Руди-Пятачок

Тимм Уве

Руди замечательно стартовал — и финишировал с большим отрывом. Он слегка запыхался, но все же не так сильно, как три другие свиньи, которые повалились на землю за линией финиша, да так и остались там лежать, словно мешки с мукой. Руди показал замечательное время, даже лучше, чем у Черного Беса. Ему все хлопали, а нас поздравляли. Говорили, что «Голубая лента» у нас в кармане.

Услышав это, папа постучал три раза по дереву: он немного суеверный, возможно, из-за своей профессии, ведь древние египтяне постоянно обращались за прорицаниями ко всяким

священным обезьянам и птицам.

После этого забега к нам подошел пожилой господин в высоких ботинках на шнуровке. Мы догадались, что это хозяин Черного Беса, потому что он вел его на длинном плетеном поводке.

— Меня зовут Нис, — представился он и процедил с кривой ухмылочкой: — Поздравляю, ваша свинья отлично пробежала, даже быстрее, чем моя. Но впереди еще три забега, все еще может измениться. — И еще раз криво улыбнувшись, поинтересовался: — А что, ваша свинья любит пиво? Мой Черный Бес его просто обожает.

И правда, Черный Бес тянулся к полупустой пивной кружке, стоявшей на столе.

— Нет, — ответила Цуппи, — Руди к пиву равнодушен, но однажды на Рождество он слопал крендель с ликером.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся господин Нис. — Это здорово! Значит, вы празднуете Рождество вместе со своей свиньей?

Папе, конечно, эта шутка не понравилась, он обиделся и поспешил уточнить:

— Это было только один раз.

— Мило, в самом деле мило, — протянул господин Нис и коварно посмотрел на Руди, который как раз заметил Щетинку, сидевшую на привязи у шатра.

— Ну что ж — ни пуха ни пера! Или точнее — ни сала, ни щетины. Впрочем, я бы охотнее пожелал вашей свинке сломать себе шею и ноги, — пошутил господин Нис и снова криво улыбнулся.

— Гад какой! — проворчала Бетти. — Слышали, как он пожелал нашему Руди сломать ноги и шею? Такой на все способен. Недаром он владелец колбасной фабрики.

— Прекрати, — оборвала ее мама, — нельзя возводить на человека напраслину из-за того, что у него кривая улыбка.

— Пойдемте-ка выпьем лучше лимонаду, — предложил папа.

Глава 25

Мы пили лимонад, когда по громкоговорителю объявили, что Руди вновь вызывают на старт. Как все быстро! Мы услышали:

— В следующем забеге, дорогие болельщики, у нас припасен для вас еще один замечательный подарок: сейчас побежит Руди-Пятачок — соперник Черного Беса. Руди-Пятачок, пожалуйста, на старт!

— Этот ведущий просто чокнутый какой-то, — проворчала Бетти. — Он что, думает, Руди его услышит и сам прибежит на старт?

Мама свистнула. Но Руди не появился. Мама свистнула еще раз. Люди за соседними столиками обернулись и стали смотреть на нас. Папа снова смутился.

— Прекрати свистеть, — прошипел он. — Я сам за ним схожу.

Мы отправились на поиски Руди. Мы все обыскали. Нам помогал Хинрихсен с сыновьями, на

этот раз он выглядел особенно лохматым, видимо, утром забыл причесаться. Но Руди нигде не было, даже рядом со Щетинкой.

— А вдруг его украл этот гадкий господин Нис? — предположила Цуппи.

— Чушь! — отмахнулся папа. — Хотя, конечно, странно, что он не приходит.

— Посмотрите, как Щетинка тянет поводок! — сказала Бетти. — Может, она его найдет?

Отличная идея! Мориц отвязал поводок и Щетинка потащила нас за шатер. Там мы нашли Руди, он сидел, повалившись на бок.

Цуппи крикнула:

— Руди!

Он попытался было встать, но снова плюхнулся на задницу.

— Что с ним такое? Он что, заболел?

Руди все же поднялся и пошел, нет, поковылял к нам, спотыкаясь. Он не был болен. Он был пьян. И все время облизывал липкую морду. Бетти обнаружила миску и две пустые бутылки яичного ликера. Тут как раз прошел мимо господин Нис.

— Вы же говорили, что он не пьет пива!

— Это не пиво, а яичный ликер. И вам это прекрасно известно!

— Откуда? Я-то не пью со свиньями под рождественской елкой!

— Прекратите сейчас же! — рассвирепел папа. — Лучше следите, чтобы мы вашего Черного Беса не отправили на колбасу.

— Ха-ха! — рассмеялся господин Нис, но усмешка все же сползла с его лица. — Ха-ха! Ничего, он крепкий парень. Ваше здоровье!

И он ушел.

— Мерзкий дядька, — прошипела Цуппи, — вот почему он спрашивал, пьет ли Руди пиво. А я ему про ликер проговорилась! Теперь Руди не сможет участвовать в забеге.

— Он должен, — настаивал Хинрихсен, — иначе его дисквалифицируют. И исключат. Он должен выйти на старт и пробежать — неважно как.

Тут снова объявили, что Руди вызывается на старт.

— Руди-Пятачок, скорее на старт!

Но Руди тем временем разлегся на земле, уткнулся рылом в скрещенные ноги и, моргая, устало смотрел на нас.

— Скорее, — сказала мама, — надо напоить его кофе, иначе он заснет прямо на старте. И положить побольше сахару, чтобы он этот кофе выпил.

Я помчался в шатер, купил целый кофейник и набрал столько пакетиков с сахаром, что официант даже покачал головой.

Мама налила кофе в чашку, высыпала сахар, помешала как следует, чтобы немного остудить, и поставила перед Руди. А тем временем он взял и уснул! Мы его насилу растолкали. Руди выпил кофе и немножко взбодрился.

— Еще чашечку? — спросил я.

— Лучше не надо, а то у него может случиться сердечный приступ.

Мы поволокли беднягу к беговой дорожке и запихнули в стартовую кабинку.

— Внимание, — объявил ведущий в микрофон, — Руди-Пятачок вышел на старт. Он показал сегодня лучшее время. Поприветствуем его!

По команде «Марш!» три свиньи выбежали из загонов. Четвертым, еле переставляя ноги, вышел Руди. И поплелся зигзагами, все время ударяясь о сетку, ограждавшую его дорожку. Один раз он было плюхнулся на задние ноги, но потом все же с трудом поднялся и заковылял дальше.