Руимо. Пришедшая

Кертс Рита

– Не подходи!- она крепко сжала камень.

– А иначе - что? Убьёшь того, к кому питаешь нежные чувства? Нет, на такое ты не способна,- голос всё больше походил на тот, который принадлежал мерзкому древу.

– Не приближайся,- сказала Деми, понизив голос. От страха не осталось и следа; теперь она ощущала злобу, которая вот-вот вырвется наружу.- Ещё один шаг, и я убью тебя.

– Ой ли,- лицо растянулось в кривой ухмылке. Однако, он остановился.- Пустые слова. Да и сама ты - никчёмная и слабая. Ну же, докажешь мне обратное?

Деми молчала.

– Вот видишь?-

мокрые пальцы коснулись её щеки, оставив после себя четыре смазанные кровавые полосы. Он сказал шёпотом на ухо, очень медленно и разборчиво:- Ничего ты не можешь.

Без слов, она ухватила его за плечи и, направив энергию к рукам, рванула вниз. Почувствовала, как прогнулись и захрустели рёбра, встретившись с её коленом; затем оттолкнула от себя, и он упал. Вновь схватив своё оружие, норовившее выскользнуть, она замахнулась, и в последний момент, перед тем, как нанести смертельный удар в затылок, зажмурилась. Горячие капли брызнули на лицо; заострённый камень, весом почти в килограмм, наполовину вошёл в череп. Нечто, принявшее облик Рика, больше не двигалось, но и личину свою не сбрасывало. Деми толкнула его ногой. Тело шумно покатилось вниз, и на поляне воцарилась тишина.

Деми сидела неподвижно, опираясь спиной о древо, и глядела в невидимую точку. Её бил озноб.

Да, она знала, что это - иллюзия. Знала, что на самом деле не было здесь Рика и испытание продолжается. Но его красивое, окровавленное лицо до сих пор стояло перед глазами, а омерзительный хруст ломающихся костей возникал снова и снова... Всё это произвело слишком сильное впечатление. Отчасти она обрадовалась, что больше не видит снов - эти воспоминания, как и многие другие, являлись бы в ночных кошмарах.

– И это - всё, на что ты способно?!- Деми блефовала.- Я же сказала - глупая, дешёвая уловка. Теперь отдай мне Пятилистник, мерзкая тварь!

Она пробовала поговорить с Атарегамом, но тот молчал. Оценивая своё состояние, пришла к выводу, что ещё одна подобная проверка на прочность будет иметь печальный исход. Размышляя, она забывала, для чего и с какой целью пришла сюда. А увиденное несколько минут спустя окончательно выбило из колеи.

Снова шаги. Кто-то ступал аккуратно, стараясь не издавать лишних звуков, но его выдавало шуршание соприкасающегося с травой длинного плаща.

– Девочка моя,- послышалось совсем близко. Силуэт остановился. Подняв уставшие глаза, Деми принялась рассматривать очередной подарок отвратительного древа.

Волосы женщины были прямые и короткие, тёмно-русого цвета. Уголки знакомо опускались вниз, придавая глазам грустное выражение. Зелёные. Скулы широковаты, а щёки - впалые. Она была худая и высокая, длинное бархатное платье травяного цвета это подчёркивало. Морщинки на лице выдавали возраст. На длинной, тонкой шее красовалась бархотка с крупным драгоценным камнем синеватого оттенка. Женщина плавно опустилась на колени, удивление на её лице сменилось сожалением и горечью.

– Девочка моя,- повторила она, и по щекам покатились слёзы.- Как я скучала.

Деми смотрела на неё, не моргая. Левое веко слегка дёрнулось. Что ж, нужно отдать твари должное: мираж этот - правдоподобней некуда, и задел за живое. Ей

стало больно. Так, словно изнутри рвали на части. Крепко сжав голову обеими руками, Деми пыталась вспомнить, зачем она здесь.

Голос.

Внутри.

Кто это?

Что он пытается сказать? Я не слышу. Не слышу...

Тонкие руки бережно обхватили её за плечи. Поразительно. Именно такой она и запомнилась, много лет назад.

– Ты выросла, стала такой красавицей. Я даже не надеялась...Не думала, что однажды снова увижу тебя!

Деми стиснула зубы. Выдержав паузу, смогла выдавить из себя ответ.

– Я тоже, мама.

"Этот голос. Приглушённый, такой далёкий. Что-то не даёт мне его слышать. Не понимаю...Где я? Кто я..."

– Брось,- губы двигались сами, собственный голос оказался чужим.- Ты знаешь, кто ты.

И она вспомнила. Мираж тут же растаял, словно дым.

Она стояла на холме перед деревом, моргающим множеством отвратительных глаз. Тумана не было, а мрак рассеивал жёлтый свет, исходящий от кубика, парящего рядом. Не было ни корней, опутавших цветок, ни цветущей поляны. Краем глаза Деми заметила на извилистых, голых ветвях что-то белое. Черепа, покрытые трещинами, были нанизаны на сучья словно украшения, а под ногами хрустели обломки костей. Деми тут же коснулась царапин на запястьях, но таковых не оказалось.

– Значит, ничего не было,- с досадой сказала она, глядя на ладони.- В какой момент я купилась на иллюзию?

– Когда увидела просвет,- буркнул Атарегам.- По-прежнему считаешь, что справишься одна? Эти ребята, чьи черепа сейчас украшают это замечательное деревце, тоже думали, что всё им по плечу. Не бойся, смело рви свой цветок - это создание тебя не тронет.

– Но почему?

– Не смеет. Такова его суть и предназначение - создание отсеивает слабых. Хм...

– В чём дело?

– Ни в чём. Задумался о том, что череп твой отлично бы смотрелся на вон той ветке, видишь?

Деми нервно расхохоталась. Успокоившись, она решилась сказать.

– Атарегам,- выдержала паузу, вздохнула. Он, конечно, прочёл её мысли, но она захотела произнести это.- Спасибо, мой друг.

Стебель цветка покрывали острые шипы и сломить его, не поранившись, было невозможно. Пожалуй, раньше подобная операция показалась бы ей страшной мукой. Деми горько усмехнулась, убедившись: всё познаётся в сравнении. Есть вещи куда более страшные, чем боль.

Она зажмурилась, когда острые шипы впились в пальцы, и резким движением сломила стебель. Как только тот оказался у неё, всё залилось ярким, слепящим светом артефакта. Вспышка исчезла, и теперь на костяной поляне не было ни души.***

– Ты вовремя,- серьёзно сказал Рик. Артефакт перенёс Деми в начальную точку, с которой разошлись пути испытуемых, и где остались Среброглазый, Лиана и Беата. Однако, чародеек здесь не было. Кубик перестал светиться и почти тут же вернулся к хозяину, но класть его в мешочек Рик не собирался.

Увидев его - настоящего, живого, совсем рядом - на расстоянии вытянутой руки, Деми не могла проронить ни слова. Должно быть, выражение на её лице было ещё то, если Рик, обратив на неё внимание, нахмурился.