Рубины Блэкхерста
Шрифт:
Теперь она всегда будет окружена черной вуалью всеобщих подозрений, пока эта мистическая история не будет распутана окончательно. Снег начал понемногу таять. Время шло, и это было не в ее пользу. Несмотря ни на что, меньше всего Хезер хотелось потерять уважение Фалько к себе, но, возможно, она была просто дурой, потому что верила, что это чувство у него, по крайней мере, когда-то было?
– Вы собираетесь снова запереть меня в моей комнате? – спросила она.
Блэкхерст ответил не сразу. И когда он произнес «нет», Хезер облегченно вздохнула.
Слава Богу, что Фалько верил ей хоть чуть-чуть,
Умываясь холодной водой, Хезер надеялась, что ей удастся, собравшись с силами, преодолеть охватившее ее отчаяние, но непролитые слезы болезненным комком застряли у нее в горле и угрожали взять верх.
Она открыла окно и сделала несколько глубоких вдохов свежего воздуха. Северный ветер стих. Появилась надежда на улучшение погоды. С края соломенной крыши капала вода, ветки деревьев, освобождаясь от подтаявших снежных пластов, потрескивали. Отчаяние Хезер росло. Скоро очистятся дороги, и настоящий «Кот» получит полную свободу маневра, а вот получит ли она? От таких мыслей у нее все задрожало внутри. Хезер закрыла окно.
Она причесалась и слегка напудрила щеки. Эти обычные, привычные действия помогли ей успокоиться. Она спустилась вниз все в том же синем шелковом халате.
Мистер «Член» и сэр Питер играли в карты в комнате с пивным бочонком. Мисс Уэдж и леди Флёр проводили время за вышиванием, сидя перед камином в кофейной комнате. Тео и Фалько – Хезер услышала их голоса – спорили на кухне.
Не желая встречаться с Фалько лицом к лицу, она, тем не менее, решила предложить ему свою помощь.
Тео, в переднике поверх рубашки и жилета, что-то помешивал в котелке, стоявшем не плите. Ссадины на его лице приобрели багровый оттенок, но отечность носа уменьшилась.
Фалько стоял, опершись плечом на каменную стену, и жевал яблоко. Муттон спал под столом. Пес сразу же навострил уши, как только почувствовал появление Хезер, и с блаженным видом заковылял в ее сторону. Она погладила его по голове:
– Как дела, бездельник?
– Ах, это вы, Хезер. Я только что думал о вас, – ледяным голосом произнес Фалько.
– Вы, наверное, подумали, что я опять сбежала? – спросила она, имитируя его безразличие в голосе.
Блэкхерст отрицательно покачал головой.
– Вы бы далеко не ушли…
– Это означает, что если бы я вам понадобилась, вы бы сразу догадались, где меня искать.
– Вез всякого сомнения, мисс Максвелл…
Итак, Фалько уже вернулся в их отношениях назад, к тому моменту, когда он называл ее «мисс Максвелл», чтобы тонко намекнуть на дистанцию между ними и его сомнения.
– Мне очень жаль… – начала Хезер.
– Мисс Максвелл! Не хотите ли попробовать мою самую вкусную микстуру? – Тео попытался снять возникшее напряжение.
– Нет, спасибо, Тео. Теперь я не пробую ничего, что крепче лимонада или молока.
– Я готовлю лекарство для сержанта Бэгберна. Бедняга, он все еще в постели с ужасной простудой. – Молодой человек размешивал свою настойку. – Всего лишь немного рома, джина, кларета, желтки двух яиц, сахар, перец и немного мускатного ореха. Роза не
– Думаю, что это разумная цена, мой дорогой племянничек, – Фалько хихикнул.
Тео в предвкушении потирал ладони.
– От этой смеси у сержанта кровь загорится, как огонь!
– Не уверен, что нам всем нужна его чересчур горячая кровь, – с сожалением произнесла Хезер. – Он уже и так достаточно горячий и злой. – Девушка бросила взгляд в сторону Фалько. – Как и ваш дядя, Тео.
Фалько был действительно обозлен и разочарован тем, что чувствовал, как рушатся его мечты и надежды. Раньше ему уже иногда начинало казаться, что Хезер смогла бы заполнить черную дыру в его сердце, убрать из него горечь. Он был даже несколько часов счастлив с ней так, как ни с одной другой знакомой ему женщиной. Он видел только ее милую, добрую улыбку, наслаждался от бесед с ней… Эти улыбки и поцелуи. С их помощью красавица Максвелл заманила его в свои сети, но, если говорить правду, он зашел туда сам, по своей воле. Фалько был так же сердит на себя за свою неосторожность, как и на нее. Как он мог позволить ей водить себя за нос – может быть, Хезер обладала особой магической силой, которой он не мог противостоять?
– Конечно, мои эмоции, как и у всех других, могут меняться, но я обычно никогда не злюсь без причины, – ответил молодой аристократ.
– Неправда! – возразил Тео. – У вас очень переменчивое настроение, Фалько.
– А у вас, нечестивец, очень легковесный и переменчивый язык!
– Полагаю, что здесь я уже ничего не смогу доказать или изменить, – подвела итог Хезер и с гордым видом покинула комнату.
С тяжелым сердцем она присоединилась к леди Флёр и мисс Уэдж, которые беседовали в гостиной. Здесь было тепло, струйки горячего воздуха приятно щекотали ее лодыжки. Леди Флёр о чем-то говорила, но смысл ее слов не проникал сквозь стену мрачных мыслей Хезер. Мысленно встряхнувшись, она восстановила самообладание и улыбнулась обеим леди своей лучезарной улыбкой.
– Слышали последние новости, Хезер? Мистер Блэкхерст сказал, что некоторые драгоценности из обнаруженных – фальшивые, – произнесла леди Флёр, ее синие глаза при этом светились любопытством.
Хезер кивнула.
– Да, слышала. Мне казалось, что он какое-то время не станет говорить на эту тему.
– Он был очень обозлен и просил всех проследить за вами.
Настроение у Хезер испортилось еще больше. Злость на Фалько из-за недоверия к ней сдавила грудь.
– Но лично я не верю в ваше участие в этой краже, – уверенно произнесла леди Флёр. – Я чувствую, что вы невиновны.
– Спасибо, – поблагодарила ее Хезер.
– Удалось ли найти что-нибудь еще из настоящих драгоценностей, кроме браслета? – спросила мисс Уэдж.
– Нет, еще нет, но я думаю, что это дело времени, – ответила Хезер.
– Ну а пока настоящие рубины еще не найдены, вы находитесь под подозрением, – грозно произнесла мисс Уэдж, усердно работая иглой над вышивкой.
– Я это знаю и без вас, – Хезер начала терять терпение. – И все знают. Мне бы хотелось услышать, что лично вы думаете о случившемся и что можете посоветовать.