Рубин II
Шрифт:
Ди закрыла коробку и прижала ее к груди.
— Не ожидал, что что-нибудь в этой жизни еще сможет меня так сильно удивить, — Дхар подпер локтем колено. — Но, когда они все встали в очередь за Грониделом, чтобы отдать годы жизни за Ордериона… — он покачал головой. — Я оказался поражен.
— Ты отдал возможность получить фертильное тело, чтобы спасти их, — она повернулась к мужу лицом. — Это не кажется тебе удивительным?
— Ты принижаешь мою человечность, Одинелла. Или полагала, что на подобные жертвы в нашей семье способна лишь ты одна? — он вопросительно
— Ради них, — она махнула рукой в направлении Северного замка, — да. Думала, что на безумство способна лишь я.
— Мы получили этот сертификат полгода назад. За это время ты не спросила себя, почему я тяну с процедурой заменой наших тел?
— Потому что тянула я, — она отвернулась.
— Верно, — он кивнул. — Но спустя столько лет брака я боялся задать тебе вопрос: а ты когда-нибудь хотела от меня ребенка, или то было потакание моему желанию дать новую жизнь?
Ди виновато опустила голову.
— Я много раз спрашивала себя об этом, — призналась она. — Хочу ли я ребенка? И каждый раз приходила к выводу, что да, хочу. Но задавала я себе этот вопрос по другой причине.
— По какой же? — Дхар нахмурил брови.
— Помнишь, как ты сделал мне предложение? — она криво улыбнулась.
— Допустим, — с сомнением ответил он.
— А я помню хорошо. — Ди поджала губы. — «Я хочу от тебя ребенка, — сказал ты. — Но чтобы его зачать, придется пожениться и через сто лет встать на очередь. Как тебе идея? Выйдешь за меня?»
— По-моему, все-было не так, — он поморщился.
— А как? — Ди хмыкнула.
— Месяца за три до этого мы лежали в постели после секс-марафона, и я спросил: «Как ты относишься к идее пожениться?». — «Брак в современном мире интересует только тех, кто желает продолжить свой род», — выдала ты.
Ди в недоумении уставилась на Дхара.
— Нет, этого ты не помнишь? — он наклонился к ее лицу. — Я чувствовал себя придурком, Ди. Первой мыслью было собрать вещи и послать тебя на хрен! Меня от этой мысли отвлек срочный вызов на работу. Домой вернулся под утро, вымотанный и злой. Захожу на кухню, а на столе лазанья, которую ты приготовила для меня ночью. И я остался. Понял, что с твоей стороны между нами ничего не изменилось.
— Так то было предложение? — возмутилась Ди. — С формулировкой «как ты относишься к..?» Дхар, а как ты относишься к проблемам стремительного развития технологий? Как ты относишься к тому, чтобы купить новый холодильник?
— Да, то было предложение! — настаивал он.
— Ну прости, что я этого не поняла, — Ди развела руками. — И через три месяца ты повторил попытку, но с другой мотивацией?
— Да, сменил тактику, — упавшим голосом произнес Дхар. — Я понимал, что для тебя продолжение рода — это как квинтэссенция существования любого живого организма во Вселенной. Я свел все к подобию шутки, но на самом деле боялся услышать от тебя «нет». Ответь ты «нет, я не хочу ребенка от тебя» или «нет, я вообще о ребенке пока не думаю» — я бы ушел, Ди. Но ты ответила «да». И мы были счастливы, вступив в брак. А полгода назад, когда появился тот сертификат
— Потому что не могла ответить «нет»! — воскликнула она. — Я любила тебя, Дхар! И не желала потерять!
— И ты все эти годы… — он захлебнулся яростью, — все эти столетия вертела в голове мысли о том, что я женился только потому, что хотел пополнить генофонд нашей гребаной планеты?
— Я об этом старалась не думать, — Ди прижала ладони к лицу. — Ты далеко не романтик. Мы оба это знаем. А слова «я люблю тебя» были произнесены тобой настолько давно, что я уже сомневаюсь, слышала ли их вообще когда-нибудь!
Дхар смотрел на нее и молчал.
— Знаешь, сейчас тебе лучше уйти, — она отвернулась.
— Ди, я люблю тебя.
Она повернула голову
— Очень сильно люблю, — он закивал. — И мои поступки говорят о моих чувствах гораздо больше, чем слова. Ты огорошила меня, когда призналась, что хотела обменять наш сертификат. Да, я вспылил. И психанул. Но и отошел достаточно быстро. А ты обиделась и встала в позу. Я не жалею, что обменял двести лет ожидания на спасение жизней существ, которые вряд ли проживут даже половину этого срока. Но это и не имеет значения, ведь, в конечном итоге, важна сама жизнь и наше осознание ее ценности.
— Наш мир потерял замечательного философа, — тяжело вздохнула Ди.
— В гробу я видал философию нашего мира, — буркнул Дхар. — Примирительным сексом дома займемся или ты замолчишь, наконец, и просто снимешь с меня эти металлические штаны?
Ди прикусила губу и улыбнулась.
— Соскучился по наногибридному сексу или соскучился по сексу со мной, в каком бы теле я ни была? — спросила богиня.
— Это дуализм, детка. — Дхар наклонился к ее лицу и нежно прикусил ее нижнюю губу. — Но ты и так об этом знаешь.
***
Двадцать минут спустя. Опушка леса.
Обнаженная Ди лежала на измятом платье и поглаживала металлический рельеф мышц на груди мужа.
— Ты все еще хочешь завести ребенка? — спросила богиня, мечтательно глядя на профиль Дхара.
— Да, хочу, — не секунды не сомневаясь, ответил он. — А ты? — Дхар повернулся лицом с ней.
— И я хочу, — улыбнулась она.
— Тогда по возвращении домой заново займем очередь. Говорят, она сейчас немного сократилась. Всего лет сто пятьдесят.
— У меня на примете другой вариант, — Ди поиграла бровями.
Дхар нахмурился и подпер голову рукой.
— Я весь внимание.
— Сделку о замене сертификата на регенерат можно отменить в течение тридцати дней со дня подписания соглашения при условии отсутствия следов вскрытия ампулы. — Ди лениво потянулась, подхватила с земли коробку с препаратом и протянула ее Дхару. — Верни регенерат и получи наш сертификат обратно.
— Ты уже достала для Рубин препарат, — упавшим голосом произнес Дхар и забрал коробку.