Розовый обруч
Шрифт:
Понадобились время, деньги и силы, чтобы привести всё в порядок. К тому же ни я, ни моя половина не особенно в этом разбирались. Канализация так вообще подкидывала нам сюрприз за сюрпризом. Из-за этого пришлось ставить отдельную мусорку в туалете. Я тогда думал, что это просто кошмар!
Адриан же ёрничал: «Каково это – переехать в лачугу?», «С милым рай и в шалаше» и «Мы построим свой дом из дерьма и палок».
В ответ на все эти подколки только и оставалось что отмалчиваться, но мой хмурый вид говорил больше любых слов. Утешало, что это было и мое решение. Хотя проблемы
Со временем мы обустроили дом изнутри. Пусть скромно, но вполне уютно: Адриан первое время пропадал на разных гаражных распродажах, где можно было купить вещи за полцены, чтобы у нас появилось хоть что-то, на чём можно спать и сидеть. За неделю удалось обустроить две комнаты из трёх. Появилась посуда, некоторая кухонная утварь. Даже шкаф и тот наполнился, пусть и не самой дорогой одеждой. Ещё через некоторое время муж нашел сушилку и стиральную машину для прачечной. Я удивлялся, что за две громоздкие машины попросили всего четыреста долларов. Но потом узнал, что они были с одной и той же барахолки. Стиральная машина рвала тонкие вещи, а сушилка не переключала режимы и сушила на самом минимальном. Ввиду отсутствия доходов, это были не самые плохие вещи. Они тогда очень выручили нас. Вещей мы взяли мало, желая начать жизнь с чистого листа. И это удавалось.
Пару месяцев я все же опасался встречи с отцом или кем-то из братьев. Но, к счастью, мои опасения не оправдались: семья забыла обо мне. Неудивительно – отец никогда не проявлял ко мне большой любви, а братья воспринимали меня только как конкурента за наследство.
Комнат вполне хватало, и я ловил себя на мысли, что нынешний дом уютнее того, в котором я вырос, несмотря на вечный бардак. Поразительно, но даже последнее не напрягало и не делало дом хуже. А постоянные шутки Адриана и попытки развеселить меня и вовсе наводили на мысли, что лучше то, что есть сейчас, нежели то, что было раньше. Муж придумал для нашего дома забавную кличку – «Наш хламовник». Что-то по принципу: клоповник – рассадник клопов, а хламовник – рассадник хлама.
Спустя месяц я устроился работу в одной из юридических фирм в соседнем городе, и мы с моим мужем оформили отношения в рамках, которые на тот момент предлагал закон, – без заключения брака.
Жизнь стала похожа на прежнюю, с ее покоем и привычностью. Нас обоих все устраивало. Денег на жизнь хватало от моих заработков. Адриан мог вообще не работать. Особенно с учетом мизерных доходов, которые для нашей семьи не имели большого значения. Но ему было невыносимо сидеть дома. Я же не настаивал. Наши отношения – не брак в официальном смысле, и труда уйти от меня Адриану не составляло. «Розовые» браки редко расторгают, а вот сожительство в этом штате даже нигде не фиксируется.
Сама мысль о подобном была невыносима, и я готов был на любые прихоти своего партнера, лишь бы мы были вместе. По крайней мере долго считал так.
Думаю, таких, как мы, сейчас можно встретить. Но я до конца не уверен. Кампания «За “розовые” браки» муссировалась с самых верхов во многих странах мира, пусть и не во всех. Следовательно, их привлекательность тоже была вполне очевидна. А
До встречи с моим мужем я не думал о многих аспектах «розового» брака, и уж тем более не знал о них. На самом деле я до нашей встречи вообще не думал об отношениях. Почти всю мою жизнь занимала работа. Девушки, как и эно, в целом сторонились меня, считая непривлекательным партнером. Ну да, на фоне братьев-плейбоев… У меня до мужа были только одни серьезные отношения, закончившиеся не по моей инициативе.
Шло время. Наша совместная жизнь протекала спокойно и размеренно. Днями мы работали, вечера проводили за играми в приставку, чтением книг или комиксов и просмотром сериалов. Вот уж настоящие «диванные картошки»!
Но спустя полгода мужу пришла в голову идея фикс…
Глава 5
Ребенок
Эрик.
Едва Адриан заикнулся в один из весенних дней, что хотел бы воспитать ребенка, у меня волосы встали дыбом. Тогда я наорал на него и заявил, что это самая бредовая идея, которую я когда-либо слышал. В тот вечер мы впервые сильно поругались. Но это не остановило моего партнера.
Адриан не унимался. Уж не знаю, что так на него повлияло. Тогда не знал.
Он день ото дня доставал меня тем, как было бы хорошо, заведи мы малыша. И ладно бы речь шла о животном. На собаку я мог согласиться. Но ребенок… Это звучало лихо для такого безответственного человека, который едва ли понимал, какой груз хочет взять на себя. Не говоря уже о расходах, непосильных для нашей семьи.
Нет, я не против детей и при других обстоятельствах поддержал бы моего партнера с самого начала. Но в той ситуации и на тот момент эта идея была…мягко говоря, не дальновидной и легкомысленной.
Я долго отнекивался, пытаясь сохранять статус-кво. В конце концов, ответственность за этого ребенка ляжет на меня как на единственного кормильца с постоянным доходом.
А ведь дети растут, и траты растут вместе с ними. Я с трудом представлял, как мы вообще проживем втроем. Страховки, еда, одежда, развлечения, школа с расходами на канцтовары…
Почти полгода я держал паузу. Адриан же настаивал, не пропуская ни единого дня. Наверное, с моих слов может показаться, что он давил на меня, пилил или пытался манипулировать. Но нет, это совсем не так.
Просто он часто говорил что-то в роде: «Если бы у нас был ребенок, у нее, скорее всего, был бы твой характер…» или «Если бы у нас была дочь, я бы хотел, чтобы она была похожа на тебя…». Я видел тоску в глазах партнера, но сдаваться не собирался. В сложившейся ситуации места ребенку в нашей семье не было. По крайней мере я так считал.
«Да и какие из нас родители?» – думал я всякий раз, когда Адриан вновь и вновь говорил об этом.
С детства мне говорили, что эно так воспитывают: твоя жизнь немыслима без детей и семьи. С тех пор мало что изменилось: большинство людей воспринимают эно как родителей и не более того.