Беннет шагнул вперед, и толпа вздохнула со слышимым облегчением. Несмотря на немедленное закрытие дворца, слухи о его убийстве быстро распространились, и люди были рады убедиться, что это неправда.
— Есть ли у тебя что сказать в свое оправдание? — Спросил король.
Затем Синда перевел взгляд на Сальвию и Николаса.
— Передайте Кимисару привет, когда вернетесь домой.
Долофан потерпел неудачу, но от самодовольного выражения лица Синды у Сальвии заболел живот.
— Стой! — Крикнула она на казмуни.
Палач замер с харишем на полувзлете и посмотрел на Беннета, который поднял руку в знак того, что ему следует остановиться. Синда повернул голову от блока и посмотрел на нее.
— Да, моя дорогая? — Сказал он насмешливо.
— Ты послал приказ гарнизону отступить, как только решил, что король мертв, не так ли? — Сказала она. — Перевал открыт.
Или будет открыт в течение нескольких дней.
Синда только улыбнулся.
— Bas Midari, (Басс Мидари) Сальвия Птицеловка.
Он повернулся, чтобы пристроить свою шею на блоке.
— Давайте покончим с этим.
ГЛАВА 101
Деморанцы прибыли в Остизу вечером, чтобы застать город в беспорядке. Беннет собирал как можно больше войск, чтобы на следующее утро отправиться к перевалу на запад. Расстояние было большим, но пустынная земля была достаточно твердой, чтобы дорога соединила столицу с крепостью. Минимально необходимым временем считалось семь дней. Беннет планировал сделать это менее чем за пять.
Король был занят, поэтому Сальвия, Николас и Алекс поскакали встречать деморанцев, разбивших лагерь на равнине за городскими воротами. Посол Грэмвелл, как и ожидала Сальвия, был там, но она удивилась, увидев рядом с ним Клэр. Алекс подошел к полковнику Трейсдену и отдал формальную честь, после чего попросил разрешения доложить о ситуации. Пока он объяснял все послу и офицерам, Клэр рассказала Сальвии о том, что произошло в Деморе.
О том, что Сальвия и Николас отправились в Казмун, стало известно уже через день. Когда Алекс и двое добровольцев ушли за ними в пустыню, Кассек вернулся в лагерь, занятый полковником Трейсденом, который принял командование норсари. Пока в столицу шли депеши, деморанцы преследовали кимисарцев до предгорий Кэтрикса, где те переправились в Казмун, а норсари не последовали за ними. В Джован прибыли дополнительные войска на случай возвращения кимисарцев, но норсари с отрядом, который привел полковник Трейсден, направились в Винову, ожидая разрешения Теннегола отправиться за Николасом длинным обходным путем. Как только у них появились полномочия, посол и почти все солдаты в Винове отправились на юг. Благодаря тому, что узнали Сальвия и Клэр, деморанцы и не думали пытаться пересечь пустыню.